"Фантастика 2024-41". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Титов посерел.
— Это невозможно. Вы сами должны понимать, что это невозможно.
— Невозможно объять необъятное. А починить дом, пока человек жив — возможно.
— Я ни в чем не виноват, чтобы каяться. Это просто жизнь. Так сложилось. Вы же не ребенок, вы должны понимать, что так случается.
— Вы бизнесмен, — с улыбкой сказал Игорь. — Вы знаете, что за все надо платить. В том числе и за право сказать женщине — «ты мне больше не нужна». Поехали к нотариусу. Ваше счастие составит Марьяна Кныш. Вы, главное, ее не бросайте потом.
— Какая дрянь, — прошептал Титов. — Какая все-таки сука…
— Виктор Алексеич, вы меня извините, конечно, но я покорнейше прошу вас заткнуться. Оксана знать не знает, чем именно я держу вас. У нее бы руки опустились от одной мысли причинить вам боль. А вы это прекрасно знаете и этим пользуетесь. Так что надевайте пальтишко и поехали.
Титов нехорошо засмеялся.
— Она ударила мою мать. Она угрожала физической расправой мне. Я не могу доверить ей ребенка, она психически неуравновешенный человек.
Игорь кивнул. Об этом он тоже знал, это входило во вчерашнюю пьяную исповедь. Добрая бабушка сказала, что Оксане от ее сына всегда были нужны только деньги и что ребенок для нее — только инструмент дойки. Злая Оксана съездила мадам Титову по уху и кричала, что разрушит их жизнь, что прикончит, убьет Титова. И, конечно же, это она исчадие ада. Они — хорошие люди с безупречно-честными глазами.
— Ничего, мы и врача подыщем. Одевайтесь
* * *
Увидев, в конце квартала витрину магазинчика какой-то благотворительной организации, Эней сказал сестре и себе «стоп». Это не просто поход за барахлом, чтобы скоротать время. Это в целях терапевтических. Я должен заставить ее поверить, что она достойна самого лучшего. Деньги есть.
Поэтому он решительно остановил движение в сторону сэконда, взяв сестру за локоть, и переменил галс, чтобы выйти к краю поребрика. Тьфу ты — бордюра.
Привык за два года…
Им повезло: первое же голубое такси остановилось по взмаху руки.
— В «Гранд-Плазу», — сказал Эней.
Черт его знает, что ей идет. Черт знает эти их женские дела. Но в Плазе точно был «Джонсъ» и в Плазе точно был «Илли» — они как-то вели дело для питерского «Илли» и Эней знал, что в каждую смену там дежурит как минимум один дизайнер. Вряд ли здесь это по-другому.
— Андрей, ты что… — прошептала она. — Разве можно так на меня тратиться?
— А мне больше не на что, — он пожал плечами. — Я неплохо зарабатываю — и притом не женат, детей нет, личные потребности скромные…
…Не считая всяких острых и пуляющих предметов, додумал он то, что не договорил, да еще самой лучшей и новой электроники…
— И вообще, — продолжал он, — зимнее пальто — это не такая вещь, которую следует брать где попало. Мы переезжаем в город, где тактико-технические характеристики верхней одежды — вопрос принципиальный. Там зимой в пелеринке не побегаешь. Так что или сейчас на одежду или потом на медицину. Медицина дороже. Проверено.
Он достал комм и сбросил Игорю координаты. «Плазу» найти легко, в навигаторе она обозначена.
Такси пересекло Новый мост, Эней вспомнил свое знакомство с Игорем, случившееся именно здесь — и улыбнулся.
С развязки над Екатерининским оказалось не так-то просто съехать — движение стало интенсивней, чем в годы его детства. Или он редко здесь бывал? Наконец водитель подрулил ко входу в Гранд-Плаза и карточка Энея пискнула в считывателе шоферского терминала.
Этот торговый комплекс Эней выбрал не только потому что там было представлено наибольшее количество престижных бутиков, а внизу есть где посидеть с чашкой кофе и пирожным, но и потому что «Плаза» располагалась как раз посередке между нотариальной конторой, куда Игорь повез Титова, и школой, откуда они должны были забрать Сашу.
Он дважды поймал Оксану за руку, не дав нырнуть в магазины подешевле. «Илли» обнаружился справа — и туда сестру (ох, как трудно было заставить себя вспомнить это слово, от него пахло книжной пылью, пирожками с гречкой и яйцом и прочими неправильными вещами) пришлось уже затаскивать. За дверью Оксана прекратила сопротивление, осознав, что это будет выглядеть совсем глупо.
 
— Нам нужно зимнее пальто потеплее или шуба, — сказал Эней возникшей словно из ниоткуда продавщице-консультанту. — И демисезонное пальто или куртка. Элегантное…
— Недорогое… — пробормотала Оксана.
Эней ухватил взглядом цену на шубы из леопарда (генмод, конечно) согласился:
— Недорогое. Где-то между тысячей и тремя. Шапка, шарф — несколько. Перчатки. И обувь. На северный климат.
Озадачив таким образом обеих женщин, Эней уселся в кресло — видимо, специально приготовленное для скучающих мужчин — и без особого энтузиазма погрузился в лежащий тут же номер «Эсквайра».
— Простите, — прервала его чтение продавщица через три минуты. Рядом с продавщицей стояла Оксана в сером кашемировом манто, серой же непритязательной шапочке и таком же шарфике.
Эней сжал губы и решительно покачал головой. Столь же решительно были отвергнуты коричневое полупальто прямого кроя и темно-синяя, до черноты, дубленка — словом, все попытки Оксаны купить что-то незаметное.
Он вошел во вкус. Подбирать сестре одежду оказалось неожиданно приятно. Он еще не сказал ей самого главного и всячески уходил от ответа на вопрос, что с ним было эти десять лет и как он жил до сих пор. Оксана не особенно настаивала — так оглушила ее перемена кошмара на сказку. Так пусть же сказка продолжается. Пусть Золушка получит свое свадебное платье и хрустальные туфельки — а в полночь… то есть, в поезде, но это аккурат и будет полночь… так и быть, он все расскажет.
Четвертый выбор Оксаны больше порадовал его цветом — глубокий и в то же время чистый зеленый — но не порадовал фасоном: опять этот «кубышечный» покрой для пожилых женщин. Когда Оксана (уже несколько попривыкшая) снова скрылась в примерочной, стеклянные двери разъехались, пропуская Игоря. Игорь присел рядом, кивнул — и лицо его на мгновение сложилось в не совсем человеческую конфигурацию, по которой и трижды не эмпат понял бы, что во-первых, дело сделано, а во-вторых, все, что они хором думали о Титове — правда.
— И?
— Все подписано, но…
— Слишком легко сдался?
Игорь прикрыл глаза.
— У-гу.
Дальше обсуждать тему было невозможно — из-за занавесей снова появилась Оксана.
Игорь бешено зааплодировал. Было чему. Оксана опять выбрала темно-синий цвет, но на сей раз это был кожушок почти до пола: с серебристым поясом, такой же отделкой по рукавам и тиснением на коже. Поясок подчеркивал талию, шапочка-«боярка» и узорный тканый шарфик, накинутый поверх нее и обмотанный вокруг шеи, были очень к лицу.
— По-моему здорово, — Андрей постарался придать голосу больше твердости.
Он ни черта не понимал в моде и дизайне, но видеть сестру «боярыней» было приятно.
— Вот, — Игорь показал оба больших пальца. — А у меня хорошие новости: Титов подписал цидулю. Едем забирать ребенка, пока он не очухался.
— И что потом… — лицо Оксаны будто выцвело. — Он же не захочет…
— А потом мы сядем в карету и уедем в Питер, — сказал Андрей.. — Я еще не видел мальчишек, которые были бы против лишних каникул.
— Он же… захочет вернуть Сашу… — лицо Оксаны, просиявшее было, разом помертвело.
— Он целиком и полностью отказался от претензий, — Игорь вынул из-за пазухи бланк и помахал им в воздухе. Андрей тем временем сунул продавщице свою карточку.
— Дайте почитать, — Оксана впилась в документ, прочитала, разрыдалась, вытерла слезы рукавом. — Я как дура в этом пальто…
— Спокойно, — Игорь осторожно снял с нее боярское убранство, протянул другой девушке, которая уже подскочила с вешалкой и специальным пакетом для одежды. — Сейчас мы поедем, заберем мальчика и документы. Потом быстро вернемся домой, вы возьмете самое нужное и в три часа сядете на «Южную стрелу». А я останусь, упакую остальное и по доверенности отправлю контейнером в Москву.