Кабинет доктора Ленга
– И какой у вас план?
– Я рассчитываю – как это называют в бейсболе? – перехватить ее. Поскольку остановить Констанс не получится, нам остается одно – самим спасти Мэри.
– А Ленг?
– Мы убьем его.
– Вы и я?
– Да.
– А нельзя просто спасти Мэри и не трогать Ленга?
– Пока Ленг остается в живых, Констанс и ее родным в этом мире будет грозить опасность. Судя по массовому захоронению, найденному в Нижнем Манхэттене, тому самому, которое спровоцировало Хирурга на убийства, Ленг убил десятки других девушек. Сами видите, Винсент: просто спасти Мэри недостаточно.
– Да, мы должны разобраться и с Ленгом, – проворчал д’Агоста. – Должны убить его, просто и незатейливо.
– Именно так.
Пендергаст улыбнулся и снова потянулся к бокалу с шампанским.
64
12 июня, понедельник
Гаспар Ференц нетерпеливо переминался с ноги на ногу, дожидаясь, когда Проктор откроет дверь лаборатории. Замок щелкнул, и Ференц протиснулся внутрь первым. Страх перед приспешником Пендергаста и его угрозами не рассеялся, но теперь он сопровождался неутихающим гневом, подкрепленным унижением.
Медленно обходя устройство, работавшее вхолостую, он заглядывал то туда, то сюда, открывал наугад крышки, чтобы убедиться в отсутствии признаков неисправности, шевелил проводки, замерял сопротивление, пока не удостоверился, что все функционирует идеально.
– Хорошо, закончим с этим, – сказал он и подошел к пульту управления.
Молча наблюдавший за ним Проктор занял свое место. Ференц заметил, что его рабочий стол снова накрыт пленкой. Наверное, Проктору еще не представилась возможность истратить все приготовленные днем раньше патроны.
Ференц посекционно выводил прибор из режима ожидания, кивая Проктору, и тот следовал за ним, шаг за шагом.
– Контрольный алгоритм выполнен, решетка формируется, – пробормотал Ференц.
– Температура проводников стабильна, – отозвался Проктор.
– Включаем основной лазер, – сказал Ференц. – Плетение начнется через пять секунд.
Во время настройки привычное гудение чуть усилилось. Ференц подождал, пристально вглядываясь в датчики контроля, и задействовал вспомогательный лазер.
– Решетка формируется. Переводим мощность на пятьдесят процентов.
Медленно нараставшее гудение на миг прервалось. Ференц и Проктор посмотрели друг на друга.
– Держим на сорока, – распорядился Ференц. – Диагностика не показывает ничего необычного?
Проктор покачал головой, и Ференц выждал еще секунду-другую. Гудение оставалось ровным.
– Поднимаем на пятьдесят.
Он снова увеличил мощность. Сбой повторился.
– Скачок на вспомогательном лазере, – доложил Проктор. – Красный сигнал.
– Хорошо, переводим на холостой ход… только медленно.
Лазеры отключились, и мощность упала до пяти процентов. Ференц отошел от пульта управления.
– Что случилось? – спросил Проктор.
Ференц задумчиво потер подбородок:
– Не знаю. Для обстоятельной проверки надо выключить прибор и пропустить каждый узел через анализатор или осциллограф.
– Выключать нельзя. Он должен оставаться в режиме ожидания, иначе Пендергаст не сможет вернуться.
– Только не учите дедушку кашлять, хорошо? Я говорю о том, что нужно сделать в идеале. Но раз уж это невозможно, придется тестировать в ждущем режиме.
– А получится проверить его вот так вот?
– Надеюсь, что да. Но это займет больше времени. – Ференц замолчал и снова потер подбородок. – Послушайте, нам нужно поменяться местами. Займете место за пультом, я пропущу пару импульсов через каждый вспомогательный узел, а вы будете зачитывать показания.
Ференц взял с верстака инструменты и вернулся к задней части прибора, а Проктор встал к пульту управления. Ференц проверял один узел за другим, медленно и тщательно, время от времени пропуская по цепи рабочий ток или резко изменяя температуру, и каждый раз спрашивал у Проктора, каковы результаты.
– Кажется, я выяснил, в чем проблема, – сказал он через двадцать минут. – Некоторые резисторы поглощают слишком много энергии. – Несколько секунд прошло в молчании. – Поверните рукоятку потенциометра с обозначением «ВСП 2-В» на двенадцать часов… медленно.
Проктор покрутил рукоятку.
– Стоп! – воскликнул Ференц и добавил: – Хорошо, крутите обратно. – Заглянув под заднюю панель, он что-то подправил и крикнул: – Попробуйте еще раз.
Проктор повторил операцию. Через минуту Ференц поднялся из-за прибора.
– Есть! – сказал он, отряхивая пыль с халата.
– Проблема решена? – спросил Проктор.
– Просто один из узлов не приспособлен для того, чтобы оставаться в ждущем режиме, когда по нему проходит ток. Я установил на входе конденсатор, чтобы сбалансировать цепь. Но мы должны провести полную проверку, убедиться, что все в порядке, и в дальнейшем присматривать за этими резисторами. Не хотелось бы, чтобы они отказали ночью, когда некому будет заметить.
– Если это может произойти, нужно установить сигнальное устройство, которое предупредит о поломке.
Проктор говорил таким тоном, словно дело было – раз плюнуть.
– Всему свое время. Сначала надо провести полную проверку… и убедиться, что я прав.
Они снова заняли места с разных сторон прибора. Ференц активировал поле на половинной мощности. На этот раз гудение было ровным, без всяких сбоев.
– Отлично, – сказал он. – Готовьтесь к переходу на сто процентов.
– На всю мощность? – удивился Проктор. – Зачем?
– Чертовски верно сказано! Вы не слышали, как я говорил о «полной проверке»? – (Проктор не ответил, с сомнением посмотрев на Ференца.) – Послушайте, прогнать эту штуковину на половинной мощности недостаточно. Вдруг прибор забарахлит, когда Пендергаст будет возвращаться? Господи, он окажется один бог знает где и когда, и вы больше не увидите своего босса. Если сбой говорит о чем-то худшем, мы должны выяснить это прямо сейчас… пока есть время все исправить.
Проктор подумал и кивнул. Ференц выдохнул так громко, что перекрыл гудение прибора.
– Отлично. Показания основной и вспомогательной решетки все еще в норме.
Проктор коротко кивнул.
Ференц повысил мощность до семидесяти пяти процентов, внимательно наблюдая за пультом управления.
– Плетение завершено, – сказал он. – Решетка устойчивая. Следите за показаниями. Я собираюсь поднять до ста.
– Понятно.
Проктор склонился к рабочему пульту.
Ференц очень медленно довел мощность до предельной, формируя магнитные поля, как гончар придает форму глине на своем круге. Гудение сделалось более интенсивным, но оставалось размеренным. Внезапно воздух над зеленым кругом на полу словно бы свернулся, возник портал, слегка колеблющийся и нестерпимо яркий.
– Не смотрите на него, – предупредил Ференц. – Не отрывайте взгляда от датчиков и дайте знать, если увидите малейшие изменения. Мы будем поддерживать мощность еще десять секунд, а потом перейдем в режим ожидания и проверим, нет ли неисправностей. Начинаю обратный отсчет.
– Понял, – ответил Проктор.
– Приступаем. Десять, девять, восемь… – Ференц протянул руку к пульту и сдвинул маленький выключатель. – Семь.
Послышалось едва уловимое шипение. Голову и плечи Проктора окутал туман, появившийся, казалось, прямо над вспомогательным пультом.
– Упс! – произнес Ференц.
Сосредоточенный на датчиках Проктор среагировал за тысячную долю секунды, наклонившись вперед, а потом назад.
– Сделайте глубокий вдох, – посоветовал Ференц. – Жжение в легких быстро пройдет.
Проктор отошел от пульта, слегка покачиваясь. Туман вокруг головы рассеялся, но капли пота мелким бисером осели на лицо и рубашку. Он повернулся к Ференцу, двинулся на него с серым от ярости лицом, остановился, учащенно дыша, потом сделал еще шаг. Ференц уже испугался, решив, что Проктор действительно сверхчеловек, но тот пошатнулся и упал лицом вперед на цементный пол.
Ференц даже не попытался поддержать его – лишь сочувственно усмехнулся: