Железный Феникс 3 (СИ)
Не подтверждаю и не отрицаю. Вообще интереса не показываю.
— Истории известны случаи, когда социм или арм теряли друг друга. Почти всегда второй погибал почти сразу за первым.
«Погибал», — отдаётся в ушах. То есть то, на что подписана Гайла — это смерть? Они тут нормальные вообще на этом странном острове?!
Но Владычица моих мыслей не слышит. Её улыбка становится ещё более завлекательной.
— Единственный способ сохранить жизнь социма — это… — она делает многозначительную паузу. — Дать ему другого арма.
Она смотрит на меня как собака, которая где-то выкопала и притащила здоровенную вонючую кость и ждёт похвалы. Только в отличие от безобидного животного эта дама способна вызвать у меня лишь лютое раздражение.
— Если ты уже был избран, будет совсем просто, — подступает она ко мне поближе и невесомо проводит пальцами по плечу. — Достаточно лишь твоего согласия.
Ловлю её ладонь и отвожу в сторону. Затем тоже поднимаюсь на ноги. Сердито смотрю на неё сверху вниз.
— Меня не устраивает твоё предложение, — произношу громко и чётко. — Ни о каких её долгах перед вашим народом я знать не знаю. Мне вообще плевать, что будет с этим сраным островом. Пусть хоть на куски завтра развалится.
Конечно, слегка кривлю душой. Пару-тройку человек я бы всё-таки отсюда вызволил. За остальных не поручусь.
Губы Владычицы вытягиваются в трубочку.
— О, — произносит она. — Такое мне нравится. Давай разнесём его на куски вместе. Как тебе идея?
И снова тянет ко мне загребущие руки. Отпихиваю их и отступаю к выходу. Пожалуй, хватит с меня Владычиц на сегодня.
— Предпочитаю развлекаться другим способом, — продолжаю отступать. — Книжку там почитать, фильм глянуть…
Но женщина меня уже не слышит. Она всерьёз решила заполучить себе социма и не остановится ни перед чем. Вот только изначально речь вроде была о моём согласии. Теперь уже не требуется что ли?..
Замешкиваюсь рядом с дверью, нашаривая ручку.
Мареона тут же притирается вплотную. Хватает за ворот и тянет к себе.
— Ну же, — лихорадочно шепчет она. — Открой для меня глубину своей души!
Резко дёргает ворот — и впивается поцелуем в губы. Да так жёстко, будто пытается поглотить их целиком. Кажется, я даже чувствую во рту вкус крови.
Поднимаю руки, чтобы её оттолкнуть…
И оказываюсь на болоте.
Не люблю такие места.
Под ногами чавкает трясина. Вперёд видно лишь на несколько шагов. Всё остальное скрывает плотный белёсый туман.
Это ещё что за новости? Я ведь только что был в Чёрном дворце. Зашибись у Мареоны поцелуйчики. Бодрят.
— Подумай о своей жизни, — мурлычет словно отовсюду её голос. — Каково тебе будет остаться в таком неприглядном месте навсегда? Нам лучше действовать заодно.
«Покорись!» — отзывается эхом окружающее болото. В глубине тумана змеятся тени.
Озираюсь по сторонам. Так, больше всего движения как раз впереди. Поджигаю ладонь — и топаю прямиком туда. Клочья тумана слегка шипят, испаряясь от жара.
— Думаешь, сможешь с этим бороться? — насмешливо вопрошает женщина. — Ты даже не видишь, чему противостоишь!
Ну да, ну да. Зато прекрасно слышу. И твоя болтовня мне совсем не нравится.
Добавляю огня — ладонь вспыхивает путеводной звездой. Жаль, туман от этого расползаться не торопится. Зато расползаются переплетения теней. Боятся пламени? Отлично.
— Одумайся! — резко бьёт по ушам женский голос. Кажется, Владычица тоже не любит погорячее. — Сейчас ты сам себе вредишь! Покорись, и будет тебе счастье.
— Я не люблю, — усмехаюсь, — слишком много думать.
Запускаю огненную волну во все стороны. Одежда сгорит — плевать. Но костюм, выданный бабушкой Улу, почему-то не страдает. Кажется, место, в котором я оказался, — просто иллюзия вроде той, которую когда-то организовывал для меня Капец.
А значит, можно жечь в своё удовольствие!
Вокруг вспыхивает огненная стена. Как тебе такое, Мареона?!
Что-то шипит, мокрая трава высыхает и начинает тлеть. Дым ест глаза, но мне плевать. Сейчас ты у меня пожалеешь, что решила со мной связаться, Владычица!
— А больше всего не люблю, — добавляю, когда огонь начинает гаснуть, — когда решают за меня.
Пламя исчезает, будто его не было. Вокруг на несколько метров — выжженное пространство. Островок болотной травы остался лишь у меня под ногами. Туман испарился, а на вечернем небе зажигаются первые звёзды.
Красота.
Не нравится мне только гора, возвышающаяся прямо по курсу. Наверное, из-за того, что вокруг неё активно шевелятся неаппетитные щупальца, многие из которых в обхвате с дерево.
А ещё, стоит мне приблизиться, на горе вспыхивают два огромных злых глаза. И я наконец могу её разглядеть.
Это что за осьминог-переросток?!
Глазища твари останавливаются на мне. А не слишком ли она зоркая для такой разницы в размерах? Я ведь для неё всё равно что муравей для меня.
— А я предупреждала, — хихикает Мареона. — Сдавайся, и будет тебе счастье. Но ты выбрал страдать.
— Сдаётся мне, ты страдаешь куда больше, — ворчу сердито. — Вон какую тварь раскормила.
Пока говорю, внимательно осматриваюсь. Понять бы ещё, как выбраться из этой странной реальности. У Капеца было что-то вроде телепортатора. Здесь тоже должно быть нечто похожее.
Или всё же придётся побеждать это чудище?..
— Много ты понимаешь, — по голосу слышно, что Владычица усмехается. — Всем, что имею, я обязана ему.
— Кому — «ему»?
Теперь она по-настоящему хохочет:
— Вороньему богу, конечно! Тому, кто издавна живёт в моей душе!
Тварь согласно двигает щупальцами и зыркает глазом. Вороний бог, да? Что-то не похож.
— А чего он у тебя такой склизкий? Я-то думал, он как птичка должен выглядеть. У меня где-то даже его символ завалялся…
Где-где! В гире, оставленном на конспиративной квартире, конечно же!
«Не птичка» между тем угрожающе шевелится по направлению ко мне. Ишь ты, обиделась. А я-то причём? Что вижу, то и говорю.
— Без разницы, как он выглядит! — восклицает Владычица высокомерно. Но в её голосе отчего-то слышится сомнение. — Суть от этого не изменится.
— Не скажи, — шустро отпрыгиваю, потому что самое длинное щупальце теперь до меня достаёт. — Птичка всё-таки поприятнее выглядит. А это просто жуткая тварь. Что она жрала, чтобы так вырасти?
— Богохульник!
Несколько щупальцев выстреливают в мою сторону одновременно. Уворачиваюсь от одного, другого. Третье прижариваю на подходе.
Вот только их больше, гораздо больше, чем я могу отразить!
Они обхватывают меня плотным коконом. Но вреда не причиняют: Мареона, видно, всё ещё рассчитывает со мной договориться.
Напрасно!
Взрываюсь каждой клеткой своего тела.
Щупальца расплетаются, но мой огонь всё равно их настигает.
Пахнет палёным и чем-то неуловимо-знакомым. Эфир!
— Вот уж не думал, что Владычица кхелотов называет богом тварь из Бездны, — произношу насмешливо, стоит мне освободиться. — И куда только мир катится, спрашивается…
— Нет! — взвизгивает Мареона. — Нет, нет, нет!
Моргаю — и зрение перещёлкивается на знакомую мне переговорную. Мы с Владычицей по-прежнему стоим в том же положении. С усилием отрываю её от своего рта — ишь, присосалась!
Она шлёпается на задницу. И куда подевалась хоть и зловредная, но по-своему привлекательная женщина? Сейчас она выглядит как сумасшедшая старуха, даром что на физиономии ни единой морщинки.
Красота всё-таки идёт изнутри. Какое-то время ты можешь притворяться, но твоя внутренняя сущность всё равно рано или поздно вылезет наружу.
— Весело было? — интересуюсь, возвышаясь над поверженной правительницей. — Надеюсь, это многому тебя научило.
— Мой бог… — бормочет Мареона. — Вороний бог…
Изумлённо качаю головой. Сейчас разговаривать с ней абсолютно бесполезно. Владычица сломалась, несите новую. Вот только притрагиваться к ней совершенно не хочется.
Выглядываю за дверь. Подзываю прислужника, который там дежурит.