Железный Феникс 3 (СИ)

— Мареона, — без тени эмоций произносит Рах Шан.
— Брат, — улыбается женщина. — Ты приехал!
— Спасибо, что встретила, — с едва заметным сарказмом улыбается советник. — С таким количеством охраны воистину ощущаешь себя в безопасности.
— Напрасно, — продолжает улыбаться Владычица. — Безопасность они обеспечивают только мне. Присаживайтесь.
Она тоже подходит к высокому креслу во главе стола. И тут её взгляд останавливается на мне, а глаза опасно сужаются.
— Какой интересный экстран, — произносит она задумчиво. — Точно такой же приходил недавно с нашей матерью. Или я ошибаюсь?
Пожимаю плечами:
— У меня широкий круг знакомств среди кхелотов.
— Некоторые знакомства, — Владычица останавливается на несколько секунд, видимо, чтобы все осознали вес её слова, — лучше не поддерживать вовсе.
— Вот тут согласен, — слегка склоняю голову. Правда, имею в виду совсем не бабушку Улу, но объяснять это высокомерной Владычице не собираюсь.
— Итак, — она возвращает внимание Рах Шану, — чем обязана?
— Сразу к делу, да? И даже чаю не предложишь? — откровенно насмешничает он. — А нравы кхелотов заметно упростились, пока я служил на благо родины. Даже странно, что именно ты к этому так спокойно относишься.
Щека Владычицы чуть заметно дёргается. Сказанное почему-то не приходится ей по вкусу.
— С тех пор много воды утекло, — отвечает она спокойно. — И многое изменилось. Если бы ты хоть раз поинтересовался внутренними делами острова, подобным трансформациям не удивлялся бы.
— Совершенно верно, — советник безмятежно улыбается. — Мне стоило вернуться на родную землю куда раньше. Вполне возможно, что менять ничего бы не пришлось.
Лицо Владычицы каменеет, превращаясь в подобие гипсовой маски.
— Правильно ли я поняла, что ты сомневаешься в выборе нашего бога и желаешь его оспорить?
— Кто знает, — улыбка советника превращается в оскал. — Всё течёт, всё меняется. Чему же тут удивляться?
Какое-то время родственники сверлят друг друга недобрыми взглядами. А мы с Капецем чувствуем себя чужими на этом празднике жизни. Потому что взаимные счёты этих двоих явно уходят своими корнями в глубокую древность.
— Ты всё равно потерял право на пост Владыки, — первой отмирает Мареона. — Так что не тебе, бездомному бродяге, учить меня править.
— Увы, — советник разводит руками. — Но я всё ещё остаюсь сыном своего отца.
Владычица горделиво вскидывает голову:
— А я — его дочерью. Но святотатство должно быть наказано независимо от происхождения.
— Вот тут согласен, — повторяет Рах Шан сказанное мной ранее. И кажется мне почему-то, что он тоже имеет в виду вовсе не устранение прошлого Владыки.
— Тем не менее, — после небольшой паузы как ни в чём не бывало продолжает женщина, — о цели визита ты так и не сообщил. И не представил экстранов, с которыми посмел заявиться на порог Чёрного дворца. И чьи ещё нравы упростились?
Не дожидаясь ответа советника, встаю со своего кресла.
— Давно хочу представиться, но не смею вклиниться в беседу родных, встретившихся после долгой разлуки, — даже не пытаюсь скрыть иронию. — Я Макс Воскресенский, лидер группы Ястребов и личный помощник кайзера Великой Росии по особым делам. И это я руковожу данной делегацией.
Рах Шан согласно усмехается. Красные глаза Владычицы быстро перескакивают то на меня, то на него.
— Вот как, — произносит она наконец. — Тогда прошу прощения за скомканное начало. Мы действительно давно не виделись с этим… родственником.
— Ничего страшного, — улыбаюсь максимально дружелюбно. — Тем более, что наше дело касается каждого из вас. Мы приехали вернуть в Великую Росию похищенного вашими послами члена группы Ястребов. Её имя вам наверняка известно — Гайла.
Стоит отдать Владычице должное — она даже бровь не вскидывает.
— Гайла на острове? — спрашивает равнодушно. Вот только я всё равно знаю, что врёт. — Впервые об этом слышу.
— Понимаю, что за всем не уследишь, — самую малость поддеваю я. — Однако кайзер просит вас взять это дело на особый контроль. Гайла — весьма ценная боевая единица нашего отряда.
  
— Конечно же, — Владычица обольстительно мне улыбается. — Я с удовольствием выполню просьбу уважаемого кайзера и проведу тщательно расследование. Только как быть, если окажется, что эта девушка вернулась на родину по собственной воле?
— Такое возможно, — отвечаю спокойно. — В этом случае будем действовать по договорённости. Однако я склонен считать, что такое развитие событий маловероятно.
Глаза Владычицы сужаются.
— Настолько уверен?.. — одними губами произносит она. — Ещё и мальчишка совсем… — И вдруг её красные радужки опасно вспыхивают. — Ты ведь её социм, так? Иначе зачем вам устраивать эту поездку?
Киваю:
— Вы правы в том, что я социм. А она — мой арм. Так что я имею полное право требовать встречи с ней.
Скрип шестерёнок в голове правительницы слышен невооружённым ухом. Наконец она дважды хлопает в ладоши.
В переговорной незамедлительно появляется незаметный слуга.
— Проводи господ делегатов в предназначенные для них покои, — отрывисто приказывает она. А вас, Макс Воскресенский, я прошу остаться для приватной беседы.
  
Глава 16. Глубина души
 
— Отказано, — тут же отзывается Рах Шан. — До конца расследования ни о каких приватных разговорах даже речи быть не может.
Владычица досадливо морщится.
— Я, господин советник, — ледяным тоном произносит она, — обращалась не к вам, а к главе делегации. Мне есть, что сказать ему по поводу обозначенного вами дела.
Ох, что-то я в этом крепко сомневаюсь. Только что ведь вообще отрицала, что Гайла сюда приехала. Но кто знает, вдруг услышу что-нибудь ценное? Сейчас любая информация пригодится.
— Идите, — останавливаю Рах Шана, который собирается что-то возразить. — Я присоединюсь к вам позже.
«Уверен? — вместо Рах Шана интересуется Корви. — Она может быть очень опасна».
Киваю. Так-то меня тоже голыми руками не возьмёшь. Пусть даже не пытается.
Советник с непривычно молчаливым Капецем покидают помещение. Владычица изучающе меня разглядывает. Я, с свою очередь, разглядываю её. Если надеялась меня таким образом смутить, то серьёзно просчиталась.
— Хотите чаю? — женщина вдруг любезно улыбается. Будто новую маску надевает.
Качаю головой:
— Не хочу перед ужином аппетит портить. Вы хотели о чём-то поговорить.
Владычица встаёт с места и отходит к окошку. Молчит так долго, что я начинаю жалеть об отсутствии чая. Вряд ли стал бы пробовать, но покрутить что-нибудь со скуки в руках — милое дело.
Вместо этого приходится по очереди поджигать кончики пальцев. Мелкую магическую моторику тоже тренировать не помешает. Хоть в бою я такими тонкостями пользоваться ни за что не стану. Старый добрый взрыв всё же надёжнее.
Мареона поворачивается ко мне так резко, что я не успеваю потушить пламя. Удивлённо вскидывает брови. Ну а что ты хотела с такими паузами?
Сжимаю ладонь в кулак, сбивая огонь, и подпираю щёку, выжидающе глядя на Владычицу.
— Я не верю, что такой, как ты, может стать социмом, — выдаёт она неожиданное. — Ты ведь такой… обычный.
О, так мы уже на короткой ноге? А я и не заметил. Ладно.
— Мне без разницы, — пожимаю плечами, — каким ты меня видишь, Мареона. У меня есть задача, которую я решу.
Ожидаю вспышки злости, но женщина неожиданно улыбается:
— Впрочем, я могу ошибаться. И как же так получилось, что ты до сих пор жив?
— Просто я живучий, — зеваю, прикрыв рукой рот. — Если это всё, что ты хотела узнать…
— Подожди, — спохватывается она. — Разве тебя не предупреждали, что у Гайлы есть обязательства перед своим народом?
О, вот и обязательства подъехали. Смотрю на Владычицу тяжёлым взглядом:
— И что с того?
Женщина победно улыбается:
— А то, что ей обязательно придётся их выполнить. И тебе из-за этого совсем не позавидуешь… Хочешь спросить, почему?