Ключ от опасной двери (СИ)

— Тоже любите играть с двух рук? — усмехается он.
Есть! Уорнер все-таки снизошел до беседы.
А я начала вникать в терминологию.
— Когда есть возможность, ей нужно пользоваться, — фраза звучит двусмысленно. Мне стыдно за дешевый флирт, но я вынуждена продолжить. — Вы со мной согласны?
Наши взгляды встречаются. Я стараюсь, чтобы мой был томным, как учила Дейдра. И, кажется, успешно. Я вижу неприкрытый интерес.
— Грешно спорить с красивой женщиной, — в знак солидарности конгрессмен салютуют мне бокалом.
Кокетливо опустив ресницы, я делаю глоток шампанского:
— Приятно это слышать.
Крупье открывает свою карту, и я проигрываю двадцать тысяч долларов. Юджин тоже лишается фишек, а вот конгрессмену везет — одна из его девяток в паре с тузом оказывается самой удачной комбинацией за столом.
— Надеюсь, вы не расстроены? — оценивающий взгляд снова перемещается к моей груди.
Тяжелый, как у Рида, только при этом еще и сальный. Он явно успел навесить на меня ценник. И цифра на нем в разы меньше, чем на фишке.
— Это всего лишь игра, — натянуто улыбаюсь я, стараясь стереть из памяти самодовольную ухмылку Рида.
Нашла, о чем думать. И почему я вообще их сравниваю?
Щеки заливает румянец досады.
— Мне нравится ваш подход, — встревает Юджин. — С деньгами нужно расставаться свободно, тогда и приходить они будут легко.
Тоже мне, философ. Посмотрела бы я, как он развивает эту теорию в Прескотте, где самой крупной зарплаты хватит от силы на пару ставок.
— А мне нравится ваш, — синхронно с ним я передвигаю новую стопку фишек ближе к крупье. — Сделаю-ка я его своим жизненным девизом.
В следующие полчаса мы перебрасываемся остротами. Я успеваю проиграть все двести пятьдесят тысяч, а потом отыгрываю половину за одну ставку — выпадает блэкджек. В другой ситуации я бы радовалась внезапной удаче, но сейчас нет и мысли насладиться моментом. Сосредоточившись на задании, я ловлю каждую фразу конгрессмена, только, увы, пока без результата.
Как же получить это чертово приглашение? Не стриптиз же на столе танцевать.
В зале прибавляется народа. Встречающая посетителей блондинка снует туда-сюда, еле успевая рассаживать желающих. Не отвлекаясь на усилившийся шум и суету, я старательно изображаю интерес к игре. Искренне, но не бурно, радуюсь удачным ставкам, вовремя реагирую на вопросы, смеюсь над шутками, и все еще не понимаю, как подобраться к конгрессмену. Несмотря на явную заинтересованность, он по-прежнему не заговаривает о планах.
Зато Юджин старается за двоих. Делает комплименты, словно ненароком задевает бедро своим коленом, не упускает возможности коснуться запястья. Уорнер не скрывает недовольства, и на каждый двусмысленный жест отпускает саркастичные замечания, но дальше колкостей дело не заходит.
— Юдж, не наваливайся. Ты ее скоро со стула спихнешь.
— Не завидуй, — с сарказмом парирует тот.
Не таясь, оба соревнуются за мое внимание, и я невольно вспоминаю слова Рида.
«Мужчины чувствуют, к огда от женщины веет сексом». 
Неужели он прав? И я действительно излучаю эти чертовы флюиды? Хотя какая разница, если даже с ними не добиться желаемого.
Официантка приносит новый бокал шампанского, и я едва не роняю его, увидев у входа знакомую фигуру. Подав едва заметный знак, чтобы я подошла, Дейдра направляется к дамской комнате.
И что теперь делать? Все бросить? Но ведь так я потеряю место за столом!
Проиграв последние четыре фишки, я скомкано прощаюсь и следую за Дейдрой.
В голове полный хаос. Зачем она меня вызвала? Я ведь толком ничего не успела.
— Почему так долго? — напускается Дейдра, едва я оказываюсь перед длинной линией зеркал, развешанных над позолоченными раковинами. — Уорнер давно должен был позвать тебя с собой.
Серьезно? Как она себе это представляет? Что я сходу сяду к нему на колени и скажу «поехали отсюда, милый»?
— Ограничения по времени не обсуждались, — раздраженно бросаю я.
Внутри нарастает досада, и с назойливым зудом царапает грудную клетку. Что за дурная привычка сообщать все постфактум?
 
— Уже неважно, — отмахивается Дейдра и достает смартфон. — Мы уходим.
Пульсация под солнечным сплетением сменяется пугающим холодком.
— Почему?
— Если он не позвал сейчас, дальше ловить нечего, — Дейдра перелистывает фотографии девушек на экране. — Тебя заменит другая.
Я провалила задание? В панике я прикладываю ладонь к губам, сдерживая рвущийся из горла всхлип. Что же со мной будет?
Не размениваясь на дальнейшие объяснения, Дейдра выходит из дамской комнаты. Задержавшись, чтобы умыться и остудить пылающие щеки, я отчаянным взглядом сверлю свое отражение в зеркале.
Только бы Рид не тронул родителей за мою оплошность! Они не виноваты. Да и я — я же была готова сделать, как приказано, просто не успела.
Промокнув лицо салфеткой, я открываю дверь, и неожиданно сталкиваюсь с конгрессменом.
— Вы расстроены из-за проигрыша? — участливо интересуется он, заметив подступающие слезы.
— Нет… — подозрительная забота заставляет запнуться — я подсознательно чувствую фальшь. С чего бы ему волноваться обо мне? — Просто здесь слишком…
— Скучно? — похотливо улыбается Уорнер, не просто раздевая взглядом, а наверняка еще и представляя, как имеет меня во всех позах. — Могу показать место, где будет в разы интереснее.
От удивления сердце бьется чаще. Он все-таки приглашает в загородный клуб? Но почему именно сейчас?
Краем глаза я замечаю Юджина. Не имея возможности подойти, он маячит в отдалении, дожидаясь, когда Уорнер оставит меня одну.
Ясно. Их спор не окончен. И конгрессмен решил поставить точку, показав, кто здесь главный.
Сколько бы лет не было мужчине, страсть к состязаниям у них в крови. И судьба дает мне шанс воспользоваться этой слабостью. Нельзя его упускать.
— Звучит заманчиво, — я игриво отбрасываю за спину прядь волос, как на тренировке с Дейдрой.
С довольной усмешкой Уорнер по-хозяйски пристраивает руку на моих ягодицах.
— Тогда идем.
[1] В большинстве казино Лас-Вегаса используются наличные или специальные чеки. Также можно купить фишки в кассе, и уже с ними подойти к игорному столу. Пластиковая карта и приватный зал введены в повествование в угоду сюжету. В реальности такая схема игры неосуществима.
[2] Возможность разделить две карты и сделать две ставки вместо одной.
  
Звезда вечеринки
 
Кожа под его пальцами нервно зудит. Даже ткань платья не скрашивает брезгливого ощущения, но я не подаю вида и с энтузиазмом спешу к выходу из зала.
Остановившаяся у колонны Дейдра провожает нас довольным взглядом. Легкий кивок — и она принимается кому-то звонить. Похоже, замена отменяется.
Выжидающий Юджин отворачивается и ретируется за стол. Улыбчивая блондинка администратор на миг отвлекается от вошедших и желает нам приятного дня.
— Будем рады увидеть вас снова.
Вот и все. Я справилась. Но что делать дальше?
В лобби из-за колонны бесшумно выныривает крепко сложенный афроамериканец в пиджаке под цвет кожи и рапортует:
— Транспорт ожидает, сэр.
Он пристраивается рядом и вышагивает в такт, не обгоняя и не отставая.
— Самолет готов? — свободной рукой конгрессмен небрежно ослабляет галстук.
— Уже заправили, сэр, — отзывается телохранитель и тем же механическим тоном сообщает в закрепленный на лацкане микрофон: — Мы выходим. Приготовиться.
Я замираю в предчувствии проблем. И без того ровная спина вытягивается струной — напрягается каждое сухожилие. Мы куда-то полетим? А как же загородный клуб?
«Кадиллак» с тонированными стелами мягко притормаживает возле нас, едва мы спускаемся на подземную парковку. Второй телохранитель выскакивает с пассажирского сиденья и распахивает заднюю дверь. Конгрессмен пропускает меня вперед, и пока я неуклюже ныряю внутрь, откровенно пялится туда, где еще недавно была его ладонь.