Пыль на губах (СИ)
- Очень неплохо, девочка, - прошипела консул, - но мы еще вернемся. Грай, забери пострадавших, мы уходим.
Ланта отшатнулась в сторону от побежавшего мимо нее мужчины. Девушка держалась за сердце и пыталась восстановить дыхание.
Грай выволок из-под книг своего соратника и подтащил его к тому, которого ударило молнией в голову. Жезл он установил на пол и, добившись его равновесия, замер.
Консул же ухватилась за свой жезл руками и повернула две его части в разные стороны. А затем швырнула в Ланту.
Минталента упала на колени, жезл пролетел над её головой и упал на пол. Тут же, во все стороны полетели крупные ослепительные искры. Едва яркие брызги попадали на деревянный пол и на книги, как их тут же охватывало огнем. Одна из искр попала на платье Ланты.
Девушка закричала, голыми руками сбивая пламя, охватившее подол её платья. Пока она сражалась с огнем, консул и мужчины исчезли в ослепительной вспышке. Жезл же продолжал выбрасывать искры и скоро огонь охватил всю библиотеку.
Ланта сбила пламя и, стараясь не замечать ожогов на ладонях, побежала к выходу. Там она нос к носу столкнулась с дворцовой стражей, которая прибежала на шум.
Лицо командира стражи вытянулось. - Минталента... - пробормотал он.
Девушка оттолкнула его в сторону и побежала. Но кто-то ухватил её за ногу, и она упала, больно ударившись локтем. Сверху тут же навалилось двое стражей, кожу обожгло прикосновение грубой веревки.
Ланта дергалась, пытаясь вывернуться из-под напавших. Но один из стражей сел ей на спину, и она охнула, вдавившись грудью в пол. Ей связали руки и рывком поставили на ноги.
- Мы отведем вас к великой сантарии, минталента. Вы ответите за побег и поджог библиотеки.
Ланта поморщилась от боли и ничего не ответила. Мимо не пробежало несколько слуг с ведрами воды. Их плащи развевались, всколыхнув воздух, который начал холодить плечо минталенты. Девушка опустила взгляд и увидела, что весь правый рукав её платья пропитался кровью.
- Мне нужно перевязать рану, - Ланта кивнула на окровавленную ткань.
Командир стражи даже не шевельнулся. - Вначале покажем вас великой сантарии.
Минталенту грубо толкнули в спину. Ланта обернулась и сузила глаза. - Если хоть еще раз, кто-нибудь коснется меня, я сделаю так, что он не сможет есть без посторонней помощи. Это понятно?
Стражи неуверенно закивали.
Ланта отвернулась, и сама пошла в сторону покоев Лахесии.
Весь путь до покоев великой сантарии, Ланта думала о том, сможет ли она теперь узнать, как с помощью её силы установить мост с Кэлем. "Раз библиотека сгорела, мне неоткуда получить сведения о поющих. Очень хитрый ход со стороны консула, кем бы она не была. Что же теперь делать? Еще и эти стражи... Хорошо хоть при них можно не бояться нападения охотников".
Командир стражи постучал в дверь. Ланта устало постукивала ногой, ожидая Лахесию. Плечо под липкой и холодной от крови тканью начало болеть, к тому же рану жгло и пощипывало, она зудела и хотелось как можно скорее сунуть плечо под струю воды. - Долго еще? - Ланта устало свесила голову на бок и вздохнула.
Ей не ответили. Прошло еще несколько минут томительного ожидания и, наконец, Лахесия открыла дверь. Великая сантария открыла рот, готовясь вылить на командира поток оскорблений, но тут заметила связанную Ланту и осеклась. Через секунду, губы Лахесии поползли вверх, и она расплылась в злорадной ухмылке.
- Так, так, так, наша замечательная минталента в очередной раз сбежала. Хм, я не удивлена.
- Она подожгла библиотеку, госпожа, - доложил один из стражей.
Ланта почувствовала, как внутри все заклокотала от гнева. - Это не я!
Лахесия улыбнулась. - Да неужели? А кто тогда?
Минталента растерянно осмотрелась. - Ну... Какие-то грабители. Они пробрались в библиотеку через окно, когда я была там. Они напали на меня и подожгли книги. Вот, у меня рана, оставшаяся после их нападения.
Лахесия даже не взглянула на плечо девушки. - Интересная легенда, минталента. Но мы знаем твой проницательный ум и способности к обману. Поэтому я не удивлена, что ты сама себе порезала руку.
В носу Ланты защипало, глаза увлажнились. - Это не я! Зачем мне это?
Лахесия покачала головой. - Ты уничтожила хранилище разума, самую важную часть дворца. Тысячи лет труда виднейших ученых и миллионы мудрых мыслей погибли сегодня от твоей руки. У меня нет слов, чтобы описать, какое ужасное преступление ты совершила.
Ланта улыбнулась. - Если уж решили меня обвинить, великая сантария, то делайте это побыстрее. А то скоро и ваша стража поймет всю глупость сказанного вами. Красноречие не самая сильная ваша сторона.
Лахесия зашипела и отвесила минталенте пощечину. Голова девушки мотнулась в сторону. Ланта выдохнула и гордо выпрямилась. На её щеке остался алеть отпечаток ладони. - Благодарю за удар, великая сантария. А то я чуть не уснула, пока вас слушала.
Лахесия топнула ногой. - В темницу её! Немедленно!
Командир стражи замялся. - Но, госпожа, это же минталента. Может лучше сначала спросить астартора?
Великая сантария чаще задышала. - Будешь задавать много вопросов, отправишься даже не в темницу, а прямиком на плаху. Понял меня?!
Командир стражи испуганно вытянулся и часто закивал.
- Астартор в таком состоянии, что согласиться с любым моим решением. Сейчас я тут власть! Уведите её.
Ланте развязали руки и втолкнули в темницу. Она потерла сине-багровые следы от веревки и обернулась к стражам. - Может, хоть воды и тряпок дадите, рану перевязать?
Но стражи ничего не ответили и захлопнули дверь.
Минталента пожала плечами и осмотрелась. Её камера была не из самых плохих, если верить тому, что минталента читала в книгах и видела своими глазами в детстве, когда отец водил её в дворцовую тюрьму. Здесь был стол, кровать с соломенным матрасом и даже небольшой шкафчик в углу.
Ланта села на кровать и уставилась на дверь. "Интересно, они все равно принесут воду и тряпки, или можно не ждать?"
Начались долгие минуты ожидания. Девушка постучала ногой, отбивая незамысловатый ритм, и начала напевать песню, но спохватилась уже на первых словах и замолчала. - Не стоит теперь петь от скуки. Это опасно. Охотники смогут найти меня в любом месте.
Прождав с полчаса, Ланта решила, что стражи так и не принесут воды и тряпок, а значит, ей нужно самой позаботиться о ране.
Девушка оторвала окровавленный рукав и разорвала его на несколько полосок ткани. Те, что были мокрые от крови, она отшвырнула в угол, а одной тщательно стерла кровь с раны, морщась от боли. Рана оказалась глубокой, но края разреза были ровными. Последняя полоска ткани ушла на повязку.
Ланта легла на кровать и уставилась в потолок. Обида нахлынула на нее, и она не смогла сдержать слез. Она разревелась как маленькая девочка, прижимая ладони к лицу. Слезы текли по вискам и капали в уши, заставляя её вздрагивать и дергать головой. Ланта старалась сдерживаться, чтобы рыданий не услышали за дверью, но несколько сдавленных звуков все равно вырвалось из груди.
***
Скорлы хлопали крыльями, и Мейт боялся, что этот звук разбудит обитателей лагеря. Кэль кратко рассказал, что и где находится, но Мейт все равно нервничал и боялся потеряться. Воображение рисовало ему ситуации, когда он почти развязал мекров, но тут из палатки выходит по нужде сборщик и замечает его.
- Трусишь? - спросил его Кэль, сажая скорла в нескольких десятках шагов от лагеря. Сверху он уже заметил, что все сборщики были в шатрах, костры они погасили, и лишь тлели угли главного костра, по которым они и смогли отыскать лагерь в рассветном сумраке.
Мейт то ли спрыгнул, то ли свалился со скорла в снег. Юноша на четвереньках отполз подальше от зверя и выпрямился на дрожащих ногах. Внутри все сжималось от страха. - И сайрона нет, хапнуть немного для храбрости, - пробормотал Мейт.