Когда ты перестанешь ждать (СИ)
- Аа... дети неразлейвода, - неожиданно быстро отозвался он.
- Ну, не совсем, пап, - сказал я, слушая его хриплое дыхание. - На самом деле, они никогда не дружили. Ты помнишь отца и мать Юсси? Остались у тебя какие-нибудь контакты их семьи?
Они как-то обращались к нам за консультацией, как раз в "хорошее" для папиной головы время, так что он должен найти хоть что-то на уцелевших после того пожара страницах своей записной книжки.
- Прицеп не относится к лицензируемым вещам. На него нужно оформлять разрешение, но если тихо возить розовые кусты из одного палисадника в другой, то всё будет в порядке, - сказал папа практически своим прежним голосом. Нижняя губа задевала динамик, шлёпая по нему, как кусок сырого мяса, отчего речь получалась слегка невнятной. - Нужно выучить маршруты гвардии, и слушать скрип их велосипеда. Слушай скрип велосипеда - вот мой главный тебе совет.
- Да, я понимаю, что как юрист ты ещё в отличной форме. Ты помнишь телефон?
- Телефон нет. Но ты можешь заглянуть к ним домой, если тебе так приспичило повидаться с этим парнем. Вниз по улице, потом направо. Туда, где стоят садовые гномы, один из них с отколотым носом...
- Проехали, пап, - сказал я, заправляя за уши волосы. Эти противные, отросшие патлы давно пора бы уже срезать. - Дай мне маму.
- Что ты от него хотел? - спросила мама. Она говорила, прикрыв трубку ладонью, хотя это было без надобности: папа мог часами сидеть, наблюдая одну точку где-то чуть правее середины телевизионного экрана, и вряд ли воспринимал, что вокруг происходит, если не обращались непосредственно к нему.
- Мне нужна семья Тойвонен. Помнишь, тот толстый мальчик, с которым я дружил?
- Господи, Антон! Я что, должна помнить всех твоих толстых мальчиков?
- Поэтому я и спросил папу.
- Насколько я понимаю, он тебе тоже не больно-то помог.
- Предложил мне зайти к ним в гости, - улыбнулся я.
- У тебя есть к кому зайти в гости, - с ноткой недовольства отозвались на том конце провода.
- Я сегодня в командировку, - сказал я. - Заниматься иппотерапией. Собственно, уже стою на вокзале, и прямо сейчас пребывает поезд. Вернусь через недельку, тогда и увидимся.
И, пока не начались расспросы, отключился. Насвистывая, сходил на кухню, покормил кота и поставил на огонь чайник. Оставался только один вариант. Всемирная сеть: стоит испытать, насколько популярна она у северных наших соседей.
Юсси никогда не увлекался интернетом. Юсси был фантазёром, и ему казалось, будто связь с всемирной сетью как-то обесценивает его идеи. Кто-то посоветовал ему, мол, в интернете есть всё, и старина Юс, упрямый старина Юс, сказал: "Уж нет! Я до всего дойду своим умом". Была надежда, что он изменил свои взгляды.
Открыв браузер, я задумался. Куда обычно помещали в нашем игрушечном городке объявления? "В газеты", - ответил я сам себе. Газеты у нас читали все. Он и в самом деле будто из рассказов Брэдбери, наш город.
Есть виртуальные финские доски объявлений, которые должны служить для коммуникации между русскими и финнами, но, пролистав несколько, я понял, что теперь там остались только эмигрировавшие русские и их оставшимися в России друзья. Параллельно поискал форум нашего городка, но, конечно же, не нашёл. Единственный "форум", который мог иметь к нему отношение - это когда люди встречаются в парке или когда кто-то, захватив кремовые пирожные или пива, идёт по приглашению к соседям.
На фэйсбуке я не нашёл ни Юсси, ни Джейкоба, но было некоторое количество личностей, у которых в графе "город" было указано "Киттила". Никого из них я не знал. Очень много людей было из Соданкюля. Юсси собирался поехать учиться в Турку, на кораблестроителя, и для проформы я заглянул туда, стараясь не паниковать от количества смутно знакомых слов, которыми забрасывала меня каждая страничка. В своё время я разговаривал на финском очень бегло. Наверное, эти навыки ещё можно восстановить. Если разобраться, прошло каких-то двенадцать лет...
Даже зная приблизительно, в каком университете следовало искать, даже зная в общих чертах специализацию, можно было щёлкать мышкой до старости.
- Да где же вы все? - ругался я. - Куда подевались?
В голове создавали крутящий момент стихи из сна. Я никогда не увлекался поэзией - было бы странно заразиться страстью к ней через сон, но я это сделал. Рассудок твердил о гениальности, о скрытых талантах, пытался уверить: такое бывает, но кроме рассудка во мне, оказывается, есть кое-что ещё. Это как чудом не выкинутая повзрослевшим домовладельцем книжка с картинками, со сказками, между главами которых он оставлял собственные наивные иллюстрации. От отчаяния я решил составить своё послание только из этих стихов. Я набрал их по памяти, не прикасаясь к тетрадке.
Похоже на крик души. Я отправлял в космос финского интернета послание, которое предназначалось несуществующим людям. Этот романтизм совсем не про меня, но чему я научился за сознательную и более-менее состоятельную жизнь - это мириться с фактами. А факты говорили, что юношеский романтизм никуда не пропал. Я вполне был готов на такой поступок.
Первое объявление свило себе гнездо на странице университета Турку в социальной сети facebook. Знал ли Юс в моём сне Томаса? Дружили ли они? Интересовался ли он его стихами? Наверняка; Юс, насколько я его помнил, интересовался всем, до чего дотягивались его пухлые пальцы.
Второе я оставил в группе "Olemme SodankylД", что означало "Мы из Соданкюля", в разделе "поиск людей", прямо под сообщением какого-то парня, который потерял в супермаркете, в отделе обуви, девушку, и теперь искал новую.
Позвонил Фёдя, и я с полминуты отстранённо наблюдал, как телефон, вибрируя, медленно ползёт к краю стола. Фёдя - отрезвляющая реальность и хорошая оплеуха, но я не хотел отрезвляться прямо сейчас. Пора было собираться в дорогу, а нужно было ещё выдать инструкции и паёк на два-три дня коту. Поезд, что должен унести меня к Выборгу, стартовал через полтора часа. Я планировал занять место у окна и, вооружившись надувной подушкой и наушниками с медитативными The Police, немного попрактиковаться в вызывании сновидений. Как минимум на один киносеанс, то есть фазу БДГ-сна, я успеваю.