Хитрая злая лиса (СИ)
«Даже Милка вписалась, хотя пришла позже меня. И парик освоила, и украшения под заказ сделала, подозрительно знакомые, кстати. Если бы мистер Булгари узнал, сколько в мире поклонников его творчества на самом деле, а не „официально“, он был бы в шоке. Интересно, он бы прибалдел или разозлился?»
Когда она дошла до столика госпожи Виари, её уже заметили. Виари изобразила приветливый, хоть и сидячий поклон, другие благородные женщины тоже вежливо склонили головы, вставать никто не стал — они все были старые, для них это явно было тяжело. Их было трое — Виари, ещё одна седая женщина чуть младше, которую Вера не узнала, и та старушка, которая испугалась бабочки, её Вера не сразу узнала, потому что она переоделась в современное и роскошное. Судя по загадочным глазам и румянцу, пока Вера к ним шла, они её очень весело обсуждали.
Хозяйка пригласила Веру садиться, к ней тут же подбежали две служанки и помогли устроиться на подушке, красиво расправили её подол и рукава, поставили перед ней чашку и ушли обратно в свой угол площадки напротив музыкантов, где тоже уселись красиво и приготовились ждать, когда их позовут. Старшая Сун торжественно разлила чай, все друг другу представились, но Вера их имена мигом забыла, надеясь, что потом сможет спросить у министра.
Как только она сделала глоток чая и выслушала комплименты своей причёске, Виари жестом показала музыкантам, чтобы играли громче, а сама наклонилась к центру стола и сказала с улыбкой маленькой девочки:
— Вероника, дорогая, скажи нам срочно, пока мы не умерли от любопытства — тебя правда пригласили в дом Кан?
— Да.
Дамы ахнули и продолжили на неё смотреть, она уже уяснила за этот вечер, что здесь не любят односложные ответы, но добавлять ничего не хотела, поэтому молчала и пила чай, невольно улыбаясь. Виари посмотрела на её кольцо, потом в глаза, не дождалась продолжения и сказала еле слышно, но с таким восторгом, с которым школьницы обсуждали новую серию сериала, в которой с героями произошло наконец-то то, ради чего весь сериал и затевался:
— Шен Он сделал тебе предложение?
Все дамы за столиком дышать перестали, Вера ощущала на себе их голодные до сенсаций взгляды и загадочно улыбалась, потом поставила чашку, тронула кольцо и сказала:
— Это просто подарок.
Дамы выдохнули с разочарованными лицами, потом переглянулись и опять уставились на Веру, с таким видом, как будто постучали в дверь, а из-за неё раздалось: «Никого нет дома».
Вера вздохнула и перестала улыбаться, сказала тихо и почти на сто процентов серьёзно:
— В моём мире так не делается. И в вашем, я уверена, тоже. Нельзя уйти от одного мужчины и через месяц переехать к другому, это неправильно. Я понимаю, что здесь уже все знают, что я в своём мире сама решила уйти от своего мужа, в моём мире это нормально, не нравится муж — встаёшь, уходишь, а документы можно потом по почте прислать. И если вдруг женщина потом решает ещё раз выйти замуж, она может это сделать, но — не в тот же день, и не через неделю. У всех народов приличный период разнится, но он у всех есть, потому что это логично и правильно. И это помогает избежать множества неприятных вещей, которые на меня здесь уже пытаются повесить, кстати. Спешка в этих вопросах всегда вызывает подозрения — а может, эта женщина ещё при первом муже со вторым мужем что-то мутила; а может, эта женщина беременна и ей надо срочно. А потом начинаются вопросы — а чей ребёнок, а вдруг не от того, от кого следует. Мне это всё совершенно не нужно, и бегать за каждой сплетницей что-то доказывать я не собираюсь. Все эти вопросы решаются элементарным сохранением спокойствия и выжиданием положенного срока, в моём мире это полгода-год, в вашем я не знаю. Сколько?
— У нас достаточно трёх месяцев, — тихо ответила Виари, Вера увидела в её глазах неподдельное уважение и мысленно поставила себе твёрдую пятёрочку за умение влиться в коллектив и сочинить убедительную легенду на ходу. Виари добавила: — Я сразу сказала, что жрица Ма Ра ошиблась. Я тоже, всё-таки, не первый год на свете живу, и кое-что вижу, а своим глазам я верю больше, чем слухам. Ты всё делаешь правильно, молодец.
Вера улыбнулась и спросила:
— А что вы видите? — Виари слегка растерялась, Вера улыбнулась шире: — Мне говорили, что моя аура отличается от аур людей этого мира, из-за этого многие ошибаются при диагностике. Но у магов хотя бы хватает совести честно признать, что они не понимают того, что видят, а жрецы начинают фантазировать и вводить всех в заблуждение.
Старшая Сун сказала шёпотом:
— Жрец Вариуса помолодел после встречи с тобой.
— Он не человек, по-моему, — качнула головой Вера, — и он сказал, другие так не смогут, только он. Он тоже не понимает, что во мне видит.
— Способ помолодеть, тем не менее, рассмотрел, — с шутливой сварливостью пробурчала женщина, заставив всех рассмеяться. Виари вздохнула и опять пошла в атаку:
— Говорят, Шен Он поссорился с матушкой из-за тебя.
— Они постоянно ссорятся, — махнула рукой Вера, — у них характеры... специфические. Сегодня поссорились, завтра помирились.
— Говорят, на этот раз всерьёз.
Вера опять отмахнулась и не стала отвечать, Виари сказала серьёзнее:
— Если так дальше пойдёт, она может отказаться поддерживать ваш брак.
— Ни о каком браке речи не идёт и не шло никогда, — значительно подняла палец Вера, женщины изобразили серьёзные понимающие лица и закивали, и тут же опять сделали стойку на новости, поедая Веру голодными взглядами. Она понизила голос и хитро улыбнулась: — К тому же, пригласив один раз, выгнать меня она уже не сможет. Её слово было сказано и было услышано, и не мной одной, теперь я буду делать именно то, о чём мы с ней договаривались, но исключительно так, как я сама решу. Она может осуждать мои методы, она может устраивать скандалы, но выгнать меня она не может, это не в её власти. А тот, в чьей власти, этого делать не станет, пока его мои методы устраивают. А они его устраивают полностью.
— Какие методы? О чём вы договаривались? — Виари смотрела на неё так внимательно, как будто это был её дом, а не её ученика. Вера хитро улыбнулась и сказала:
— Она попросила меня помочь навести порядок во дворце Кан, и отдала своего сына в моё распоряжение. Вот я и распоряжаюсь.
Виари смотрела на неё подозрительно и хитро, все молчали, потом Виари полуутвердительно сказала:
— Ты её вынудила?
Вера медленно пожала плечами, с загадочной улыбкой обводя взглядом красные листья клёнов над головой, посмотрела на Виари и мурлыкнула:
— Когда женщина является хозяйкой дома, она должна очень осторожно выбирать выражения, потому что каждое её слово творит историю её семьи. А если женщина разбрасывается словами на эмоциях, то она заслуживает всё то, что с её семьёй из-за этого происходит. Да?
Виари медленно округлила глаза, закрыла рот ладонью и издала поражённый вздох, переглянулась с другими дамами, такими же ошарашенными и торжествующими, убрала руку и сказала еле слышно, с бескрайним восторгом:
— Ты её вынудила. Ты, хитрая злая лиса, обманом вырвала у неё из рук поводок, на котором она водила Шен Она годами... Так ей и надо. Видят боги, она это заслужила. Издеваться над бедным мальчиком, столько лет! Она напрашивалась, и она допросилась. Я много лет назад говорила — её несдержанность ей аукнется. И так оно и вышло. Боги, мне аж жарко стало, — Виари раскрыла веер и стала обмахиваться, её щёки покраснели, глаза сияли, другие дамы тоже улыбались и выглядели довольными. Виари звонко закрыла веер и сказала: — Так о чём был договор?
— О порядке во дворце. И в жизни хозяина дома. Она сказала, что я могу с ним делать что захочу, хоть съесть.
Виари захихикала и закивала:
— Узнаю её стиль, она любит такие фразочки из детских книжек. О, боги... Это будет весело. И что, ты планируешь заниматься дворцом Кан в Оденсе?
— Обязательно. Начну с того, что напомню старшей Хань, что она таки старшая Хань, вот пусть в доме Хань и хозяйничает.