Антидемон. Дилогия (СИ)
– В порядке! – ответил тот. – Я маг девятого разряда!
Глаза его блестели, на щеках появился румянец. Поутру он смог пошевелить несколькими пальцами на руках и полностью уверовал в мое обещание его излечить.
– А почему ты лежал тогда весь грязный, пропахший потом и кое-чем еще похуже? Есть же несколько простых заклинаний, помогающих поддерживать гигиену!
– Да просто сдохнуть хотел побыстрее! – ответил он. – Смерть меня избегала, а я тогда не знал, к чему мне жить дальше! Злился на внука, что бросил меня и сбежал со всеми оставшимися деньгами, и совсем не ждал, что все может повернуться вот так!
Я пожал плечами. Ну что же, веский аргумент! Хорошо хоть, что источник в порядке и не придется еще и ему его восстанавливать. Сердце в этом возрасте не такое сильное, чтобы использовать ту методику, что мы недавно отработали с сестрой на себе. Что касается его разряда… Девятый – обычный для половины магов, и он не так и плох. Тридцать процентов выше восьмого не поднимается! Раз достиг девятого только к старости, значит, источник мал, и уровень взят трудом и профессионализмом!
Когда к полудню ожили почти все пальцы, в том числе и на ногах, и старый маг окончательно уверовал в то, что все это ему не пригрезилось, у него появилось настроение поболтать. Я с интересом выслушал историю его жизни – служил в армии, был несколько лет портальным охотником, отказался от этой идеи, когда в очередной экспедиции погиб его единственный сын. Невестка умерла годом ранее. Внуку тогда было пятнадцать, он озлобился, попал в дурную компанию. Старик так переживал, что однажды упал и очнулся уже парализованным. Внук вскоре бесследно исчез со всеми богатствами рода, и они впали в нищету. Жена поддерживала мужа еще десять лет, пока сама не скончалась. После этого он еще четыре года лежал и нетерпеливо ждал смерти, злясь на сестер милосердия, продлевавших его агонию!
Никаких бандитов на нашем пути не появилось, и в сумерках мы вошли в город. Денег у меня теперь было полно, и я быстро, несмотря на позднее время, нашел и арендовал на месяц домик с двумя слугами недалеко от Южных ворот. Вручил им Вракара и отправился домой.
Отец еще работал, не стал его отвлекать. Поднимаясь по лестнице к своей комнате, услышал сдавленный вопль и звуки ругани из комнаты сестры. Сбросив тяжелые сумки на пол, метнулся туда и без стука открыл дверь. Сестра стояла у окна с красным лицом и в слезах, больше никого не было.
– Что тут за крик был, почему ругалась? – облегченно выдохнув, спросил я, начиная уже догадываться о причине.
Сестра вначале радостно обняла меня, а потом уже начала рассказывать:
– Ну, ты уехал, бить меня некому, не просить же Ганта! И тренировок больше нету, без тебя все застопорилось! Я пошлялась под окнами психлечебницы, но меня оттуда погнали. Думала дать денежку, чтобы пустили внутрь посидеть, но испугалась – и в прошлый раз страшновато было туда заходить! И значит, все – развитие источника застопорилось! Вот я и придумала вчера несколько способов прокачки. Знаешь, что если десять раз локтем удариться об угол стола, то сразу процент к первой части основы добавляется? Или семь раз пальцами ноги по ножке стула, но это вообще ужас!
– Ты это, не попади в число тех девочек, что получают удовольствие от боли! – покачал головой я. – Заканчивай с этим, с утра у нас будет тренировка, и у тебя после нее сразу пара процентов прибавится к первой части! А потом отправимся к парням тренироваться, и процентов восемь еще ко второй части основы доберешь! Сколько у тебя уже заполнено?
– Семьдесят шесть процентов первая часть, что формируется из своих страданий, и восемьдесят девять – вторая, из чужих, – ответила сестра через десять секунд, открыв глаза.
– Ну, потерпи, не так уж и много осталось! – подбодрил ее я.
Ответом был тяжелый вздох. И я сестру прекрасно понимал!
Чтобы ее отвлечь от тяжких размышлений, я вернулся в коридор за своими сумками. Эрли сходила со мной и довольно пискнула, когда я затащил вещи в ее комнату. К чему дело шло, она сразу догадалась!
Все верно, вчера я посетил местный базар в Таравеке и прикупил ей подарков. Раздобыл шикарную сетку на волосы из золотой проволоки, сделанную так искусно, что без колебаний отдал за нее тридцать золотых монет. А также шарф из знаменитой газельской пряжи, яркий и невесомый одновременно, за пять золотых. Сестра, когда я выложил оба подарка на ее кровать, пришла в такой восторг, что запрыгала, хлопая в ладоши, как будто ей было десять лет. А затем, забыв о том, что в сумках может быть что-то еще, потребовала немедленно ей помочь надеть и то, и другое. Одно из платьев, что она «сама пошила», уже было готово, я вышел, она его надела, а затем началась примерка и сетки для волос, и шарфа. С сеткой ошибиться было невозможно, золото есть золото, а вот шарф не подходил по оттенку к этому платью.
– Братик, ты самый лучший! – тем не менее, ахнула сестра, увидев результат. – Я в этой сетке выгляжу как принцесса! А шарфик чудо как хорош, он как раз подойдет ко второму платью! Думала его через три дня «сшить», но теперь не выдержу и притащу уже завтра! Ох, как жаль, что эта проклятая основа не заполняется от положительных эмоций, я бы уже ее заполнила после таких подарков!
Вскоре я устал ждать, когда она закончит вертеться у зеркала, снова подошел к сумкам и со значением наклонился над ними. Эрли была тут как тут, с детским любопытством и ожиданием чуда смотря на меня.
Глава 20
Бо́льшая часть моего детства прошла на войне, но сейчас на душе так потеплело, что я понял, как мне не хватало все эти годы таких вот простых, но радостных эмоций. Как лучше убить врага, убить монстра, как подкрадываться, скрывать следы и отступать, какие заклинания в какой ситуации лучше использовать – все это важно знать, но как здорово вот так дарить подарки тому, кто столь искренне им радуется! Адские демоны! Похоже, я дарю Эрли такие дорогие подарки в том числе и потому, что мне самому их очень долго не дарили!
Взгромоздив сумки на кровать, я открыл застежки и медленным блестящим потоком вывалил золотые монеты. Эрли замерла, открыв рот, в полном изумлении.
– Да здесь же тысячи золотых монет! – наконец сказала она. – Надеюсь, ты не слишком рисковал, чтобы их заполучить?
Я заранее принял решение рассказать сестре все как было. Она явно движется к тому, чтобы заняться портальной охотой, когда сформирует источник, – азартна, смела, энергична. Пусть лучше заранее узнает как можно больше всего о монстрах, чтобы представляла себе реальную цену ошибки. Да и будет знать, что нельзя стоять около порталов с опасными оттенками расцветки!
Эрли и бледнела, и краснела, кусая кулачки, во время моего рассказа о встрече с крахтом. А когда я закончил, подбежала ко мне и обняла. А затем сказала:
– Ты благородно поступил, но все же больше, пожалуйста, так не рискуй, ладно?
Чтобы перевести разговор в более положительное русло, я погладил ее по голове и сказал:
– Так! Подскажи мне, куда мы будем прятать все это золото? Твой тайник под окном слишком мал!
– Завтра отнесем в банк, конечно! – серьезно сказала Эрли. – Надо быть дураками, чтобы хранить столько золота дома! Да там и проценты будут капать!
Усмехнувшись такой хозяйственности, я кивнул.
Отец закончил работу через полчаса. Услышав его шаги, я немедленно спустился вниз. Он искренне обрадовался моему возвращению и долго расспрашивал про подробности. Обидно было, что рассказать я мог немного, но хоть Эрли в этом отношении была отдушиной! Иначе бы тайны переполнили меня, и я бы попросту взорвался!
Утром я так гонял Эрли на тренировке, что закончила она ее с пятнадцатью синяками. Зато обучилась двум новым захватам и способам выхода из них. Кто его знает, когда это может пригодиться!
В городе мы первым делом посетили самый солидный здесь банк, государственный, учрежденный еще королем, почившим пять веков назад. В масках, сохраняя инкогнито. К счастью, анонимные ячейки тоже были, и они прекрасно работали по слепку ауры. Одинаковых аур не бывает, так что мы ничем не рисковали. А банковские работники при помощи простого заклинания видели, сколько клиент положил в ячейку золота, и каждый месяц учитывали набежавший процент, обязательный к выплате по первому запросу. Выплачивали поменьше, чем в частных банках, всего три процента в год, но деньги я мог забрать в любой момент. Также я взял на сто золотых векселей на предъявителя, которые охотно брали в любых лавках королевства.