Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж
– И об умениях столь нужного нам упыря-гуля я тоже подумал, все ж не глупее тебя.
– О, Аллах, Всеблагой и Всемилостивейший! – вытянутое лицо Заира внезапно исказил страх. – Так вы думаете, тот, кого мы ищем – гнусный кровопийца – гуль! Так как же мы с нечистой силою справимся?
– Он не гуль, успокойся, – внимательно поглядывая по сторонам, рассмеялся Халед. – Если б был гуль – Мардар нас бы предупредил, да и, скорее всего, не послал бы, явился бы сам. Не-ет, это человек… человек по виду, обликом, телом, а лишь душою – хищный и кровожадный зверь.
– Ва, Аллах, – сложив руки на груди, Заир набожно поднял глаза к небу. – Можно, я скажу откровенно, мой господин?
– Говори уж, коль начал! – кабальеро прищурился, поправив висевший на поясе меч в узких, отделанных серебром, ножнах. – Впрочем, я, кажется, знаю, о чем ты хочешь сказать… О Мардаре, не так?
– Так, господин, – погладив по гриве коня, согласно кивнул воин. – Об этом проклятом колдуне… и о том гнусном нелюде, кого мы ищем. Клянусь поясом Пророка, я бы просто убивал неверных, где бы только их видел! Но связаться с колдуном…
– Страшно? – язвительно скривил губы Халед.
– Я не трус, господин, вы зна…
– Да, я знаю. Но и ты пойми, Заир, и вы все поймите – просто убивать мало! – взволнованно сверкнув глазами, Красавчик придержал дернувшегося было коня. – Нужно спасти Гранаду. И вернуть Сеуту – нашу несчастную родину. А кяфиры – неверные – сильны, очень сильны, и вы все знаете, что помочь нам может только чудо… или – черный колдун! И мне все равно, кого использовать, – Халед сорвался на крик, сам того не замечая. – Все равно – пусть колдун, нелюдь, злобный ифрит или гуль, да хоть сам шайтан! Лишь бы помогло, лишь бы! А кто так не думает – может идти на все четыре стороны. Есть такие?
При этих словах все воины спешились и разом повалились на колени в серую дорожную пыль.
– О, господин, мы никогда не предадим вас! – стукнув себя кулаком в грудь, Заир горделиво расправил плечи. – И отстоим Гранаду, и вернем свою родину, мы хотим этого ничуть не меньше, чем вы! Просто… вы и сами заметили, что и мы не глупцы, и просто хотим знать больше из того, что передал вам рыбак от кол… от Мардара. Вместе ведь легче придумать, как изловить.
– Хорошо, – молодой господин спокойно кивнул и даже улыбнулся, глядя на своих верных воинов, немногих оставшихся в живых после штурма Сеуты, единственных, кому еще доверял. – Пусть будет так. Встаньте же с колен! Говорите… Ах да, прежде вы хотели послушать, что ж… – Халед сдвинул брови, припоминая. – Этот гуль… нелюдь… он должен быть где-то здесь, рядом, где смерть – там и он. Вроде бы рвут людей волки, но нет… хотя вы это уже знаете… Что еще?
– А нет ли каких-нибудь примет, мой господин? Ведь нелюдь выглядит как человек. Каков он – толстый или худой, высокий или низкий, с бородою или, может быть, без?
– Не знаю, – Красавчик повел плечом. – Об этом Мардар не сказал… но он передал с рыбаком другое… – сунув руку в переметную суму, кабальеро вытащил оттуда небольшой флакон толстого голубого стекла, какие делали когда-то в Египте. – Это снадобье нелюдь должен выпить… и тогда он сделает для нас все, что нужно. А что нужно – вы знаете.
– Выкрадет Черную Деву! – стукнув себя кулаком в грудь, восторженно выкрикнул Заир. – Но… выкрадет ли? Подействует ли снадобье?
– Если не подействует, мы нелюдя убьем, – спокойно пояснил Халед. – Зачем он нам тогда нужен?
Заир вдруг сверкнул глазами:
– А мы сами? Разве мы сами не можем ее похитить? Напали бы на монастырь и…
– В том то и дело, что не можем, – Красавчик грустно улыбнулся. – Не думайте, что никто не пробовал… Даже сами неверные захотели перенести Деву на другое место, в Манресу…
– И… что?
– Не удалось! Ее могут выкрасть очень и очень не многие… так говорил Мардар.
– Немногие… и тот… халиф неверных?
– Да, и тот бы мог. Но мы его упустили, увы… Тем более, Мардар просил пока халифа не трогать. Нам остается только нелюдь, – Халед неожиданно приосанился. – Да, мы не ведаем его облика, но хорошо знаем его внутреннюю суть и вполне можем представить все его действия. На этом и будем ловить. Только бы поскорей найти – где. В Террасе расходимся, посидим в майхонах, послушаем разговоры… Можете даже выпить вина – Всевышний простит вас ради благого дела!
В Террасе люди Халеда ибн Хасана встретились со своим господином уже к концу дня, на постоялом дворе, расположенном на самой окраине, у полуразрушенной, построенной еще римлянами стены.
– Вот ведь народ, – сидя в саду, Красавчик покосился на старинную кладку и одобрительно поцокал языком. – Язычники, а как строили! И не только стены, дороги, но и государство – Империю! Впрочем, и наши халифы когда-то… О, Всевышний, ведь вся Испания еще не так давно была нашей… почти вся! Мы вернем это время, клянусь! Ну, – Халед окинул столпившихся вокруг воинов быстрым пронзительным взглядом. – Докладывайте! Начни ты, Заир.
– В тавернах болтают, будто совсем недавно волки порезали пастушков где-то неподалеку…
– Э, Заир! – недовольно прервал красавчик-мавр. – Что это за слова такие? Недавно, где-то, неподалеку… Не должно быть таких слов!
– Я понял, – воин тут же кивнул и исправился: – Четыре дня назад, на заливном лугу в трех римских милях к востоку от южных ворот, были найдены мертвыми трое отроков возрастом от двенадцати до шестнадцати лет, у всех троих разорваны шеи, по словам служки – им просто вырвали кадыки.
– И?..
– И никого вокруг не видали, но слышали волчий вой.
– Понятно, – сухо кивнув, Халед ткнул пальцем в следующего. – Теперь – ты.
– Три дня назад, в десяти милях к северу, у деревни Сан-Себастьян – точно так же растерзали девушку-крестьянку.
– Ты!
– Два дня назад… в пятнадцати милях… двое подпасков…
– День назад, у Южных ворот – заснувшего под деревом пьяницу…
– Ну, это, может быть, и в самом деле волки. Или, скорее, бродячие псы. Достаточно! – покривив губы, Халед ибн Хасан жестко прищурился. – Вы не узнали почти ничего! Что смотрите? Увы, это так. Завтра же отправитесь обратно в таверны… Вижу, вы именно этого и хотели?! Вам так понравилось пить вино? Еще бы…
– О, господин, прошу, не оскорбляй нас понапрасну, – с глубоким поклоном вступился за всех Заир. – Мы просто делали то, что ты велел.
– А подумать своей головой было лень?! – с презрением дернув шеей, Красавчик повысил голос. – Да, мы знаем – где и кого убили, догадываемся – кто, и я даже могу предположить – как… Но! Может быть, есть что-то общее между жертвами? Кроме того, что все они – простые, беззащитные люди… Ах, нелюдь вовсе не глуп, и не ищет трудных путей! Ищите! Спрашивайте! Не знаю – что! Может, все убитые как-то похоже себя вели… или похоже выглядели… Ищите!
И снова вечер, но уже на следующий день, и снова сходка у римской стены в дальнем углу сада, и – приглушенные голоса воинов, внимательный взгляд Халеда…
– Те, трое, были одеты в рубища, двое – светловолосые, один – с темными кудрями…
– Та несчастная девушка, крестьянка… одета в обычное платье, босая, волосы светлые, карие глаза…
– Двое подпасков… одеты… волосы светло-русые, глаза…
Выслушав всех, Красавчик ненадолго задумался и, удовлетворенно кивнув, обвел своих верных людей враз повеселевшим взглядом:
– Ну вот! Совсем другое дело. Наконец-то Всевышний вас вразумил. Заир, Нусрат! Завтра с утра отправитесь на рынок и купите там рыбацкую сеть и юную светловолосую рабыню… или мальчишку-раба, но тоже светловолосого. Лучше, чтоб они были родом из той местности, где нет гор. Поняли? Хорошо. Остальным быть готовым к отъезду! И да поможет нам Аллах.
Недалеко от деревушки Сан-Себастьян, что в Монтсерратских горах, на перевале, объятом зыбкой пеленою тумана, таились за серыми скалами четверо мусульманских храбрецов- Халед ибн Хасан, Заир с Нусратом и еще один молодой воин, Хаким ибн Раис. Остальные остались внизу, в долине, сторожили дорогу и следили, чтоб – если что-то случится не так – никто не ушел. Никто… Ни Нелюдь, ни купленный на рынке светловолосый мальчишка, в рубище, с босыми ногами в цыпках.