Ползи! (СИ)

— Ох, Дан… — Она приблизилась ко мне и фальшиво-ласковым движением провела по моей щеке. — Знал бы ты, сколько мне пришлось приложить усилий на пути к своей цели… Я даже соблазнить тебя пыталась, влюбить тебя в себя думала! Но либо ты чокнулся настолько, что сам не понимаешь, от чего отказываешься, либо уровень твоего либидо возмутительно низок. Я так старалась заслужить твое доверие, твое расположение к себе, так старалась стать твоим другом! Я помогала тебе, вытаскивала тебя из всякого дерьма, давала советы по поводу овладения даром… И ты действительно проникся дружеской симпатией ко мне. Но этого оказалось недостаточно! Я ошиблась в тебе, я заблуждалась, полагая, что ты — легкая добыча. Ты оказался упрямым ослом, который глупые и бессмысленные моральные принципы ставит выше силы и власти. Безумец! Как ты до сих пор еще не понял, что в этом мире лишь сильный может возвыситься? Остальные обречены ползать в грязи и дерьме до конца своих дней. Ты ведь был в касте червей, Дан, ты так хотел вылезти из низов! Я до сих пор не могу понять это противоречие в тебе, милый мой мальчик, твое поведение до абсурда парадоксально!
Мист оборвала свою речь, чтобы выдохнуть.
— Не можешь понять, потому что сама лишена этих моральных принципов, — сказал я.
— Ох, милый мой… — Она с выражением досады на лице махнула рукой. — Что ты понимаешь в этом? Ты — младенец в сравнении со мной. Ты хоть знаешь, сколько мне лет и сколько таких, как ты, я повидала на своем веку? Бессмертные выше людских законов и людской морали! Мы находимся за гранью добра и зла, для нас нет света и тьмы, ибо все это — плод воображения слабых и трусливых человечков, которые пытаются втиснуть все мироздание в рамки своих узких представлений! Беспокоится ли солнце о том, что своим жаром может иссушить землю? Волнуется ли океан, что своими волнами может смыть песчинки на берегу? Так же и мы, Бессмертные: наши стремления куда глобальнее, чем мелкие людские страхи и желания.
— Твоя попытка оправдать то, что ты злобная тварь, с треском провалилась, — перебил я разошедшуюся брюнетку.
— Дан, ты так наивен. — Мист улыбнулась и снова коснулась моего лица.
Я со злостью оттолкнул ее руку.
— Зачем здесь они? — спросил я, указав на пленниц.
— Мне просто ужасно надоело ждать твоего ответа, Дан.
— Я уже дал ответ.
— Но не тот, что мне нужен. Я думала, ты образумишься, если позволить тебе столкнуться лицом к лицу с теми ужасами, что обитают здесь. Но ты оказался слишком уперт. Или глуп. В любом случае, я поняла, что угрозой смерти и страданий тебя не сломить. Твоя воля крепка — за это я тебя даже зауважала. Впрочем, никакая воля не поможет безумному глупцу, куда важнее обладать хорошо работающими мозгами, а с этим у тебя оказалась проблемка. Но ничего, я тебе помогу сделать выбор. Мое терпение на исходе, поэтому я решила прибегнуть к решительным мерам. У таких, как ты, моралистов, бывает одна очень серьезная слабость — их доброта и сострадательность. — Мист повернулась к пленницам. — Дорогие, милые мои… вам стоит благодарить вот этого принципиального упертого молодого человека за то, что вы сейчас стоите здесь. — Мразь снова обернулась ко мне. — Дан, мне в какой-то момент показалось, что ты неровно дышишь к этой шлюшке. — Она подошла к Эйдин и, убрав ее волосы назад, нежно провела пальцем по ее шее. — Вот я и подумала, если это так, то это должно помочь тебе сделать правильный выбор.
— Эйдин совершенно не имеет отношения к нашим с тобой делам, как и все остальные, — охрипшим голосом начал я. — Мист, прошу, отпусти их всех!
— Скажи-ка мне, малышка, — Мист наклонилась к лицу Эйдин, — как ты думаешь: Дан влюблен в тебя?
Та отчаянно помотала головой.
— Не слышу.
— Нет, — выдавила Эйдин вне себя от ужаса. — Мы виделись всего дважды.
— Хм… Этого было бы достаточно, чтобы влюбиться, но, похоже, Дан действительно к тебе равнодушен, не вижу в его глазах какого-то особенного страдания из-за страха за тебя. Что ж… — Мист непонятно откуда взявшимся кинжалом молниеносно провела по горлу Эйдин.
 
— Нет!!! — заорал я и кинулся было к ней, но Мист угрожающе направила клинок в сторону Виам.
Виам закричала, Нур снова зашлась в плаче, Вали беззвучно затряслась от страха.
— Стой на месте, милый мой мальчик, — чеканя каждое слово, медленно проговорила Мист. — Не то ты потеряешь еще одну из них.
— Зачем? — заорал я на нее, впиваясь ногтями в ладони. — Зачем ты сделала это, сука злобная???
— Я? — изобразила на лице удивление мразь. — Нет, Дан, ты сделал это. — Она указала на труп Эйдин. — А ведь я предупреждала тебя. Ты своим ослиным упрямством убил невинную перед тобой девчонку.
— Остановись, умоляю тебя… — Я упал на колени. — Прошу, Мист, отпусти их. Они же невинные дети…
— Конечно, Дан, конечно. — Мист подошла ко мне и погладила по голове, словно испуганного ребенка. — Ты только дай мне свое согласие принять мой дар.
— Темный дар, верно? Дар разрушения?
— Называй, как хочешь, Дан. Это огромная сила, которая позволит тебе возвыситься.
— Но ведь во мне уже есть сила воссоздания, как же она уживется в моей душе с противоположной силой? — всячески тянул я время, лихорадочно пытаясь придумать, как остановить это чудовище и спасти Виам с детьми.
— Дан, много вопросов. Просто доверься мне, и все будет хорошо, я обещаю. Поверь мне, мальчик мой, с такой силой тебе никакие враги не будут страшны, ты их просто раздавишь, уничтожишь! Разве не мечтал ты найти того мальчишку, вырваться из своих проблем? Так вот же — тебе дается шанс, только протяни руку и возьми его. Дан, ты станешь могущественным с этим даром, ты получишь такую власть, какая тебе и не снилась!
— Я стану злодеем… как ты… — прошептал я, стараясь незаметно положить ладонь на рукоять меча у себя на поясе.
— Ты станешь тем, кем сам захочешь. Мой дар вовсе не обяжет тебя становиться каким-то монстром. Это просто твои надуманные фантазии.
Я резко вскочил, вытаскивая меч, и сделал выпад в сторону Мист. Она, видимо, либо заметила мое движение, либо слишком ловко и быстро среагировала, потому что я не даже не царапнул ее.
— Дан, ты очень разочаровываешь меня, — покачала головой тварь и… вскинула руку в сторону девочек.
Все, что произошло дальше, случилось одновременно.
Черные тонкие нити, вырвавшиеся из руки мерзавки, оплели Вали, выхватили из рук матери. Девочка, стянутая враждебными нитями, повисла в воздухе. Ребенок закричал от боли и страха. Виам с обезумевшими глазами кинулась к Мист, но та легко отшвырнула ее назад движением второй руки.
— Дан! Дан, спаси ее!! — закричала Виам, захлебываясь в слезах.
Но я и так кинулся к Мист сразу, как только она схватила Вали. Я попытался снова проткнуть ее мечом, но она тем же легким движением руки вырвала меч и выкинула его в сторону. Тогда я упал перед чудовищем на колени и завопил:
— Стой! Я согласен! Согласен на все! Отпусти ребенка!!!
Мист, опуская на меня взгляд, улыбнулась и медленно опустила Вали на землю. Черные нити ослабли, девочка почти была свободна, а затем… нити впились в тело девочки с удесятеренной силой, и ее тело обмякло.
— Неееет!!!!! — Я кинулся к Вали.
Девочка была мертва.
Мои уши словно заложило. Глаза помутнели. Я приглушенно слышал страдальческий вой, который издавала Виам, истерические рыдания Нур, видел, как Виам трясет тело Вали. Когда я перевел взгляд на Мист и увидел на ее лице улыбку, пелена с моих глаз спала, слух мой вновь обрел предельную четкость, и я бросился на тварь, которая не заслуживала жить.
— Зачем ты убил ее??? Зачем, сука?! Чтобы тебя разорвало на части, мразь поганая!!! — Я, крича все это, налетел на Мист и повалил ее на землю.
— Тихо, тихо, Дан… — выдавила она, прижатая мной к земле. — Ты ведь не хочешь, чтобы та же участь постигла и вторую девочку. — Она попыталась вытянуть свою прижатую мной руку в сторону Нур, которая лежала под деревом и продолжала плакать.