Ледыш и недотрога. Интро (СИ)

При мысли о больнице вспомнились увиденные счета, и я повернулась к Полине:
– Ледат чем-то болеет?
– А? – растерялась она и повела плечиком. – Насколько я знаю, нет. А что?
– Надеялась, что он заболел, а не прогуливает, – пояснила я.
– Не надейся, – вмешалась Вика. – Он прогуливает!
Я же промолчала, размышляя о том, что, возможно, Ледыш никому не рассказывает о своих проблемах. И эти прогулы… Может, он работает? Когда парню позвонили, он сорвался с лекции и убежал без объяснений. Тогда за что его избили? И почему в его кармане был обрывок крупной купюры? Не вор же он!
Весь день я думала о Ледате, пытаясь понять причину поступков этого студента, но пока ничего не выходило. А потом пришло время отстаивать себя, и я постаралась выбросить из головы все лишние мысли и сосредоточиться на докладе.
Когда в аудиторию вошла Мария Алексеевна, я поднялась и подошла. Глядя в глаза преподавателю, деловито сообщила:
– Студент Троцкий, с которым вы поставили меня в пару, в больнице и не может участвовать в защите проекта, поэтому я…
Она подняла руку, прерывая меня, и покачала головой:
– Довольно лжи. Я видела Ледата не так давно, как сегодня днём, по дороге на работу. Если он не явится на защиту, то…
И многозначительно замолчала, упиваясь моей растерянностью. Я же поверить не могла, что Данилова видела Ледыша, ведь ночью парень был едва жив. Скорее всего, придумала из мести. Вот же мелочная!
Закипая от злости, я вернулась на своё место и решила выступить с докладом во что бы то ни стало. А если эта медуза всё же влепит мне двойку, то не постесняюсь обратиться в деканат. Пусть позвонят в больницу, в конце концов, и выяснят, что с Троцким.
Именно с таким настроением я вышла к доске, когда пришла очередь выступать. Поймала торжествующий взгляд женщины, которая и слова мне сказать не дала.
– Садись, Коршева, два.
Сжав листы, я возмутилась:
– Послушайте!..
Тут дверь открылась, и вошёл Ледат. Парень сразу подошёл ко мне и, встав рядом, обратился к классу:
– Коршева подготовила доклад, а защита на мне. Итак…
Я слушала его, приоткрыв от удивления рот. Как Троцкий узнал всё это? Покосившись на него, вздрогнула при виде своего рюкзака, который парень закинул на плечо. Я совершенно забыла о нём, когда помогала Троцкому ночью, и, видимо, оставила в его вагончике.
 Глава 8. Она умеет быть благодарной 
Ледыш 
Это была моя благодарность. Мне было по барабану на двойки, но эта ненормальная не побоялась явиться на окраину города и даже втащила меня в вагончик, после того, как меня отметелили люди Аида.
В том, что прихвостни Егора Черных, который получил прозвище Аид, будут поджидать меня прямо у заведения Клоуна, я не ожидал. Наверное, им надоело гоняться за мной, вот и осмелели. Впрочем, я надеялся, что им тоже досталось.
У Вано очень тяжёлая рука, да и сам Клоун в прошлом боксёр. Я не медлил и, когда вышибалы выскочили из ночного клуба и отвлекли пинающих меня отморозков, кинулся к мотоциклу. Как доехал домой – не помнил. Собрать мозги в кучку сумел только к приезду скорой помощи.
Зря Недотрога их вызвала…
Впрочем, это мелочи по сравнению с большой глупостью, которую сделала эта чокнутая. Когда уроки закончились, я догнал девчонку и отсёк её от подружек. Хихикая и перешёптываясь, те отправились дальше. Недотрога же поправила рюкзачок, который я обнаружил у своего вагончика, и глянула прямо.
– Спасибо, – с чувством произнесла она.
Шагнула было за подружками, но я выстави руку, опираясь ладонью о стену, и девушка, не успев затормозить, стукнулась многострадальным лбом о мой бицепс. Схватилась на голову и глянула исподлобья:
– Издеваешься?!
Я мягко толкнул её к стене и, не давая сбежать, прошипел:
– С чего ты взяла, что мне нужно твоё «спасибо»?
 
Она в панике прижалась к стене, и я усмехнулся – понимает, что рыльце в пушку. Но Недотрога быстро пришла в себя и гордо задрала свой тонкий носик.
– Если не нужно, зачем остановил?
– Не строй из себя дурочку, тебе не идёт, – холодно посоветовал я и потёр пальцами у её лица. – Деньги верни.
Глаза её расширились:
– Какие деньги?
– Те, что были в моём кармане, – начиная терять терпение, процедил я, – когда ты их обшаривала. Думаешь, я не почувствовал?
Она вдруг отчаянно покраснела и воскликнула:
– Я ключи искала!
– Ну да, конечно, – иронично согласился я. – А нашла пятнадцать тысяч. Отличный улов, детка, но за твои ночные старания я согласен отдать максимум пятёрку!
В это время мимо проходила группа студентов, и парни, услышав мои слова, присвистнули, а девчонки засмеялись. Недотрога побледнела от гнева и, с силой пихнув меня (бесполезно с её тонкими ручонками), прошипела рассерженной коброй:
– Придурок! Не было там денег! Ты на улице валялся, может, какой бродяга тебя обчистил… Всё, что я нашла, это смартфон, ключи и маленький обрывок купюры. Так что засунь себе пятёрку в…
– Тс-с! – я прижал палец к её губам, и у девушки от изумления брови на лоб взметнулись. – Хорошие девочки так не говорят.
Она сузила глаза и, не делая попыток освободиться, поинтересовалась:
– А с чего ты взял, что я хорошая?
Её мягкие губы заскользили по моей коже, неожиданно вызывая сноп мурашек по всему телу, и я замер, растерявшись на миг, а потом Недотрога меня укусила. Сильно! Я отпрыгнул и, тряся пострадавшей рукой, прорычал:
– Чокнутая!
– Псих! – не осталась она в долгу и решительно направилась к выходу, не обращая малейшего внимания на шушукающихся студентов.
Я глянул на чёткий отпечаток зубов на пальце и, покачав головой, стёр с кожи помаду. Стало противно от мысли, что новенькая, возможно, правду сказала. Если она не брала гонорар, который я заработал за эту гадкую ночь, то…
– Хреново, – процедил, сжимая кулаки.
Деньги всё ещё были при мне, когда я садился на мотоцикл. Утром их уже и след простыл, а Недотрога упомянула обрывок. Значит, так и случилось – меня обокрали и поспешили сбежать, не потрудившись проверить другие карманы, иначе я лишился бы и смартфона, а с ним и львиной части подработок. Возможно, я в полузабытьи ударил вора.
– Ледыш! – Минотавр возник рядом и хлопнул меня по плечу. – Чего завис?
Я сжался от прострелившей всё тело боли, – Вадим умудрился попасть по гематоме, – и оттолкнул друга:
– Держи руки при себе.
– Что такое? – насторожился тот и, оттянув ворот моей футболки, присвистнул. – Ничего себе! Ты в курсе, что похож на отбивную?
Я отмахнулся, поморщившись, но Минотавр не отступал:
– Что произошло?
– Аид порезвился, – тихо ответил я. – Клоун рассказал, что на этот раз Черных не остановился на избиении певца, а вывел из строя и барабанщика, и гитариста. Одного пырнули ножом, второго… Не помню. А меня поджидали снаружи.
– Блин, Ледыш! – заволновался друг. – Я боюсь, что Аид как-нибудь тебя прирежет. Он же отмороженный до мозга костей! Может, не будешь сопротивляться и пойдёшь работать в его бар?
Я глянул исподлобья.
– Предлагаешь забыть о Серёге?
Он помрачнел и отвёл глаза, я же покачал головой:
– Даже если бы Сергей выжил, я ни за что не соглашусь на условия Черных. Его не зря прозвали Аидом. Ступив в его владения, я попаду в ад, из которого уже не смогу выбраться.
Зазвенел рингтон, и я глянул на сотовый.
– Мне пора на подработку. Увидимся!
Заработанные деньги исчезли, поэтому мне предстоит извернуться, чтобы наскрести на обязательный взнос. Как? Понятия не имел…
 Глава 9. Он заботится о тех, кто ему дорог 
Виолетта