Училка и медведь (СИ)

— Ох, — она покачивается и хватается за мою куртку. — Голова закружилась. Бывает после лежачего положения.
На автомате подхватываю её под локти и усаживаю на кресло. Знаю, что играет роль, но не могу же я её, беременную и типа в предобморочном, бросить на пол и уйти. Тут люди вокруг. Да и… а вдруг ей и правда нехорошо стало? У Карины тоже бывают головокружения.
— Позовите врача, — громко говорю, обращаясь на ресепшн.
— Да не нужно, Богдаша, — ослабевшим голосом блеет Ирина. — Это всё стресс и одиночество. Бывает. Сейчас легче станет. Просто… — она вдруг с силой, не свойственной тем, кто вот-вот грохнется в обморок, вцепляется пальцами мне в рукава. — Как представлю, как ты с этой… рыжей… внутри всё рвётся от боли, понимаешь? С ума схожу, хоть в петлю. Не могу без тебя я, Богдан, не могу… И ребёнка этого оставила только потому что надеялась, что ты вернёшься…
Последние слова как пощёчина, как отрезвляющее ведро ледяной воды. 
То есть сам по себе мальчишка и не нужен был ей? 
Стерва.
Карина вон тоже на аборт собиралась, но я видел её лицо, какой она пришла в клинику — чёрная вся от страха и переживаний. И сама же и передумала.
А эта… Заявлять такое.
— А вот и врач, Ира, — я отцепляю её пальцы, крючками впившиеся мне в руку, и отхожу, уступая место врачу.
— Счёт мне на почту, пожалуйста, — говорю уже девушке на ресепшн, с беспристрастным видом наблюдавшей за развернувшейся сценой, и спешно ухожу.
  
34
 
— Да не успела сделать маникюр, — Маша стыдливо поджимает пальцы и хватается за чайник, чтобы переключить внимание.
— Ой, Маш, нашла по какому поводу оправдываться, — улыбаюсь я. — У меня в животе двое, я думаю, что мой следующий маникюр будет года через полтора в лучшем случае. А у тебя целых трое детей! Вообще не представляю, как ты справляешься, когда Женя постоянно на работе.
— Да как, Карин… не особо, — вздыхает она. — Сама видишь.
Маша приподнимает занавеску у окна, демонстрируя на подоконнике кучу всяких вещей. И горшок с фиалками, и полотенце скомканное кухонное, и расчёска, и кукла тут, и машинка. Людям иногда проще продемонстрировать свой недостаток, нежели волноваться, что его заметят. Что-то из разряда: “О, у меня дырка на носке!”
Но в моих глазах её это совершенно не роняет как хозяйку. Её дом не идеальный, да, не с музейным порядком, но он такой живой, такой дышащий любовью, жизнью, детьми, семейным благополучием. Здесь хочется находиться.
И Маша сама как солнышко. Как центр этой вращающейся вокруг неё счастливой вселенной. И то, что у неё маникюра нет, а просто аккуратно обрезаны ногти, совсем не делает её какой-то не такой. Она сама по себе милая, добрая, улыбчивая. Я ни разу не слышала, чтобы Маша пожаловалась, что ей тяжело или она жутко устала от семейных забот. Так что отсутствие лака на ногтях — сущий пустяк.
— Ты вон на таком сроке, а наготовила больше меня, — всплескивает руками.
— Ну а чем мне ещё было заняться?
На самом деле, это правда. Вчера произошёл ещё один инцидент с Богдана бывшей, но о нём я решила Медведю не говорить. Потому что смысл жаловаться? 
Я недавно записалась на йогу для беременных. Это со всех сторон оказалось хорошей идеей. Тут и полезная физкультура была, и возможность пообщаться с другими будущими мамочками, обсудить страхи и чаяния, найти приятельниц, с кем потом можно будет гулять с колясками и в песочнице. 
И только я порадовалась, в какую замечательную группу попала, едва успела две недели отходить, как у нас появилась новенькая. Думаю, несложно догадаться, кто это. Ирина. 
Она сразу подружилась со всеми девчонками, вела себя подчёркнуто мило и слащаво. Ну и, конечно, не забыла рассказать всем, что ждёт замечательного мальчишку, но ей уже заранее жаль своего малыша, потому что расти он будет без папочки. Ведь его отец ушёл к другой, оставив её, бедолагу, беременной.
Конечно же все тут же заулюлюкали, какой он подлец, и какая стерва его новая пассия, а Ирина просто святая женщина.
 
Было тошно слушать весь этот отвратительный лживый чёс. Очень хотелось добавить, что ушёл-то этот “гадкий подлец” потому что эта “святая женщина” ему попросту изменила.
Но я промолчала. Может, именно на скандал Ирина и рассчитывала, кто её знает. Питается она, наверное, негативной энергией. Поэтому я ей такого удовольствия не доставила. Но совсем промолчать не смогла.
— Ой, как жаль! — я коснулась плеча Ирины при всех, когда она поведала после занятий в раздевалке свою печальную историю. — А вот у меня тоже ситуация непростая. — Бывшая моего мужа утверждает, что беременна от него, но факт сомнительный. 
— Что только не делают эти бывшие, чтобы мужика удержать! — покачала головой одна из девчонок.
— Нас тоже доканывает бывшая моего мужа. Мерзавка уже достала придумывать всякие причины для встречи. Как можно так унижаться? — добавила другая.
— Стыдоба! — поддакнула третья, погладив живот.
Ирина покраснела и поджала губы. Разговор зашёл немного в другое русло. Она, конечно, стерва, но с чего решила, что я — Божий одуванчик?
— Мужа? — посмотрела на меня с иронией. — А я колечко не увидела и подумала, что вы не замужем.
Попыталась подшпилить уже не для картинки, а в самую десяточку. 
— Колечко дома. Руки уже отекают — не налезает. Но после родов обязательно покажу. Красивое такое! Каждый день любуюсь. Вот как у вас, только камешек чуть больше и ободочек шире.
Девчонки даже замолчали и просто хлопали глазами, глядя на нас. Видимо, какое-то напряжение всё же почувствовали. Но тут заглянула тренер и попросила поторопиться, потому что следующая группа беременяшек уже топталась на пороге, а мы всё тут болтали.
Да, пора было расходиться, пока наша с Ириной перепалка взглядами не превратилась в эпичный пузо-бой.
Но бесценным было выражение её лица, когда я пришла на следующую тренировку. Наверное, она не ожидала, что я приду, раз уж она здесь.
Но ещё раз: Ира, кто тебе сказал, что я нежная пугливая фиалка?
Мне нравится заниматься йогой, нравится общаться с девочками. И тебе испортить это не дано, как ни старайся.
Однако, конечно же я расстроилась и разозлилась. Именно поэтому на нервах наворотила для похода в гости к сослуживцу Богдана целую гору блюд. Ну а что, Машуне, что ли, с тремя детьми колотиться? Ей и так и дом убрать надо, организовать всё, да и готовить будет по-любому, хоть я и сказала, что мы принесём еду.
Вообще, к Маше с Евгением мы с Богданом стали часто наведываться. Они живут недалеко, всего двадцать минут на машине. 
— Прирвет! — в кухню забегает Вовчик — младший ребёнок Маши. 
Ему скоро три и он отлично разговаривает. Мы буквально за пару занятий поправили произношение “р”, и теперь он вставляет её куда надо и куда не надо. Но это нестрашно, скоро выровняется.
— Привет! — отвечаю я ему и треплю по волосам. — Как дела? Стишки все проговорил?
— Да! Хочешь послушать?
— А давай!
Вова становится ровненько, выпячивает грудь и начинает декламировать “Бычка” под полным гордости и умиления взглядом матери. 
— Браво! — хлопаю ему в ладоши, когда заканчивает, а Вовчик улыбается во весь рот и сияет, а потом поворачивается к Маше за похвалой и лаской, которую та ему с удовольствием даёт.
— Девочки, ну что, за стол? — в кухню заглядывает Женя и кивает в сторону гостиной, приглашая.
Маша отправляет Вовчика в комнату к старшим детям поиграть, и мы с ней идёт к столу. Богдан и Женя с чего-то смеются, и мне очень нравится наблюдать за этим искренним выражением чувств моего Медведя. Каждый раз в груди тепло разливается и всё тело будто негой наполняется и радостью.
Да, не всё идеально, но что тут поделать? Зато в награду такой замечательный мужчина и, уверена, и отцом Богдан будет прекрасным.
Мы усаживаемся за стол, болтаем о последних выходных, Маша рассказывает, как они всей семьёй ездили в лазер-лэнд, а потом Вовку волоком вытаскивать пришлось — слишком ему там понравилось.