Стажёр #2 (СИ)
- Нет, правда. На что вы рассчитывали? На то, что из этих пятисот специально отобранных кто-то стал бы таким как ты? Таким как мы? - Сигма Пять намеренно выделил это 'мы', раньше епископ не спустил бы это с рук, но сейчас он был в отчаянии.
- Изыди, тварь... - простонал епископ: - это была единственная надежда Ордена, и всего человечества.
- Чушь. - отрезал Сигма Пять: - надежда не бывает единственная. Надежда это иллюзия, питаемая человечеством, в какой бы безнадежной ситуации оно не оказалось. Потому соберись, мой симбионт и вперед - к светлому будущему Ордена и человечества. Потому что надежда есть.
- Какая? Фрейтер взорвался, вместе с ... - епископ замолчал, не силах произнести определение ереси.
- Фрейтер был заминирован. Это не случайность. Что в свою очередь говорит, что этот твой сталкер Амадей не такой уж и болван. Он понял, что ты намерен принести его в жертву будущему человечества и предпочел свое личное будущее. А это в свою очередь говорит о том ... - тут Сигма Пять сделал паузу, давая епископу закончить мысль. Альмо некоторое время смотрел вверх перебирая губами. О чем говорит Сигма Пять? Амадей узнал что никто не собирался его отпускать целым и невредимым, ублюдок повел свою игру, ну ладно... он заминировал свой фрейтер и взорвал крейсер и послушников во время стыковки... - в голове все вдруг встало на свои места.
- Вот ублюдок! - сказал епископ и сел ровно, чувствуя, как кровь ударила ему в голову: - он жив и у него наш груз!
- Браво. - сказал Сигма Пять: - просто удивительно, насколько вы, люди, медленно мыслите. Конечно он жив. И более того, с вероятностью в 59 процентов он уже приземлился на одну из планет Дионеи - либо на Яблоке, либо на Дионее Два. Тридцать процентов - что рванул в Империю. И всегда есть шанс что ...
- Что же я натворил?! - епископ схватился за голову. Весь ужас ситуации встал перед его внутренним взором - ересь, заключенная в контейнере сейчас на одной из обитаемых планет! Он свыкся с мыслью о потере пятисот добровольцев, с безумной надеждой что у кого то получится не Ересь, а слияние, симбиоз, как у него с Сигмой Пять, но выпустить Ересь на обитаемую планету означало...
- О, ну у нас еще есть надежда. В конце концов может быть ересь приземлилась в малообитаемых районах, где-нибудь в пустыне, или в океан там упала и утонула... - сказал Сигма Пять: - в конце концов это же андроид, пусть и серии Эс плюс - мог сломаться. От времени. Или песок внутрь попал...
- Помолчи Сигма Пять. - сказал епископ. Он знал, что ничего из сказанного не произойдет. Что Ересь уже проникла на планеты Дионеи, и что он даже не знает на какие именно. И что сейчас у него есть только одна возможность не погубить обитаемый сектор галактики. Епископ сжал губы и активировал нуль-связь, прямую линию с Советом Ордена.
- Сим объявляю систему Дионеи зоной Карантина. - сказал он в микрофон. Вот уже несколько столетий никто из Ордена не произносил этих слов. И он знал, что именно произойдет в ближайшие двадцать четыре часа. Все сообщения в систему или из системы будут остановлены. И не просто словом, нет, в течении этих суток в систему войдет самый большой флот Ордена, тридцать четыре дредноута, десять стардестроеров и две мобильные базы, а также пять гигантских нейродеструкторов - на тот случай, если все таки придется выжечь планеты до серого пепла.
- Надеюсь это ложная тревога... - прошептал Альмо, опускаясь в кресло: - надеюсь...
- Я же говорил, что надежда никогда не бывает последней. - заметил Сигма Пять: - видишь, ты снова надеешься.
- Ну и очнулся я уже в госпитале. Вот собственно и вся история ... - Перси сдержался, чтобы не сказать 'вся история о героизме, патриотизме и прочей ерунде' , но сдержался. Потому что Надин глядела на него.... серьезно. Рядом с ней всхлипывала Окни, не сдерживая слез. Младшенькая оказалась весьма сентиментальной особой и история с гибелью всего экипажа, а впоследствии и населения поселения на Айм потрясла ее.
- Так что если я и герой, то исключительно волей случая. Как говорится не в том месте, не в то время... - продолжил Перси, поднял свою чашку и промочил горло уже изрядно остывшим чаем.
- Удивительные совпадения. - кивнула головой Надин: - а почему тебя перевели в состав 'Диких кошек'? Что за мистический приказ?
- Не знаю. - пожал плечами Перси: - но все с кем я говорил на эту тему обычно закатывали глаза и тыкали пальцем в потолок. Якобы он пришел с самого верха. Чуть ли не от самого Марка Второго.
- Ха. А ты везунчик... - начала было Надин, но встретилась взглядом с Перси и закашлялась: - кха-кха, извини, не то хотела сказать.
- Наверное ты права. - кивнул Перси: - я везунчик. - он хотел добавить что из всего состава отдельной тридцать восьмой эскадры Его Императорского Величества в живых остались только двое. И он - один из этих двоих. А то, что иногда он просыпается в холодном поту, хватаясь за одеяло в поисках рычага катапультирования, - это же ерунда, правда? Империя платит своим пилотам не за переживания и рефлексию. Империи нужны боевые инструменты. И вот, они, оба - Надин и Перси - два слаженных, отточенных боевых инструмента, которые случайно встретились на этом чертовом курорте.
И возможно, что они никогда больше не встретятся. По крайней мере - не встретятся так - без погон и формы, без обязательного 'Так точно, сэр!', а, впрочем, с учетом того, что Империя ведет войну - прогнозировать будущее для кадровых военнослужащих было бы невероятной глупостью. Живы сейчас - и ладно. Получи от момента все, что сможешь, насладись жизнью за себя и тех, кто уже не сможет поднять бокал в баре или потискать подружку за углом. И снова в бой. Наверное так.
- Перси! Ау?! - Надин провела ладонью перед его глазами.
- Что? - очнулся Перси: - Что ты сказала?
- Ничего. - на самом деле до того, как Перси впал в ступор глядя невидящими глазами куда-то вдаль, Надин хотела спросить его о чем-то... важном. Но решила не спрашивать. Пока.
- Слушай, а ведь я такая тугодумка. - сказала вдруг Надин: - ведь ты уже офицер, да? Только сейчас дошло. Потому что мы в гражданском. А вообще при будущей нашей встрече я должна буду вытянуться по стойке 'смирно', и вообще, как там? Ах, да, приложить руку к козырьку фуражки, в воинском салюте, выражая сплоченность и солидарность военнослужащих Империи...
- А ты все так же в состоянии цитировать Устав ВКС. - улыбнулся Перси.
- Это да. Но не уходи от темы. Это же удивительно, как быстро ты стал... таким. Я помню, как мы все вместе сидели в бытовке казармы вечерами, после поверки. Как ты был обычным пухлым мальчиком из Верхнего Синнея и как ты обижался, когда Йол называл твою планету Верхним Сиденьем, а еще как мы стояли против Тора - ты помнишь? Тебе тогда сломали челюсть, но ты не сдался.
- Ты тоже не сдалась.
- Да. Никто из нас не ударил в рынду. Но нам всем еще три года в академии и два года стажировки в войсках. Может через пять-шесть лет мы и станем офицерами, как ты. Но пока я - всего лишь курсант, салага и соплячка. А ты - герой Империи, лейтенант ВКС, награжденный орденом за участие в операции на Вериоке, с нашивкой за ранение. Быстро же между нами возникла пропасть. - грустно улыбнулась Надин. Где-то рядом всхлипнула в свою чашечку с мороженным младшенькая, про которую все уже забыли.
- Никакой пропасти нет. - покачал головой Перси: - я все тот же Перси. А ты все та же Надин.
- Ты только так говоришь. - сказала Надин, подвинувшись поближе и взглянув прямо ему в глаза: - ты только так говоришь, Дорбан. А на деле ты на несколько ступеней выше меня - если судить по субординации ВКС, у тебя есть прекрасная жена Хлоя, насколько я знаю - куча денег от корпорации по разработке кобальта, да еще и юная туземная принцесса в любовницах.
- Джун-су не любовница! - вмешалась Окни, размазывая слезы по лицу: - по законам Бартама она пока единственная жена. А Хлоя - наложница.