О чём молчат псионики (СИ)

Моррис ловко передвигался по полянке — его мощные длинные ноги, покрытые короткими светлыми волосками, поджарый мускулистый зад, а также сильные руки и широкая спина, вызывали у Меган практически помутнение рассудка. Ещё раздражало, что лейтенант закрывается — может быть, если бы она слышала от него сильный негатив в свой адрес, это остудило бы пыл. Или же, наоборот, если бы Моррис был не прочь развлечься (девушке незачем рассказывать об этом, правда?), то тогда Меган уже приступила бы к активным действиям… Но нет, тишина.
Делать было действительно нечего — заснуть в опасной близости с Моррисом в одной палатке не получилось, так что Меган осторожно выбралась на свежий воздух и отправилась к озеру.
Там она сбросила одежду и окунулась в тёплую воду, чтобы снять напряжение. Как и предполагала, не помогло. Налицо была острая форма телесного голода — зря Меган обманывала себя, думая, что душевные разговоры с Энн могут что-то изменить.
Так и не одевшись, она устроилась на камне на берегу: тишина оглушала — шорохи после вечного воя вентиляции и другого оборудования космической станции практически не воспринимались слухом, — а умиротворение тёмной глади наводило на мысли, от которых хотелось скрыться.
— Не спится, цветочек? — резкий оклик вернул Меган в реальность: повернула голову к Моррису, памятуя о своей наготе. — Чем занята?
— Поправляю свой эмоциональный настрой, разве не видно? — проворчала она.
— А разделась зачем? — осклабился штурмовик.
— В одежде предлагаешь купаться? — раздражённо закатила глаза Меган, ни грана не смутившись. — Мы тут взрослые люди. Вода отличная, попробуй.
— Что-то не хочется.
Боковым зрением Меган заметила возбуждение Морриса — ткань трусов подозрительно натянулась, — но сперва не поверила. Догадки подтвердились, когда штурмовик подошёл ближе и провёл пальцами вдоль позвоночника, недвусмысленно сжал ягодицы. Не совладав с собственным телом, она выгнулась и закусила губу: стыдиться естественной реакции организма при условии взаимного желания бессмысленно.
Берег покрывали мелкие камешки, врезавшиеся в кожу коленей и ладоней, Меган было плевать — наконец, после нескольких месяцев мучений, получила желаемое. Моррис ощутимо вцепился пальцами в бёдра — останутся синяки, — но и это не заботило. Ритмичные движения вызывали электрические волны по всему телу: не сдерживаясь, она громко стонала — всё равно никто не услышит.
Разрядка пришла неожиданно и ярко, Меган заскулила от разочарования — слишком быстро всё закончилось, а хотелось большего.
— Ты не залетишь? — без обиняков спросил Моррис, поднимаясь с земли и отряхивая ноги.
— Точно нет, — выдохнула Меган, удивившись вопросу.
Раньше подобное любовников не волновало, хотя вряд ли они знали, что псиоников с неподходящим для размножения геномом в Консорциуме всегда стерилизовали — ещё в семнадцать лет её лишили даже теоретической возможности стать матерью.
— Тогда пойдём в палатку, — скомандовал Моррис, удовлетворившись ответом.
Там он уложил Меган на спину и навалился сверху. Она буквально задохнулась — ловила воздух ртом, громко вскрикивая. Сейчас было правильным почти всё — мощное потное тело, жёсткий ритм, который задавал Итан, его сильные пальцы на бёдрах Меган. Не хватало только зрительного контакта — Моррис прикрыл глаза, хотя в полумраке палатки это было не так важно. Меган плавилась от жара и получаемой энергии — тело изголодалось по страстному сексу, когда нет осторожности, нет нежности. От кайфа всё существо хотело в буквальном смысле разорваться на части.
А ещё она почувствовала, как у Итана вновь слетели блоки — это отвлекло от собственных ощущений и отсрочило оргазм. Лейтенант испытывал… презрение. Только не к ней — к самому себе. Меган в любой другой момент было бы не до того, но она зачем-то напряглась и начала транслировать Моррису своё удовольствие — чтобы показать, насколько ей хорошо, показать, что эта близость не может быть неправильной…
Меган опять потерялась в наслаждении — пыталась ухватиться за пластиковый пол палатки, оттолкнуться, чтобы запустить Итана глубже в себя. Теперь она не слышала у него иных эмоций, кроме удовольствия, потому впитывала их, чтобы получить всего вдвойне — именно так, за двоих, Меган и любила заниматься сексом.
 
Наконец она забилась в дрожи и закричала. Итан сразу же вышел и за пару движений рукой излился ей на живот, а потом, будто обессилев, свалился рядом, моментально отключаясь.
Пошевелиться Меган не могла — боялась нарушить сон любовника. Она была вся испачкана, но для того, чтобы достать салфетки и вытереться, требовалось перелезть через Итана. Потому, плюнув на гигиену, решила просто отдохнуть — тело приятно расслабилось после секса. Несмотря на это, уснуть быстро не получилось — в голове роились странные мысли, лишённые, впрочем, тревоги. Почему Моррис презирал себя? Может, из-за того, что она псионик? Большинство не воспринимает их как обычных людей, относится со страхом и отвращением. Или знает о службе Меган на «Агамемноне» и не хочет становиться одним из многих? Что, если банально переживает, что изменил своей девушке? Меган вдруг захотелось узнать, какая она. Пододвинувшись к боку спящего Морриса и ощущая кожей тепло его тела, слушая его размеренное дыхание, Меган погрузилась в объятия сна.
Проснулась Меган в одиночестве — вчерашнее наплевательское отношение к гигиене сегодня хорошей идеей не казалось. Она решила помыться в озере и выползла из палатки: Итан поблизости не обнаружился. Дойдя голышом до берега, Меган нашла там брошенное бельё. Занырнув в тёплую воду с головой, постаралась прислушаться к ощущениям — всё тело буквально лучилось энергией. Интересно, получится ли развести Морриса на секс ещё раз? Слишком хорошо прошла ночь, чтобы не помечтать о продолжении.
Немного обсохнув наберегу, она надела трусики и майку и вернулась к палатке — Итан уже был на месте. Эмоций Меган опять не слышала, зато по сердито сведённым к переносице бровям и поджатым губам могла предположить, что он думает довольно неприятные вещи насчёт произошедшего.
— Цветочек, давай договоримся, — процедил сквозь зубы Моррис, когда Меган приблизилась к нему. — Это была разовая акция. Ничего не жди.
— А я думала, замуж меня возьмёшь, — с кривой ухмылкой съязвила она.
Несмотря на то, что Меган сама повторяла этислова не раз, ей вдруг стало обидно — почему Итан так взбесился? В чём всё-таки дело? Даже если отбросить мечтательные бредни изголодавшегося по телесному контакту эмпата, то что плохого в том, что взрослые люди занялись сексом для обоюдного удовольствия?
От приготовленного (точнее, синтезированного) Меган завтрака Итан отказался и вообще старался не смотреть на неё. И без чтения эмоций было понятно, что он на взводе.
— Не надо психовать, — не выдержала Меган. — Будто я виновата, что ты со мной переспал. Ты сам этого хотел.
— Цветочек, ты… — начал было Моррис, но Меган прервала его, подняв вверх палец.
— Заткнись, я что-то слышу…
Ощущения были странными — Меган такого раньше не испытывала: будто кто-то призывает её из глубины сознания. Как из-под воды. Пришлось закрыть глаза, чтобы прислушаться — его звали Кевин. Он посылал ментальные сигналы в пустоту — Меган попыталась ответить. Ничего о своёмместоположении сказать не могла, но навигационное оборудование на планете всё равно не работает, потому менталисту придётся определять направление самостоятельно.
— Нас должны найти, — сообщила она Итану.
Одевшись в лётные комбинезоны, они начали ожидать. Собрали всё необходимое из катера — к сожалению, транспорт придётся оставить на планете. Кевин периодически выходил на связь с Меган, сообщая о продвижении по океану. К тому же каждый сеанс помогал скорректировать курс. Спасатели прибыли через восемь часов на транспорте с антигравами. Трое — Кевин в том числе.
— У вас навигатор работает? — спросил Моррис, встречая гостей.
— Ни хрена не работает, — ответил военный с лейтенантскими нашивками, Парсли. — По звезде местной да по показаниям Кевина ориентировались. Космические корабли вообще только на ручном управлении передвигаться могут.