"Фантастика 2024-93". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

Это было приятно, и её подхватил поток маны, отбросив всю робость и волнения.
Кира прочитала ещё несколько стихотворений и дошла до своей самой любимой работы, для которой было использовано всего несколько линий. Простота и изящество такого решения настолько завораживали Киру, что она бы хотела сделать больше подобных рисунков.
Идиома «сложность в простоте» была максимально приближена к данной картине.
Схематично был изображён профиль девушки с закрытыми глазами, которая нюхала цветы, нарисованные чуть более детально, чем всё остальное.
— Это «Автопортрет», — пояснила Кира, — я нарисовала его незадолго до выставки… А недавно… буквально, когда мы всё оформили, я написала стих, когда я увидела, насколько идеально подошла для обрамления работы фотография Даниила.
 
 
Туман… Вода… Она сидит,
 
И взгляд её не здесь блуждает,
 
В душе нет горечи обид, —
 
Душа горит, но не сгорает.
 
Её вниманье всё в цветах…
 
Вдыхая аромат забвенья,
 
Она забыла Боль и Страх,
 
Познав Любовь и Вдохновенье.
 
 
Кира рассказала по нескольку слов про каждую работу и зачитала ещё пару стихов, и после каждого прочтения ей аплодировали.
— Это потрясающий сплав стихов и рисунков, мне очень понравилось, ты умница, — первым обниматься подошёл Комсорг.
— Круто! Очень круто, Кира, ты молодечик! — похвалила Марьян, встряхивая за плечи и заглядывая в глаза. — Так держать!
— Супер, — Лёшка обнял. — Я не ожидал, что ты так талантлива. Это очень красиво!
— Это не фотографика, Кира, это стихографика! — сказал Ёжик, тоже обнимая. — Потрясающие стихи!
В общем, открытие в кругу «семьи» и остальных ребят из клуба действительно оказалось прекрасной идеей. Кире наговорили комплиментов, и она словно порхала над землёй.
Потом они провели обсуждение цикла «Трудных игр», к которым, получается, готовились сначала на «Контакте», потом на «базовом обучении», то есть почти год, а некоторые и два. Они обсуждали как своё отношение к происходящему, так и друг к другу, и называли, чем поразил или удивил тот или иной человек.
После Даша отозвала Киру в сторону небольшой «каморки», примыкающей к залу.
— Тебе нужно будет это красивым почерком подписать, ладно? Вот, по списку, — попросила Даша, показывая на стопку памятных сертификатов.
На плотной бумаге с символикой солнышка были напечатаны имена и клубные прозвища, то, что человек прошёл цикл «Трудных игр», а на оставленном месте надо было вписать то, что они коллегиально решили в процессе обсуждения. Как оказалось, Леночка, помощница Даши, которая наблюдала обсуждение, записала то, что говорили про каждого.
Пока народ накрывал на стол, чтобы устроить чаепитие, Кира подписала всё для всех, а Даша торжественно вручила на память в конце вечера.
В общежитие Кира ехала в приподнятом настроении, а в комнате ещё раз изучила сертификат, который был 'выдан Калининой Кире (Кирочке),
о том, что она успешно прошла курс, заслужив всеобщую любовь и уважение, с благодарностью за способность чувствовать других людей'.
* * *
Чем ближе был четверг, тем сильнее Кира нервничала на тему «Что сказать, если Кеша всё-таки приедет?». Но… Её «бывший» не приехал, и Кира выдохнула. Всё же парень был из «сверхинтеллигентной» семьи и, похоже, понимал с первого раза, а может, не так за неё и держался, что вполне её устраивало. Тем более, что весь вечер четверга с ней был Кирилл, тоже какой-то весьма напряжённый, но вопросов так и не задавший.
— Мне надо фотографии в альбом распределить и подклеить, — сказала Кира, когда время обычного «приезда» Кеши минуло.
На выставке и прощальном вечере в клубе практической психологии она потратила всю плёнку, сначала попросив Катюшу фотографировать её, не жалея кадров, а потом и «добила» всеми желающими сфоткаться с картинами, с ней или с ней и картинами. Так что днём в среду перед танцами заказала проявить плёнку и распечатать «всё по одной», решив, что хочет посмотреть именно фотографиями: на негативах не всегда всё понятно.
  
— Подожди, у тебя что, выставка в главном корпусе? Что, правда? — удивился Кирилл, когда увидел распечатанные фотографии и узнал, что за мероприятие на них отображено. — А почему ты мне не сказала?
— Не знала, будет ли тебе такое интересно, — пожала плечами Кира. Кирилл увлекался спортом, занимался лыжными гонками и, как ей казалось, был очень далёк от мира искусства.
— Слушай, — как-то укоризненно вздохнул Кирилл, — мне интересно. Это же… это же выставка, очень круто. Я надеюсь, что… тебе тоже будет интересно прийти за меня поболеть на соревнованиях.
— Хорошо, приду, поболею, — кивнула Кира. — Когда?
— В эту субботу.
— Так домой ты не едешь?
— Нет. В субботу с десяти старты. И… раз завтра я свободен, как насчёт того, чтобы съездить в главный корпус и показать мне свою выставку? — предложил Кирилл.
— О… — Кира чуть растерялась. — Хорошо.
Было очень приятно, что Кирилл интересуется и её увлечениями, и ей, как личностью, а не просто «запал» на симпатичную мордашку и фигуру.
* * *
В пятницу они и правда съездили в главный, Кира показала выставку: кабинет был открыт для посещения и даже висело объявление.
— О, ты эти рисунки мне показывала, только в альбоме, — кивнул Кирилл. — Красиво получилось. В рамках они круто смотрятся. Потом в общаге можно будет повесить и в комнате будет выставка.
— Хм… И правда, — кивнула Кира. Она как-то ещё не задумывалась, где будет хранить почти двадцать работ под стеклом, да ещё таких крупных. Это всё такие не листки, которые можно сложить в папочку.
— О, Кира? — окликнул какой-то мужчина, вошедший в кабинет.
— Пётр Алексеевич? — узнала Кира преподавателя по психологии.
— А я смотрю, что имя-фамилия какие-то очень знакомые… Это правда ваши рисунки?
— Ну да, — ответила Кира.
— Ну да, — повторил Пётр Алексеевич, — действительно.
Кира не знала, нужно ли о чём-то сказать или спросить своего преподавателя, так что просто улыбнулась, махнула Кириллу рукой и они ретировались.
— Сходим в столовую? — спросил Кирилл. — А то время обеда.
— Тут она подороже, чем на Комплексе, но выбор блюд большой, — рассеянно ответила Кира, размышляя о произошедшей встрече. Наверняка кафедра психологии была в университете одна и Пётр Николаевич возвращался туда. Возможно, что он даже знаком с Дашей. Хотя что с того?..
Кирилл всё-таки привёл её в почти пустую столовую на первом этаже: была ещё только середина пары и очередь не набежала.
— Не знала, что ты любишь капустный салат, — улыбнулась Кира, когда Кирилл положил тарелку на поднос.
— Я тебе взял, — покосился на неё Кирилл. — Может, ещё какой-то гарнир будешь? Или тебе как обычно: салат, котлету и компот? Может, булочку хочешь или ещё что-то?
— Что? — немного растерялась Кира. — Нет-нет, я как обычно буду.
Кирилл взял себе стандартный комплексный обед и заплатил за них обоих.
* * *
Оказалось, что если углубиться в лес за их общагами, то там проходят лыжные трассы для соревнований. В пятницу Кирилл показал, где стартовая поляна, сказав, что в субботу всё начнётся с одиннадцати, но он уже в девять должен будет уйти, чтобы подготовиться к соревнованиям.
Оказалось, что всё не так-то просто, типа встал на лыжи и поехал, а в зависимости от температуры и качества снега лыжи готовят, чтобы было лучшее скольжение. На трассе проверяют что-то вроде болванок, смазанных разными составами, и потом мажут лучшим вариантом, да ещё и по хитрым схемам. Всё это взахлёб рассказывал Кирилл, и Кире было приятно, что её парень тоже чем-то увлекается и точно не будет, как некоторые, ожидать, что она только и будет, что держать его за руку или ждать у окошка.