"Фантастика 2024-93". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)
Почти сутки бегства — и из воздуха почти исчез запах чужеродной магии, а мир вокруг перестал напоминать бесплодную пустыню. Вернулись звуки птиц, вернулись насекомые и звери, вернулись деревья, чьи плоды можно было есть без опаски.
К северу от Протипола не было заброшенных ферм и полей. Здесь, в отростке Измененного Леса, нашли пристанища дикие теперь уже сады, в которых яблони, груши и заросли совсем невиданных кустарников и деревьев перемежались сорными травами и вполне обыденными осинами и березами. Около одного такого старого сада, рядом с которым бил чистый ключ, мы и остановились на привал.
Хотелось напиться наконец воды, которую мы до того экономили, поесть хоть что-нибудь и перевести дух. Ну и решить, что делать дальше.
Фронде не выглядел утомленным скачкой, и мы с ним занялись сбором яблок и груш в саду. Эти были зелеными по цвету, но все же не такими дикими, мелкими и кислыми, чем те, которыми отравился Витор в дни турнира в Госларе.
— Странно, что они не слишком изменились за века, — заметила я, срывая с ветки зрелое зеленое яблоко и откусывая от него здоровенный кусок.
Яблоко как яблоко. Сладкое. Такие или запекали в печи, или в тесто оборачивали, или и вовсе добавляли к мясу и еще куда.
— Странно? — неопределенно произнес фонде, залезший на дерево неподалеку и осматривающийся с его верхушки.
— Без ухода сады гибнут.
На юге их вытесняют джунгли. Здесь плоды становятся меньше, а сорных трав — больше. Даже за полвека такой вот сад может сдаться под давлением леса, а тут — несколько веков прошло.
— А, ты об этом. Это сорта, выведенные с использованием магии и наших сил. Они способны, как видишь, жить без ухода, — эльф проворно слез с дерева, — фамильяр не следует за нами. Или его хозяин мертв, или, что скорее, пока потерял нас из виду. Впрочем, думаю, он вряд ли захочет идти вот так, по лесу, за нашей компанией. К тому же, насколько я могу судить, ему магия Оставленного Города придала сил. Лес же — моя вотчина. И если он решит последовать за нами — я об этом узнаю, и тут у меня найдется управа на сородича. Ладно, не будем об том. У тебя есть план, что делать дальше? Дух далеко, насколько я могу судить.
— Далеко, да. Но все же план есть.
— Тогда идем. Уверен, остальным есть что рассказать.
И правда — было. Поле еды фронде принялся заваривать какой-то, по его словам способный помочь справится с усталостью от длительной скачки, напиток. Остальные же, рассевшись вокруг костра, теперь смотрели в основном на меня — и на кинжал на моем поясе.
— Это было совершенно беспардонно! — прорычал Витор, — мы только начали искать оставшиеся фолианты, как появился элементаль, схватил в охапку и выбросил из здания! Этот поганый колдун не хотел, чтобы правда всплыла!
— А нужно было вас там оставить?
Вход-то в здание Ордена был завален камнями, осыпавшимися с соседнего, стоявшего близко, строения, и, на вид по крайней мере, покинуть его без помощи Сареха было бы невыполнимой затеей — окна-то узкие…
— Мы бы выбрались! А теперь…
— А теперь хотя бы этот ублюдок с носом остался, — клацнул зубами Арджан. — Кто это был?
— Он не колдун, — заметила очевидное я. — Но большего не скажу просто потому что не знаю.
— Это Блейдвинг, — заметил Мерде таким голосом, словно это что-то да значило. Заметив, что никто из нас так ничего и не понял, маг-летописец торопливо разъяснил: — он из эльфов, из Ковена Полумесяца.
Фроде свел кончики пальцев вместе.
— Уверен? Они редко покидают остров Луны.
— Блейдвинг заменит как минимум этим, — Мерде, которого явно утомила скачка, полулежал на выделенной им чародейкой запасной циновке. Говорил он, тем не менее, четко, размеренно и с большой уверенностью: — никто не знает его настоящего имени. Хотя он приезжал в Башню еще когда я был совсем юным адептом, и уже тогда был знаменит. Кажется, он поссорился с кем-то у себя на родине, ну или просто ему наскучило общество долгоживущих, и он подался в земли других народов. Его видели на старых территориях близь Протипола, но и на побережье он бывает. Вообще-то никогда не слышал, чтобы он нанимался просто убить кого-то. Даже за большие деньги. Блейдвинг ищет дела, которые ему интересны — всегда. Часто ловит ущедших от правосудия, но никогда обычных убийц или разбойников.
— Деньги всем нужны, — я пожала плечами.
— Участник Ковена Полумесяца может получить их в достатке от любого правителя, которому предложит свои услуги.
— И тем не менее. К тому же его нанял герцог для мести за своих детей.
— И, кажется, представил все так, что мы оказалась преступниками, — с явным неудовольствием протянула Дианель. — Словно мы не спасли Гослар.
— А мы и есть преступники. Убийцы, если точнее, — усмехнулась я. — Хотя и да — мы спасли Гослар. Одно другому не мешает. А герцог может и не знать правды.
— Савва с Бертом должны были ему рассказать.
— Надеюсь что нет, — такая перспектива меня не радовала, — иначе как соучастники сами на плаху пойдут.
— Отлично. Значит за спасения жизней горожан нам положена вот такая вот плата, — фыркнула чародейка.
— Ага. Привыкай, — криво усмехнулась я, — и это еще нас почти не тронули.
— Потому что на Блейдвинга набросился элементаль, — почти с восторгом заметил Мерде, — в полноценной форме! Да их только архимаги древности могли призывать, ну и несколько участников Ковена Полумесяца, и все!
— Хватит восторгаться проклятым колдуном, — оборвал коллегу Витор. — Хуже всего не то, что за нами теперь гоняется один из сильнейших магов мира, а то, что демонов заклинатель отправился на Путь, и где теперь искать его собратьев — неясно.
Я покачала головой, смотря в огонь.
Нужно ли говорить это? Впрочем, так Витор хотя бы будет на виду… И почему-то мне казалось, что что-то после посещения дома Ордена в маге изменилось.
— Ты зовешь Лоака колдуном. Что-то нашел у себя? — я склонила голову, любуясь пламенем.
Мерно трещащий огонь согревал. И каждый костер горел по-разному, сколько не разводи одним и тем же способом, сколько не раздувай из углей.
— Если бы не вмешательство элементаля, то…
— То там все равно ничего не было, — басисто заметил савр.
— Арджан! — чародейка явно была не восторге от вмешательства ящера.
Но савр молчать не собирался:
— Арджан. Я до арены был в богатых домах. И видел все то же самое. Богатство. Роскошь. Вино и еда, ставшие пылью. Хозяева за пиром. А библиотека там давно сгорела и стала золой.
— Там могли быть подвалы, и…
— Я отправляюсь на север, — негромко заметила я, не желая слушать свару. — Лоак считал, что там есть кто-то в шлейфе силы, поднимающей нежить.
— Марус? — с удивлением спросил Витор, — Марус Мариантиантаниэль Корат? Великий Некромант?
— Наверное. Лоак уверен, что его сила истекает в мир, и что нужно прекратить это. И это происходит где-то на севере.
— Черная звезда… — пробормотал Мерде, — но это…
— Громче, — потребовала я.
— Черная Звезда. Пять лет назад на западной оконечности полуострова Теплого Ветра, что на Северной Земле, упал метеорит. Ну или что-то взорвалось — местные толком не знают. И с тех пор там постоянно поднимается нежить, даже ближайший город к месту падения, Кор-Корат, был расселен принудительно. Теперь полуостров охраняется силами Черной Стражи, подконтрольной владельцу соседнего к Кор-Корату города, и туда никого не пускают. Даже из бывших жителей.
— А ты неплохо осведомлен, — я всмотрелась в лицо летописца.
Мерде, судя по виду, был уже не рад, что рассказал все это.
— Эти люди, что были с пророком… Среди них были те, кто готов был говорить со мной. Думали, что смогут обратить в свою веру, или, может, просто хотели рассказать, как дошли до такой жизни. И многие из них как раз из Кор-Кората. Их всех правитель, барон Торин, привел в портовый Хусат — и оставил там, под стенами города. Сначала все верили, что Торин договориться с местным градоправителем, но дни шли — и ничего не менялось. Потом пошли слухи что Торин и не собирался ничего делать, лишь отгородил с помощью магов на деньги Лиги Севера оставленный город, чтобы нежить оттуда не шла, и запретил всем кроме Черной Стражи там появляться. Люди остались без крова, без еды, без всего вообще. Кто-то сумел устроиться, но далеко не все. Кто-то скопил на билет в Лакор, кто-то попытался податься на шахты к гномам… Но север есть север, там несладко в любое время года, и лишним ртам нигде не рады. Так что многие и правда польстились на шанс начать новую жизнь, да ни где-нибудь, а в самой Древней Столице.