"Фантастика 2024-93". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)
Я прислушалась к своим чувствам. Ничего. Словно и не было этого потока силы. Только руку все еще тянуло, как от ожога. Интересно.
Я начала расстегивать наруч. Арджан проделал то же самое, а Дианель с удивлением и брезгливостью разом старалась, не уронив достоинства, закатать узкий рукав своего одеяния. Витор, единственный из всех, оставался совершенно равнодушным к происходящему. Словно знал что все так и будет.
— Ты сказал что снять крышку будет безопасно, — я разглядывала появившийся на внутренней стороне левой руки чуть выше запястья знак из семи кругов, образующих кольцо.
Знак не болел. Не ощущался как что-то темное. Но был.
Пальцы сами собой легли на рукоять меча. Я шагнула к неестественному спокойному магу. Огнь начинал разгораться в душе. Не из-за тьмы рядом, а от моей собственной злости.
— Ты знал что так будет. Знал. Говори, что ты скрываешь!
Клинок с привычным шелестом вырвался из ножен — и остановился, едва касаясь горла не успевшего ничего сделать мага.
Витор сглотнул.
— Я все объясню. Потом, когда мы…
— Сейчас.
— Это долгая история…
— Сейчас!
— Ладно, ладно. Если коротко — это из-за строителей этого места. Портрет одного из них я нашел на скрытой стене. Это знак Семерки, объединения колдунов, которые в Мире за Вратами развязали не одну войну и погубили тысячи людей ради господства над всеми. И теперь вы — их враги. Как и я.
Рука дрогнула. Клинок совсем чуть-чуть рассек кожу. Случайно…
Почти.
— Не ври, маг. Мне нужна правда. Врата Перехода захлопнулись столетия назад, никакие колдуны не живут столько лет.
Вообще-то эльфийские — живут. Но в саркофаге-то был обычный человек.
— Да, да. Госпожа Лекса, пожалуйста, можно без необоснованного насилия? — Витор покосился на меч и осторожно шагнул назад. — Я все объясню подробнее. Как выберемся. И — я хочу нанять вас. Всех. Вы все равно теперь — мишень для Семерки, но вместе, и со знаниями моего ордена, мы сможем покончить с этими черными колдунами, пробравшимися в наш мир, раз и навсегда.
— Ты знал что это! Знал и не сказал! — Огонь подкрался руке, готовясь сорваться с привязи и напитать клинок. Отвечая не самому праведному, но гневу. — Ты, недостойный щенок завшивленной гончей в…
Громкий перезвон ударил по ушам.
Я шагнула в сторону, разворачиваясь в сторону звука. И обнаружила, что чародейки и ящерицы в помещении нет.
— Они решили активировать управляющую сферу, — со скучающим видом пояснил Милатиэль, рассматривающий группу дохлых пауков, невесть как оказавшихся на бортике саркофага.
Ну разумеется…
В соседнем помещении, где мы и нашли местную «систему управления», которая тонкими магическими потоками отвечала вообще за все в этом подземелье, и, главное, за возможность выбраться отсюда, раздался тихий возглас.
Звон повторился.
Из коридора приближался размеренный топот привлеченных звуком охранных големов.
— С тобой мы потом договорим, — бросила я магу и, на ходу застегивая наруч, устремилась на помощь к чародейке и ее ящерице.
Надо выбираться отсюда. И вытрясти из этого Витора все о Семерке, его Ордене и обо все остальном.
В отличие от поиска пропавших горожан, искоренение зарвавшихся в своей жажде власти магиков — по моей части.
Глава 1
В пути. Знакомство с ящерами
Болота справа и слева тянулись до самого горизонта, сокрытого тяжелым маревом, лишь изредка перемежаясь зарослями каких-то невысоких узловатых деревьев, торчавших прямо над трясиной.
Ингрид всхрапнула, нетерпеливо махнув хвостом. Экие мы недовольные… Словно я могу как-то повлиять на жару, царящую на подъездах к Узару. А ведь сейчас даже не середина лета… Но болота вокруг Пирамиды рождали не только специфические запахи, но и висевшую в воздухе влагу, которая даже на исходе весны заставляла раз за разом отирать лицо от заливавшего глаза пота. Кобыла же, которую я вела на поводу, еще и на себе скарб тащила. Почти весь. Все же отказываться от привычки носить на поясе меч, а на теле — чешую из вываренной в адрианском настое кожи даже тогда, когда одна мысль обо всем остальном металле вызывала приступ раздражения, у меня намеренья не было. Да — жарко. Даже очень жарко. Но жару можно перетерпеть. Смерть — нет.
Впрочем, Ингрид все равно была бы недовольна, даже если бы поклажу я понесла на себе. Вредная кобыла. Черная и вредная. Зачем только держу…
Впрочем, достаточно было посмотреть на количество навьюченного на лошадь багажа, чтобы самой на этот вопрос и ответить. Ну и тем более — не оставлять же ее в городе? Я-то вряд ли в Сольд вернусь. В ближайшее время так точно.
— Ей жарко, — сообщил как-то оказавшийся рядом Милатиэль.
— Мне тоже, — лаконично откликнулась я, не без зависти оглядывая Дитя Природы.
Вот уж кто-кто, а он от жары точно не страдал. Поговаривали, что ни маги, ни чародеи, ни тем более колдуны не могли с такой же легкостью игнорировать влажность, жару, холод и прочие погодные неприятности, как служители Старших Сил. Впрочем, если учесть, что Дети Природы, или фронде на наречии юга, находили общий язык со всякими цветочками и животинками куда лучше, чем с людьми, то в целом завидовать им не стоило. Я, например, не рвалась узнавать то, какими словами могла бы обо мне высказаться Ингрид. Хотя часть ее ругани, наверное, была заслужена — два шрама, проходящие по крупу, проглядывали из-под поклажи.
— Ты не веришь Витору, — без какого-либо предисловия продолжил эльф.
Вот уж правда — если мысли долгоживущих порой причудливы, то мысли долгоживущих-фронде причудливы вдвойне.
— Я не доверяю Витору, — поправила я Милатиэля.
Караван шел позади не меньше чем в двух десятках шагов, и едва ли хоть кто-то мог бы нас подслушать. Путь в Узар выматывал всех, и что чародейка, что маг, что ее ящерица предпочти ехать на телегах в относительном комфорте.
Их дело. Мое дело — вовремя предупредить, если впереди покажется что-то, способное оторвать нам голову.
Узар — город торговцев лечебными травами и алхимическими зельями, которые готовят из этих самых трав самыми разными способами. Болота богаты для тех, кто знает цену этому богатству.
А еще болота — вотчина савров. Колыбель их много веков назад уничтоженной цивилизации. Все, что осталось — лишь руины вокруг да сам Узар, Пирамида, которая уже много веков как в руках людей. Поговаривали кстати, что на деле Узар построен саврами не как пирамида, а как ромб, и имеет столько же ступеней вниз, насколько и вверх. Зачем и для чего — никто не знал. Ящерицы давным-давно утратили свою веру, свои корни и даже свой язык. И даже равные народы здесь ни при чем.
Люди и остальные просто заковали в кандалы оставшихся савров и живут в их столице. А так — совершенно точно ни при чем.
Но, так или иначе — болота опасны. Любые болота опасны, и те, что вокруг Узара — не исключение. И потому что здесь водятся твари, с которыми не стоит встречаться, и потому что савры владели какой-то собственной магией, не до конца ушедшей из этих мест. И просто потому что не вся ящеры любят кандалы и ошейники, но все из них не прочь отправить на тот свет тех, кто готов этот самый ошейник затянуть на их шее.
— Почему не доверяешь? — не унимался эльф.
Как ребенок. Старше меня так, навскидку, раза в два, — но как ребенок. Впрочем, фронде все такие. Хотя нет, вру — есть еще старые и ворчливые, вне зависимости от возраста. Накладывает отпечаток их образ жизни, что сказать.
Впрочем, из всех моих нынешних «спутников» фронде беспокоил меньше всего. Дети Старших Сил любили природу, берегли ее и изучали ее. И были начисто лишены амбиций и властолюбия, присущего всем остальным магикам. Одно это делало присутствие Милатиэля хотя бы сносным.
— Я никому не доверяю. Доволен?
— Все Служители настолько подозрительны?
— А ты встречал еще кого-то?
— Нет. Потому и спрашиваю.
— Ты или понимаешь, что доверять можно только мечу, или отправляешься на корм рыбам очень и очень быстро.