Лотосовый Терем (СИ)

Тело принадлежало женщине. В густом лесу конь не мог идти дальше. Впереди слышался яростный звон оружия, похоже, там завязалась потасовка.
Э?
Он не мог сразу определиться, хочет ли пойти взглянуть, что там происходит — ведь даже если пойдёт «посмотреть», с его нынешним зрением всё равно толком ничего не увидит. Неожиданно зашуршали осыпающиеся ветки и листья, он безотчётно отпрыгнул назад — что-то с глухим звуком свалилось с неба прямо на труп. При ближайшем рассмотрении, это оказалась ещё одна мёртвая женщина. Он поднял голову — там, где только что пролетело тело, среди ветвей осталась брешь, оно отскочило от деревьев несколько раз, прежде чем упасть перед ним.
В этот момент пятна перед глазами как раз рассеялись. Женщины были в голубых платьях, украшенных вышитой каймой с изображением великого предела. Судя по цвету и узорам, это одежда какой-то школы. Пока Ли Ляньхуа разглядывал тела, конь, которому не нравилась теснота и необыкновенная влажность чащи, с треском прорвался сквозь заросли.
За деревьями шесть девушек в голубом сражались с одним мужчиной. Шесть длинных мечей сверкали, ударяя и отражая, но как ни сверкали клинки, как ни сменялись приёмы, их удары не достигали цели. Между девушками стремительно носился воин в жёлтом, прекрасного телосложения. Даже с нынешним зрением Ли Ляньхуа видел, что боевое мастерство этого человека значительно превосходит силы девушек, и при желании он давно мог бы вырваться из окружения, однако по неясной причине продолжал метаться между ними.
— Убьём мерзавца, обесчестившего третью шимэй!
— Отомстим за седьмую и восьмую!
— Ублюдок!
Расслышав посреди драки несколько гневных криков, Ли Ляньхуа сообразил, что человек в жёлтом, вероятно, домогался «третью шимэй» этих героинь, они погнались за ним с мечами, однако уступали ему в боевом мастерстве, и он убил двоих из них.
Судя по тому, как шло отмщение, мужчина в жёлтом не взялся за убийства как следует — в противном случае, за пару-тройку ударов первой сестрице, второй, четвёртой, пятой, шестой и так далее пришлось бы дожидаться, пока одиннадцатая, двенадцатая и тринадцатая отомстят за них лет через двадцать. Ли Ляньхуа не сдержал вздоха — по однотонным голубым платьям и вышивке с символами великого предела ясно, что это ученицы Эмэя.
Наконец мужчина в жёлтом потерял терпение и занёс ладонь, чтобы расколоть череп одной из девушек — если бы ученицы Эмэя не были молоды и прекрасны, все как одна грациозны и изящны, он бы давно им свернул шеи. Лишь одного удара человека со столь высоким боевом мастерством хватит, чтобы шестнадцати-семнадцатилетняя девушка в голубом превратилась в кровавое месиво.
Тут из густой чащи с треском вырвался белый жеребец, занятые сражением первая и вторая сестрицы повернули головы — конь был весь мокрый, будто переходил брод, однако здоровый, сильный и грациозный. Явно отличный скакун.
Мужчина в жёлтом замер, чуть задержал направленную на девушку ладонь.
— Кто здесь? — резко крикнул он.
Из зарослей послышался лёгкий кашель, а затем оттуда неторопливо вышел человек. Его белое одеяние слегка промокло, но оставалось блестящим и чистым, без единой пылинки, и пусть двигался он очень медленно, выглядел утончённо. По сравнению с этим распутником в жёлтых одеждах, его изящный облик производил впечатление благородного человека, и девушки невольно прониклись к нему симпатией.
— Постойте, — заговорил человек в белом. — Почтенный Хуанци, вижу, вы в добром здравии.
— Ты кто такой? — пылая злобой, мрачно уставился на него мужчина в жёлтом.
Ли Ляньхуа слегка улыбнулся, но не ответил на вопрос.
— Хуанци из Удана, шисюна главы Цзыся, некогда все уважали за ту славу, которую он завоевал для гор Удана, почему же теперь он стал злодеем, губящим учениц Эмэя…
Оказывается, этот развратник — Хуанци из Удана! Девушек в голубом от ужаса пробил холодный пот, некоторые тут же бросились в заросли искать тела убитых сестёр.
Если станет известно, что Хуанци из Удана убил учениц Эмэя, несомненно, разразится ужасный скандал.
 
— Ты кто такой? — резко повторил Хуанци. На самом деле он встречался с Ли Ляньхуа у могилы первого ранга, однако тогда тот вырядился девицей из борделя и так размалевал лицо, что было не понять, то демон или человек, так что, естественно, сейчас Хуанци его не узнал.
По-прежнему не отвечая, Ли Ляньхуа снова улыбнулся.
— Почтенный, по-видимому, сбежал с подножия пика Дуаньюнь?
Хуанци хмыкнул, он в самом деле ускользнул во время пожара под пиком Дуаньюнь — Хо Пинчуань увёз его в «Сотню рек», затем его заперли в шестой тюрьме, но вскоре его отбила Цзяо Лицяо, и с тех пор он оставался в банде «Юйлун». Теперь он шёл в Удан, желая силой отнять звание главы школы. Добравшись до этого места, он случайно наткнулся на девушек из Эмэя, которые направлялись в терем Успокоения реки на берегу Чанцзяна. Среди них ему приглянулась третья по старшинству, мягкими и нежными чертами лица похожая на его сяо-Жу, у него зародились дурные намерения, и вчера он взялся за старое — одурманил её и изнасиловал. Кто бы мог подумать, что ученицы Эмэя строго следуют наставлениям и просыпаются рано на рассвете — обнаружив его выходящим из комнаты третьей шимэй, собрались толпой и бросились за ним в погоню.
Удовлетворив похоть и видя, что все девушки юны и прекрасны, он сначала не хотел убивать их, но, когда сбежал в ущелье Бугуй, а они без устали продолжали его преследовать, потерял терпение и убил двоих. Если бы не появление человека в белом, он прикончил бы и оставшихся шестерых. Однако неожиданно возникший неизвестный откуда-то знал его, и это помешало его убийственным намерениям.
— Какая разница мертвецу, кто я и откуда? — зло усмехнулся Хуанци и направил в него раскалывающий удар.
Ли Ляньхуа мгновенно уклонился.
— Героини Эмэя, боевое мастерство этого человека непревзойдённо, связываться с ним опасно, уходите скорее, — мягко предупредил он.
Когда ладонь Хуанци просвистела рядом с ним, края рукавов слегка затрепетали, будто элегантно развеваясь на ветру.
— Юный герой, вы ради нас преградили путь этому демону, разве мы можем уйти? — вырвалось у одной из девушек в голубом, а затем она покраснела. — Никак… не можем.
Ли Ляньхуа кивнул и не стал больше уговаривать.
После первого промаха ноги Хуанци замелькали в приёмах багуа, тело двигалось как летящий дракон — он владел забытым навыком «Летящий дракон багуа», рукава раздувались, полные «Пятикратной мощи Удана» — объединив две техники, он намеревался убить Ли Ляньхуа одним ударом.
Что-то свистнуло…
Едва у девушек Эмэя оборвалось сердце при виде мощи Хуанци, как одним мазком пронеслась вспышка света, словно нить паутины, поймавшая солнечный луч, и из горла злодея брызнула кровь, а ладони замерли от испуга, не совершив удар. У всех на глазах вокруг шеи Хуанци обернулся очень узкий и длинный гибкий меч, настолько стремительно, что движение казалось неуловимым и почти невидимым — попросту невообразимым.
Хуанци покосился на героя в белом, увидел, что он держит меч в левой руке, и понимающе усмехнулся.
— Так ты левша!
Однако он не знал, что Ли Ляньхуа уже видел его боевые навыки в действии, к тому же застиг врасплох, взяв меч в левую руку, потому и смог победить одним ударом.
Ли Ляньхуа лишь улыбнулся — Хуанци слишком долго жил отшельником, пропустил время славы Ли Сянъи и не узнал Вэньцзин.
С мечом Вэньцзин, обёрнутым вокруг шеи Хуанци, стоило ему шевельнуть запястьем, злодей расстался бы с головой. Ли Ляньхуа стоял не шевелясь, только что говорившая девушка в голубом подбежала и ударила Хуанци по акупунктурным точкам, надёжно связала его верёвкой, а затем общими усилиями они взгромоздили его на белого коня и наконец перевели дух.
Вспомнив о гибели своих сестёр по учению, девушки тихо заплакали. Прошло довольно много времени, прежде чем одна из них мягко обратилась к Ли Ляньхуа.
— Юный герой, у нас назначена встреча, мы направляемся в терем Успокоения реки. Этот демон слишком силён, боюсь, нам не удержать его всю дорогу, не могли бы вы… — Щёки её зарделись. — Не могли бы вы проводить нас?