Испытательный срок (СИ)
Оксанка неопределённо хмыкнула. Они вышли из лифта; Макс нетерпеливо дождался, пока за спиной надёжно закроется дверь коридора, и продолжил:
— Хмыря там одного видел. Фиг знает, кто он там в их иерархии, но явно где-то в верхах. На собраниях не показывается, но ведёт себя, как хозяин. Мне кажется, нелегал самый настоящий.
— Из тех? — Ксюша многозначительно подняла брови. — Про которых ребята говорили?
— Именно. Эх, поймать бы да расспросить! — Макс аж на месте замер, осенённый дельной мыслью. — Слушай, как думаешь, Ярик согласится со мной сходить, посмотреть на этого деятеля? Он давно в теме копается, может, увидит больше, чем я…
— Спроси, — равнодушно бросила Оксана. — Только он вроде уезжать собрался.
— Куда это?
— Я почём знаю? Он мне не отчитывается, — огрызнулась Тимофеева и рванула на себя отдельскую дверь. — Привет, Миш.
Старов буркнул в ответ что-то приветственное. Он копался в каких-то бумагах — то ли разбирал текучку, то ли что-нибудь изучал. Макс помахал хмурой Ире, получил в ответ вымученную улыбку. Чего это она? Бумажки замучили? Тогда надо вытащить погулять; авось и самому удастся немного развеяться, голова лучше думать станет…
— Шеф тут? — осведомилась Ксюша, с размаху плюхнувшись в кресло.
— Не-а, где-то ходит.
— Вот и пусть ходит. Макс, будь другом, раздобудь нам кофе.
— Будет исполнено, — хмыкнул Некрасов. Он и сам всерьёз подумывал ограбить шефа на пару чашечек.
Оксана сунула ему в руки свою кружку — с коричневым чайным налётом и относительно свежим отпечатком помады. Макс, сам тот ещё лентяй, отнёсся к чужому разгильдяйству философски.
— Мих, — праздно окликнул он, хватая со стола собственную кружку, — как думаешь, кого раньше поймаем — моего паразита или эту дрянь с суперспособностями?
Ира неуютно пошевелилась в своём углу, и Макс выругал себя за толстокожесть. Ей же серьёзно досталось в пятницу, мог бы и подумать! Надо притащить ей что-нибудь сладкое; все девушки любят сладости…
— Вот ты вопросы задаёшь, — проворчал Старов, выныривая из бумажного моря. — Кстати, пока ты тут… Помнишь русалку нашу?
— Дуру влюблённую? А как же, — Некрасов распахнул дверь логова, чтобы слышать коллегу, и сунул одну из кружек под пахнущий кофе кран. — Думаешь, её этот таинственный кудесник укокошил?
— Есть такая мысль, — признал Старов. — И ещё такая есть, что шишиг в Кузьминках тоже он взбаламутил…
Остаток фразы потонул в надсадном хрипе кофемашины. Надо придумать что-нибудь умное, пока есть время на размышления. За что бы уцепился шеф? Ярик? Костик?.. Ага, вот!
— А в чём связь? — Макс вытащил из-под крана исходящую ароматным паром кружку и подставил вторую. — В смысле, ты не слишком увлекаешься? Круто, конечно, все наши косяки повесить на этого гада, но, сам понимаешь, не прокатит такое.
Кофемашина снова зафыркала. Настала Мишкина очередь собираться с мыслями. Макс милостиво дождался, пока упадут последние капли; Старов хмурил светлые брови — мозговал.
— Нет, нормально всё, — постановил он наконец, провожая Некрасова серьёзным взглядом. — Русалке расплавили управскую бирку, а шишиги нападавшего с Яриком спутали. Значит, и там, и там сильный маг поработал. Таких мало.
— Мало, — согласился Макс. — Но не один на всю Москву, ей-богу!
— А что, несколько их, что ли? — подала голос Ксюша, забирая у него кружку. — Я думала, этот тип — уникум.
— Нежить гробить любой достаточно сильный маг может, — возразил Некрасов. — Ну, сама подумай: зачем охотиться на всякую мелочь безобидную, если у тебя суперсилы, которых вообще ни у кого больше нет? Я ещё понимаю, если б у нас сплошняком дохлые полудницы валялись…
— Хороший вопрос, — пробормотал Мишка и сделал корявую пометку на ближайшем черновике. — Может, и валяются, а мы просто не знаем?
— Миш, это натяжка на натяжке, — вздохнула Ксюша, потягивая кофе. На белом ободке кружки появилась ещё одна алая отметина. — Забей на эту тему и думай дальше.
Оба затихли. Макс, помешивая кофе, замер у заваленного бумагами Ириного стола. Ей не очень нравится, когда он при всех проявляет внимание, но поди выгони куда-нибудь этих всех! Аккуратно раздвинув кошмарного вида стопки — Ира ощутимо напряглась и пристально проследила за его манипуляциями — Некрасов пристроил между ними кружку и улыбнулся так очаровательно, как только мог после смены, допроса и крепкого кофе.
— Как дела? — непринуждённо поинтересовался он, хотя и так видел, что не очень. Интересно, если остаться и помочь разгрести бумажные завалы, она оценит?
— Хорошо, — Ира фальшиво улыбнулась ему в ответ и цапнула из коробки слегка помятый лист. — А у тебя?
— Превосходно, — кисло сообщил Макс и схлопотал выразительный взгляд от Тимофеевой. — Вот бы сейчас затяжные выходные, и чтоб на них ничего не случилось…
Ира рассеянно кивнула и вцепилась в следующую бумагу. Пробежала её глазами, вскочила с места.
— Надо заверить, — объяснила она, указывая на пустое место для подписи в низу листа. — Пойду Верховского поищу.
— Да куда он денется-то? — искренне изумился Макс, однако Ира уже устремилась к выходу. Что с ней такое сегодня?
— Догоняй, — насмешливо бросила Ксюха, как только за секретаршей закрылась дверь. — Иначе не простит.
— Я ж не сделал ничего!
— Вот именно. Беги, Максюша, потом спасибо скажешь.
Макс побежал. Иру он нагнал в лифтовом холле; она задумчиво созерцала потухшую кнопку, теребя и без того порядком измочаленную бумаженцию. Лохматого научника, оглушительно гавкающего в телефон в двух шагах от неё, девушка словно бы не замечала.
— Ириш, чего такое? — взял с места в карьер Некрасов. Научник его раздражал, и он решительно потянул Иру от лифтов к окнам. — Ты прям сама не своя.
Она порыскала взглядом по пустому холлу, будто искала там причину своего плохого настроения.
— Да так, — Ира неопределённо дёрнула плечом и вздохнула. — Увольняюсь в понедельник.
— Да ладно? — переспросил Макс. Не то чтобы удивлённо; он готов был годовую премию поставить, что знает, кто очкастый и противный тут постарался. — Может, просто в другой отдел перейдёшь? Я шефа попрошу, он словечко замолвит.
— Не надо никаких словечек! — неожиданно зло огрызнулась Ира. — Всё равно мне в Управе не нравится.
— Ну, значит, так и надо, — одобрил Некрасов. — Не мучай себя. Жизнь должна быть в радость.
Ира недоверчиво на него уставилась, и Макс легкомысленно пожал плечами. Чего себя неволить? Жаль, конечно, что они теперь будут реже видеться, но, в конце концов, всё это было лишь вопросом времени. Ира и так долго продержалась.
— Не парься, — посоветовал Некрасов. — Нормальные люди с Костиком сосуществовать не могут. Только отбитые вроде нас, — он широко ухмыльнулся, и Ира неуверенно улыбнулась в ответ.
— Меня бы в любом случае выгнали, — сказала она обречённо. — Анохина сказала — до первой претензии, а Чернов нажаловался…
— Жаловалку ему оторвать, — с чувством высказался Макс. — Плюнь ты на него. В выходные погуляем, а?
— Не знаю, — пробормотала Ира. — Может, дела будут.
— Ну, если не будут, то напиши, — Некрасов заговорщически ей подмигнул.
Он хотел прибавить ещё что-нибудь жизнеутверждающее, но тут мелодично звякнувший лифт выпустил из своих недр Верховского. Шеф безошибочно приметил в дальнем конце холла безнаказанно прохлаждающегося подчинённого и устремился наводить порядок.
— Доброго дня, — Верховский учтиво кивнул Ире и вперился пронзительным взглядом в Некрасова. — Максим, я слышал, вы кого-то интересного поймали?
— Ага, профана, — жизнерадостно отрапортовал Макс. Шеф едва заметно поморщился. — Четвёрка, а то и выше! Давайте его к себе в контроль возьмём, когда легализуется?
— Всё может быть, — туманно протянул Верховский. — Ирина, вы не возражаете, если я украду у вас собеседника? Хочу узнать подробности.
Ира буркнула, что вовсе не возражает и вообще легко найдёт себе другое занятие. Шеф, ни на миг не сомневавшийся в успехе, царственно махнул рукой, приглашая Макса прогуляться до логова.