"Фантастика 2023-72". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Я не сильно слежу за политикой: уровень не мой. Пока, во всяком случае. Из предыдущей памяти помню, что этот (уже бывший) президент управляет страной больше, чем живу.
Мнения по поводу его отставки в сети разнятся от депрессивно-истеричных (типа «На кого ты нас оставил!») до радостно — эйфорических («Наконец-то!»).
Согласно Конституции, обязанности президента до выборов принял глава верхней палаты парламента, достаточно непубличный администратор, который производит впечатление человека, не стремящегося к первым ролям.
Вместо главы парламента, ушедшего на президентский пост, новой главой парламента единогласно (вот тут я удивляюсь) избирается очень близкая родственница теперь уже бывшего президента.
Недовольство в сети, что характерно, касается не конкретных личностей, а процедуры: власть обеих ветвей в стране (и законодательная, и исполнительная) перешла из рук в руки абсолютно без какого-либо участия избирателей.
С одной стороны, действующему президенту уже практически восемьдесят. С этой позиции, его уход выглядит вполне логично. С другой стороны, не понятно, зачем было столько лет тянуть; зачем затевать разгар реформ в период смены лидера, и многие другие моменты.
Если отсеять эмоции, прихожу к выводу, что устройство государства больше похоже на монархию, не смотря на слово «РЕСПУБЛИКА» в названии. Раз так — есть масса деликатных моментов в кулуарах власти, о которых народу сообщать никто не будет.
Мне пока не хватает ни знаний, ни жизненного багажа, чтоб оценить все «за» и «против».
В итоге, всё же засыпаю с мыслями, что львы бабочкам не страшны.
Львы бабочкам оказываются страшны.
Когда утром прихожу в НОВУЮ КЛИНИКУ почти на час пораньше, чтоб спокойно почитать, Шаматов уже тоже в кабинете. Вместе с ним — пара старших медсестёр в возрасте, ещё пара врачей. Все — с кружками чая в руках, активно обсуждают вчерашнюю новость.
Хочу незаметно прошмыгнуть к себе, но меня останавливают, вручают кружку с чаем и предлагают поучаствовать.
Из вежливости присаживаюсь минут на пять.
Дверь в коридор не закрываем, поскольку собралось много народу. Потому с удивлением смотрим, как по коридору шагают несколько человек с оружием, одетых в такую же форму, как «близнецы», бывшие с Бахтиным.
Все, кроме нас с Шаматовым, спешно покидают кабинет, направляясь по своим местам, разведать новости.
— Али Шафетович, мне в девять утра надо быть в кабинете Котлинского, я, наверное, пошёл?
— Да, он предупреждал, — рассеянно кивает Шаматов, глядя вслед людям в форме.
И я направляюсь вслед странной компании.
Когда подхожу к кабинету Котлинского, кроме него, в открытую дверь вижу в кабинете ещё трёх человек в форме. Аналог «близнеца» на входе спрашивает:
— Куда?
— В кабинет главврача. На девять утра назначены мероприятия, — показываю пальцем на Котлинского.
Аналог «близнеца» подвигается в сторону, пропуская меня в кабинет. Подхожу к Котлинскому, абсолютно спокойно сидящему в кресле и передающему постранично какие-то документы одному из тех, кто в форме:
— Игорь Витальевич, у нас в девять утра по суставу всё в силе? — я в белом халате, потому ни для кого из окружающих от врача не отличаюсь.
— О, привет! — поднимает на меня глаза Котлинский. — Ты знаешь, сегодня, судя по всему, нет. Я предупредил пациента. Сегодня я, похоже, буду немного занят.
И в этот момент со стороны шлюза, ведущего в пристройку, раздаётся хлопок и начинают слышаться выстрелы.
Пятью минутами раньше. Шлюз перехода в акушерское отделение. Группа из трёх людей в форме, сопровождаемая группой четырех вооружённых людей физзащиты, подходит к шлюзу из клиники в родильное отделение. Один из тех, кто в форме, звонит в двери шлюза.
— Охрана объекта на связи! — раздаётся голос из динамика рядом со звонком.
— Откройте двери! Нам необходимо войти. Вот постановление, — звонивший достаёт из папки какой-то документ и подносит его к камере.
Через некоторое время, требуемое на чтение документа, всё тот же голос из динамика отвечает:
 
— Сверните свою бумажку в трубочку. Не основание. Противоречит сразу двум законам.
— Вынуждены применить силу, — бросает в микрофон человек в форме и, повернувшись к физзащите, говорит самому высокому, — давай!
Самый высокий начинает внимательно осматривать дверь против часовой стрелки по всему периметру.
В это время с другой стороны двери.
Четверо вооруженных мужчин в форме без знаков различия склонились над монитором.
— Сом, они сейчас двери снесут, — буднично говорит один из четверых, проверяющий ладонями расположение снаряжения на себе.
— Вижу, еще минут пять. Они вначале уговаривать будут, потом надо время на «лапы». Судя по поведению, они рассчитывают тут только пару медсестёр застать. — Отвечает второй. — Араб, Заяц, блокируйте изнутри вторую дверь и сидите там. Смотрите в монитор. Я их сам тут встречаю. Если всё в норме — отхожу к вам за вторую дверь. Если меня наглухо — дальше вы. Если я ранен — в переговоры не вступать. На меня не смотреть. Объект охранять по инструкции. Обязательно продержитесь.
— Принято. — Кивают двое.
— Что по мне? — спрашивает четвертый.
— Иди в палату. Ты — с объектом. Я не думаю, что наши задержатся дольше, чем пятнадцать минут. Но на всякий случай, ты — резерв. Держись.
— Сом, дурацкий вопрос, — весело спрашивает тот, кого назвали Арабом. — А ты точно кнопку нажал?
Трое начинают смеяться.
Тот, которого зовут Сомом, молча достаёт из кармана сенсорный пульт, на котором мигает надпись «Сигнал сработал»:
— Конечно.
Шлюз перехода в акушерское отделение. Группа людей в форме вместе с группой физзащиты что-то обсуждают.
— Это обязательно?
— Да. Тем более, явное неподчинение решению суда. Есть же санкция.
— А санкция точно в порядке? Потом не окажется, что что-то не так оформлено?
— Не мельтеши… Ты же знаешь, чья команда… просто работай.
Высокий заканчивает у двери, встаёт, подходит и говорит:
— У меня готово. Можно хоть сейчас.
— Дадим ещё три минуты, — решает первый; подходит к звонку, нажимает его и говорит в переговорное устройство:
— У вас три минуты. По истечении, мы вынуждены применить силу.
— Не войдёте. Мы начальство уже вызвали. Лучше не дрочи судьбу и дождись начальства, — отвечает обезличенный голос из динамика.
Ведущий переговоры отсекает три минуты, после чего резко опускает правую руку сверху вниз.
Двое сотрудников физзащиты сноровисто вбивают «лапы» в естественные зазоры двери, забивая их кувалдой. Через полминуты работы, один говорит, оборачиваясь назад:
— Есть. Давать?
— Давай! — командует самый первый. Двое с «лапами» и кувалдой наваливаются в последний раз и дверь распахивается.
Изнутри в проеме двери появляется человек в очень похожей на работающего кувалдой форме, но в других цветах, с наколенниками, налокотниками и без знаков различия. Раздаются резкие хлопки выстрелов. Первыми падают двое, вскрывавших двери. Их затылки как будто взрываются брызгами крови, костей и кусочками мозга. «Лапы» и кувалда громко звенят об кафель пола. Пока оставшаяся группа людей в форме ошалело смотрит на происходящее, появившийся изнутри переносит прицел какого-то короткого ствола, и четверо из пяти оставшихся на ногах присоединяются к первым двум. Последний, сотрудник физзащиты, наконец приходит в себя, но не успевает ничего сделать. Ещё один хлопок короткого ствола — и он также подламывается в коленях, не успевая нажать на спуск.
Появившийся изнутри шлюза человек в наколенниках и налокотниках около секунды скользит взглядом по телам на полу, потом скрывается обратно в шлюзе, откуда доносится хлопок ладонью по двери: