"Фантастика 2023-72". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— Я с ним лично знакома мало, и то через Сергея, но скажу, что вижу. Понимаешь, он хороший врач не как врач. Да, такой парадокс… Он хорош, как ответственный человек, который берется за любого пациента и полностью гарантирует результат. Да, он не может поставить диагноз, он не помнит протоколов лечения, он не помнит и не понимает биохимии и так далее. НО. Он с полпинка организовывает процессы так, что мгновенно вскрывается главная проблема. А менеджер он отличный. Вскрыв проблему, он очень быстро запускает процессы так, что решением занимаются лучшие. Вот недавно он в Центре паразитологии за полдня через нас одному пациенту и направление пробил, и операцию, хотя там всё очень рискованно, и хирурга лучшего как-то замотивировал — в общем, очень помог там, где вообще все опускали руки. Именно из-за того, что волокита огромная, а результат — сомнительный.
— Это не дедушка с эхинококком в печени?
— Да, откуда знаешь?
— Так я диагноз уточнял… Витальевич что-то на рентгене увидел, сразу меня вызвал. В моей проекции — откровенный паразит, без вариантов.
— Прикольно. — Присвистывает Лена. — Вот это и есть весь Котлинский. Сам даже рентгена расшифровать не может, но за полдня решил то, что даже Сергей решал бы с неделю и не факт, что решил бы.
— А в чём загвоздка с пациеинтом?
— По индивидуальным противопоказаниям, у пациента с наркозом проблемы.
— Но там всё нормально?
— Более чем. Уже прооперировали, всё почистили, Котлинский ему ещё какой-то санаторий бесплатно выбил. Для реабилитации. У него ж свои подвязки в ОблЗдраве. А как он хирурга и анестезиолога мотивировал — я даже представить не могу. Вернее, не хочу.
— Парадокс, — смеюсь. — Как врач — ноль или около, причем и сам это говорит. Но решил врачебную проблему быстрее врачей. И успешно, хотя все кричали о рисках.
— Я об этом и говорю. Он не может помочь как врач — да к нему никто и не рискнёт, давай честно. Но как менеджер, знающий врачебную кухню, очень эффективен. Знаешь что самое интересное? Я вот навскидку не могу припомнить ни одного случая, чтоб кто-то говорил, что Котлинский кому-то отказал либо в его клинике чего-то не добились. Пусть даже так — организовав направление в профильный центр.
— А вы?
— У нас бывает… не в нашу смену. Но бывает… А ты у Шаматова чему-нибудь научился? — переключается Лена на более актуальное.
— Знаешь, научился определять беременность на ранних сроках. В моей проекции очень контрастно видно. Только не ясно, какая от этого практическая ценность?
— Никакой, — смеется Лена. — Хотя-я-я, единственное, что в голову приходит, это диф. диагностика опухоли яичников дробь матки. Но это слишком притянуто…
— Даже не понял, о чем ты.
— Забей. Так, Мелкий, мы приехали. — Лена с визгом тормозит в полуметре от каменного забора. — заболтались — не успела тебя проинструктировать. Сейчас ты стоишь у меня за спиной, не высовываешься и не лезешь со мной спорить при людях. Понятно?
— Да.
Лена уверенно ведёт меня внутрь двухэтажного каменного здания, окружённого забором, с вывеской «ВТОРОЙ МЕДИЦИНСКИЙ КОЛЛЕДЖ», поднимается на второй этаж и входит после короткого стука в дверь с надписью «Зав. учебной частью». Протискиваюсь в дверь за ней и вижу за письменным столом усталую женщину лет пятидесяти, следящую за собой, но очень устающую на работе.
— Здравствуйте, Нина Ильинична?
— Да.
— Вам Стеклов звонил насчёт меня. Я с ним работаю в одной смене.
— Сергей Владимирович, из неотложки?
— Да.
— А вы — Елена?
— Да.
— А это и есть ваш брат? — Нина Ильинична смотрит на меня усталыми глазами раскаявшейся анаконды.
— Да, это он. Мы с ним на разных фамилиях, у нас отцы разные.
В этом месте я очень удивляюсь, но добросовестно исполняю всё, о чем договорились с Леной в машине. Начать что-то доказывать сейчас будет действительно глупо.
— Какой диплом вам нужен?
— О Курсе массажа, государственного образца.
— С медицинской подготовкой?
— Если можно. Что это по деньгам?
— Для Сергея Владимировича — сумма та же, просто бланк немного другой и заполнить нужно иначе. Присаживайтесь, — Нина Ильинична указывает на стулья, стоящие вдоль стены, и начинает что-то быстро строчить ручкой, сверяясь с каким-то листиком, в сине-зелёной книжечке. Наверное, это и есть тот самый диплом.
Через три минуты молчания и скрипения ручки, хозяйка кабинета передают Лене раскрытую книжечку:
— Проверяйте.
— Всё точно, — Лена секунд пятнадцать читает по диагонали, потом убирает документ к себе в сумку. Из сумки достает плотный конверт, протягивает его хозяйке кабинета и говорит, — пересчитайте, пожалуйста. Что с внесением в Единый Реестр?
Нина Ильинична, не чинясь, быстро пересчитывает содержимое конверта, кивает сама себе, поднимает голову и, достав из верхнего ящика стола какой-то бланк, протягивает его Лене:
— Вот коррективы в последнюю экзаменационную ведомость. Оригинал завтра сдадим через курьера, я же не могла до вашего прихода. Внесут в течение недели, если по закону, по факту — даже быстрее, дня три. Не беспокойтесь. Пусть ваш брат распишется в ведомости, пожалуйста.
Быстро расписываюсь, прощаемся и выходим. В машине, демонстративно потирая руки, обращаюсь к Лене:
— И что этот было, сестра? — после чего мы оба начинаем смеяться.
— Мелкий, там Сергей и Игорь договорились по своим каналам, надо было быстро приехать, расплатиться и внестись в единый реестр. Проще всего — сказаться родственниками. Это снимает все ненужные вопросы. Приехать должен был строго кто-то из врачей. Ну а я — из такой семьи, что и вопроса не возникнет, откуда у нас ресурсы на покупку диплома. В нашей среде все друг друга знают, и меня, как коллегу Сергея, Нина сто процентов опознала по описанию.
— Знал бы Бахтин, чем мы занимаемся… — бормочу.
— Насколько знаю от Сергея, это Бахтин сказал тебя легализовать. Принимая во внимание, что существующие методики аттестации никакой адекватной оценки твоим талантам не дадут… Бахтин тут как раз наоборот — проявил несвойственную ему гибкость… Он вообще имеет репутацию бескомпромиссного. Просто тут же вопрос не финансовый, и не личной выгоды. Ладно, Мелкий, мне самой неприятно! Но что делать, если законодательство не готово к приёму такого талантливого и необычного Тебя! В свои тёплые объятия. А помогать людям реально ты можешь уже сейчас. Вернее, не столько ты, сколько мы — врачи — с твоей помощью.
Комплекс Кабинета министров. Одна из комнат для общих совещаний. За большим овальным столом — группа людей, частично в форме таможенной службы, частично — в форме юстиции. Два места занимают два человека в штатском, на одного из которых все без исключения обращают внимание.
— Так, начинаем, — объявляет один из тех, что в штатском. — Кто не пришёл или опаздывает — ему же хуже. Таможня, кто от области, вам первое слово.
— За текущий период, нами проверенно грузов на … миллиардов. Взыскано в бюджет… миллионов, что составляет 115 % от запланированного финансового потока. Задача по доходам в бюджет выполнена в полном объёме с опережением на 23 % времени. Доклад окончил, — браво рапортует выступающий в форме таможенного департамента.
— Добавить ничего не хотите? — интересуется всё тот же человек в штатском.
— Есть сводка по контрабанде. Всего пресечено…
— Не нужно. Спасибо. Ваша позиция ясна, как раз по этому поводу и собрались. Виктор Алексеевич — от МинЭкономРазвития. — Представляет второго штатского первый. — Он вам сейчас озвучит кое-что, гораздо более интересное. Виктор Алексеевич, пожалуйста.
— Рассматриваем тот же период. Можно доску? — спрашивает второй штатский, поправляя очки. От потолка автоматически опускается доска, второй штатский походит к ней и быстро рисует цифры. — Вот — цифры таможни. По нашим данным. Мы совпадаем? — обращается он к предыдущему докладчику в форме таможни.