Швейная лавка попаданки. Ненужная истинная

– Да, мама, – отвечает покорно дочь. – Их варят в котле и разбирают на органы, – повторяет она главные страшилки моего собственного детства.
Кто-нибудь скажет, что я ломаю психику ребенку ужасами, а я отвечу, что уберегаю ее от того, что пришлось испытать самой. Уж лучше выдуманные страшилки, нежели настоящие.
– Это прямое обвинение королевского следователя? – вмешивается в воспитательный процесс Эрре. Не мужик, а заноза в… одном месте!
– Следователь – от слова преследовать? – я делаю вид, что сильно задумалась. – А можно подать заявление о преследовании следователем? Или у вас к нам официальные вопросы имеются. Тогда я внимательно слушаю, но попрошу провести беседу не в присутствии несовершеннолетних. Возможно темы, что вы возьметесь обсуждать, не будут предназначены для детских ушей.
– Я уже взрослая, мам, вообще-то, – недовольно встревает Лия. Еще только ее умных мыслей мне тут не хватало! Нам бы от господина «банного листа» избавиться.
– М-м-м, – тянет этот гад. – Намекаете на приглашение в следственное управление? Желаете остаться наедине?
«Да небо меня упаси!» – чуть было не брякаю я. Вовремя прикусываю язычок – все же себе дороже так откровенно проявлять неприязнь к представителю органов власти.
– Желаю все делать в рамках закона, – улыбаюсь мило и учтиво. – Ой, наш экипаж! – тяну Лею и быстро запрыгиваю в почтовую карету, притормозившую возле нас.
В этом мире они выполняют функцию сродни нашим маршруткам. Помимо писем и посылок перевозят пассажиров, останавливаясь по требованию или просто, когда извозчик видит перспективных пешеходов. Прогресс, однако.
В центр я ехать не решаюсь. Хоть там и принимают лучшие целители города, плату за свои услуги они взимают соответствующую. Так что мы с недовольной Леей выходим примерно посередине. Не самые бедные окраины, но и не шумный напыщенный центр. По огромному значку в виде желтой звезды, символизирующей солнце и жизнь, нахожу приемную целителя и захожу внутрь.
Очереди ожидаемо нет. Все же простой народ предпочитает обращаться к знахарям, если самолечение не помогает, а богатые не так часто болеют, да и в нашем городке не так уж их и много. Поэтому целители, помимо непосредственного лечения пациентов, делают всякие лечебные артефакты. Тем и живут.
– Добрый день, меня зовут магистр Цин, – улыбается мне длинноволосый старичок, сидящий за стойкой. – Чем могу быть полезен?
– Здравствуйте, хочу показать свою дочь целителю, – киваю я.
Внешность этого магистра не вызывает настороженности или отвращения, так что решаю попробовать счастья тут.
Мы проходим в приемную, где я подробно описываю все странности Лилии и свои опасения. Молчу только о том, что сама я далеко не местная. Даже слишком далеко. Такую информацию стоит держать строго при себе. Знаю я, как поступают у нас на Земле со всяким странным и неизученным – в лучшем случае живьем отправляют в лабораторию и изучают всю жизнь. Про худший лучше умолчу. Вряд ли логика проживающих на Валии* (*Валия – мир, где в данный момент живет Ольга) принципиально отличается.
Сперва целитель осматривает Лею, интересуется, есть ли у дочери жалобы.
– Кроме маминых странностей, меня больше ничего не беспокоит, – деловито выдает моя малышка.
Я тут же напрягаюсь, но добродушный смех магистра Цина позволяет расслабиться.
– Ох уж эти родители, – заговорщицки подмигивает он Лее. – Постоянно разводят проблемы на пустом месте.
На этом дочь успокаивается, проникнувшись к добродушному старичку, и легко болтает с ним, отвечая на вопросы. Я стараюсь не отсвечивать, чтобы не нарушить хрупкую доверительную атмосферу.
Как только внешний осмотр заканчивается, целитель переходит к магическому сканированию.
– Ну как, магистр? – шепчу я, улучив момент, пока дочь устраивается удоббнее на кушетке.
– Пока что не наблюдаю никаких отклонений, – успокаивает меня он. Наверное, я могу показаться полоумной мамашей, но пусть уж лучше буду паникершей, чем упущу что-то действительно важное. – Сейчас проведу ручное сканирование, это поможет выявить возможные отклонения, неполадки в организме.
  
Пока Лилия спокойно лежит, целитель просто водит над ней руками. Очень похоже на шарлатанство, но я уже знаю, что магия работает даже тогда, когда простым зрением ты ее не видишь.
Целитель озадаченно хмыкает, что-то бормочет – мне не разобрать, а дальше долго роется в шкафу и надевает на себя подобие очков, только с мудреной плетеной оправой и толстенными линзами.
– Специальные артефакт, позволяет раскладывать ауру на спектр. Какой цвет окажется преобладающим, к тому типу магии и склонно существо. Ну а в случае отсутствии магии будет просто серое пятно.
– Не нужно! – хочу прокричать я, но выходит только хрип. Горло сдавливает от волнения.
Нам нужно срочно бежать! И зачем я вообще притащилась к этому магистру? Вот сейчас он разглядит в Лее что-то такое, и мою дочь заберут на опыты…
– А вот это уже серьезно, – хмурится магистр Цин.
 
Глава 14
 
Мое сердце в ужасе замирает. И, кажется, разбивается на тысячи осколков, что кромсают меня изнутри. Вердикт целителя услышать страшно, но в то же время необходимо – он должен помочь понять, что же творится с Леей.
– Что там, магистр? – поторапливаю зависшего в раздумьях старичка. Если он прямо сейчас мне не скажет, я тут замертво упаду! – Что-то плохое? Не молчите же, пожалуйста! Скажите, насколько все ужасно? – паника начинает захлестывать.
– Успокойтесь, мамочка, – целитель укоризненно цокает языком. – Вы же пугаете девочку. Продолжите в том же духе, и мне придется бросить в вас успокаивающее заклинание.
– Тогда вы не пугайте меня, и я останусь спокойной безо всяких магических штучек, – парирую. Возможно грубовато, но это от нервов.
– М-да, материнское сердце – особенный орган, – резюмирует Цин. – Организм вашей дочери перестраивается, это я вижу, как ясный день. Возможно, такой процесс связан с возрастными особенностями, а возможно имел место стресс. Ведь ее отец умер совсем недавно, как я понял?
– Да, – признаюсь тихо. – И как долго этот процесс будет длиться? Это вообще нормально?
А главное – в кого моя девочка перестраивается? Но последний вопрос я вслух не задаю. Ибо мне следует быть осторожной. Кто его знает, эти магические миры и их воздействие на обычных людей…
– Не получается определить, к какому типу магии склонна Лея – картинка слишком рябит. Нет какого-то определенного цвета. Возможно, вы сами можете дать ответ. У вас или у вашего мужа в роду имелись маги или представители магических рас?
– Насколько я знаю, нет, – отвечаю осторожно. И открыто смотрю в глаза целителю – пусть знает, что мне нечего скрывать. – Если только очень давно, много-много поколений назад.
– По всей видимости именно эти корни дают о себе знать, – кивает спокойно магистр. Выдыхаю мысленно. Вроде получилось не зародить в нем подозрений. – Рекомендую вам обеим воздерживаться от стресса и потрясений, хорошо питаться и чаще бывать на свежем воздухе. А еще вести дневник наблюдений. Также неплохо будет вам показаться дней через пять. Тогда я смогу проследить за изменениями Леи в динамике и, если потребуется, назначить поддерживающую терапию. А вообще все маги через такое проходят, перестройка – естественный процесс, заложенный в наши организмы самой природой. Так что тут нет повода для паники.
– Спасибо, – горячо благодарю магистра.
Больше всего я счастлива от того, что он ничего не заподозрил. Ну и не увидел никакого смертельного заболевания или проклятья, конечно же. Расплачиваюсь суммой, на которую мы с дочкой могли бы спокойно прожить две недели, и обещаю приехать на повторный прием.
Вру, конечно же. Еще раз подвергать себя и Лею такой опасности я не собираюсь. Главное, целитель сказал, что все в порядке, а с остальным мы и сами справимся.
До дома приходится идти пешком. Экономия теперь наша верная спутница. От усталости Лея начинает канючить, и последние двадцать минут пути для меня сливаются в сплошное мучение. Голова гудит, нервы на пределе, и ноги в тяжелых ботинках чувствуются словно чугунные.