Связано с любовью (СИ)

– Хорошо, вы меня убедили, Флора. Я могу занять несколько минут вашего времени? У меня есть новинка, - прихватив свою сумку, я отправилась за ней в кабинет.
– Конечно, сейчас к нам присоединится Оливия, - было заметно, что Флора с нетерпением ждет новинку, которую я держу в сумке, и пару раз выглянув за дверь кабинета, она нетерпеливо крикнула служанку, которой велела подать кофе и найти мисс Оливию.
Флора сама, не дожидаясь прислуги, убрала с кресел пяльца и газеты, застелила кресла мягкими покрывалами, и усадила меня.
– Мама, ты звала меня? – в кабинет влетела Оливия, но завидев меня, улыбнулась, и пропустив перед собой служанку с кофейным столиком, что очень удобно использовался как поднос на ножках, присела на стул перед нами.
– Оливия, у Рузи для нас новинка, и она сейчас все нам расскажет, - быстро и коротко объявила Флора, нетерпеливо наклонившись вперед, пока я вынимала из сумки сверток.
– О Боже, как это прелестно! – прижав сложенные ладони к груди, нежным голосом произнесла Флора. – Оливия, ты просто обязана выйти замуж и родить младенца!
– Мамочка, это прекрасно, я не спорю, но мы договорились, что не станем торопиться со столь важным шагом! – улыбнувшись, и вырвав у матери шапочку наинежнейшего розоватого оттенка, заявила Оливия.
– Смотрите, здесь есть едва заметные пуговицы, благодаря которым конверт становится одеялом, и его можно использовать как плед в теплое время, - показала я, расстегнув пуговички. Безо всяких условий было понятно, что такая новинка понравится мамочкам, если уж дамы, не имеющие младенцев, тут же захотели их заполучить.
Мы обсуждали все детали и вопросы, которые могли бы возникнуть у покупателя, обсуждали цвета и цены, размеры, можно ли будет отдельно продавать носочки или шапочки. Я велела соглашаться на все, потому что в любой момент шапки могли выстрелить еще лучше, нежели сами конверты.
– Флора, Оливия, мисс Рузи, гости уже усаживаются за стол. Я решил не беспокоить вас, вы так озорно щебетали здесь. Я сам принял гостей, но сейчас без хозяйки никуда, - голос мистера Франка вырвал нас из маркетингового ажиотажа.
– Да, девочки, идемте, и, как мы договорились, Рузи – подруга Оливии, и знакомы они по госпиталю, - быстро зыркнув на мужа, сообщила нам всем Флора.
Боже мой, как тряслись мои коленки, когда я выходила следом за Оливией в гостиную. Горели свечи и на столе, и на сервировочных столиках, где теснились дополнительные блюда. На улице было еще светло, но свечи создавали какую-то очень праздничную, домашнюю атмосферу.
Флора представила меня, а вот гостей представила парами:
– Это мистер и миссис Леокс, это мистер и миссис Норман, это мистер и миссис Хёрст.
Пары были совершенно разными, но при таком быстром знакомстве я боялась забыть кто из них кто, и запомнила просто в порядке посадки. Пока.
– Флора, милая, я и не ожидала того, что ты станешь столь интересна в кругах… - начала полноватая, и судя по всему, самая старшая гостья – миссис Леокс. Она была в простеньком, но качественно пошитом шерстяном платье цвета графита, которое украшал белоснежный воротничок и брошь в виде веточки сирени. Ее голову с прической из высоко поднятых темных волос начала уже «простреливать» седина, но она, словно нарочно одевалась в цвета, что подчеркивают это.
– Селеста, дорогая, ну, я не такая уж и домоседка, - улыбнулась Флора в ответ, она явно не обижалась на заявление подруги.
– Нет, нет, не подумай, что я сомневалась когда-то в твоей деловитости, но то, что ты станешь той самой женщиной, что знает тайну, которую обсуждают даже при дворе, - поставив бокал с вином на стол, ответила миссис Леокс.
Я внимательно слушала о том, в чем была виновницей, и мне нравилось узнавать все больше и больше об этом городе, и не только. Вкусный ужин, вино и теплая атмосфера творили чудеса – через пол часа мы шептались с Оливией, которая рассказывала какие-то интересные факты обо всех этих людях. Мужчины собирались играть в карты, а женщины – сплетничать. Я ожидала, что женская болтовня будет проходить за вышиванием или вязанием, но сильно ошибалась – когда мужчины вышли в кабинет, чтобы курить трубки, слуги принесли кофе и сладости.
 
– И все же, Флора, ты можешь хоть намекнуть – кто делает эти вещи, и почему они связались именно с тобой? – спросила миссис Хёрст – именно она выпила больше всех вина за столом, и сейчас то смеялась слишком громко, то грустила, не вдаваясь в подробности беседы.
– Я просто не имею на это права, дорогая, - отвечала Флора, и разговор продолжался.
– А знаете ли вы, что отец Марк проиграл сумму денег, достаточную для того, чтобы пару лет содержать свой госпиталь, а не надеяться на наших жен, которые делают это вместо него? – с этим вопросом мистера Нормана, который был адресован точно не женщинам, в гостиную вернулись мужчины.
Услышав знакомое имя, я почувствовала, как внутри все похолодело. Флора выпрямилась, а Оливия отложила булочку, от которой отщипывала небольшие кусочки и отправляла в рот вот уже несколько минут.
– Дорогой? – Флора, посмотрев на меня, и моментально вспомнив мою историю, сузила глаза. – Вы имеете в виду отца Марка, что служит при нашей церкви?
– Да, дорогая, но-о, это не должно беспокоить вас - ответил мистер Франк, сводя брови и указывая на мистера Нормана.
– Карл, дорогой, прошу, расскажи всем. Это занятная история, и нам всем будет интересно. Мы столько сил и времени тратим в госпитале, столько людей и денег привлекаем на это благое дело, когда люди, призванные заниматься сим, отлынивают, - выпустила тираду миссис Норман – женщина лет сорока, тонкая и прямая, как спица, но с гривой кудрявых светлых волос и голубыми глазами. Она была похожа на куклу.
– Нет, это не женская тема, - еще более грубо, нежели мистер Франк, ответил ее муж.
– И-и? – миссис Норман перебила мужа, чтобы он как можно скорее перешел к делу. Ее, казалось, вовсе не интересовало его мнение, и сейчас мне была видна борьба полов, которая дома, скорее всего, всегда заканчивается победой женщины, а здесь мужчина пытается дать ей понять, что не все ей дозволено.
– Над головой отца Марка уже собираются тучи, дорогая, и вам не стоит переживать. Есть люди, которым он перешел дорогу сильнее, нежели вам, - закончил он, а я надеялась лишь на одно – появился некий «Робин Гуд» от народа, что решил сплотить вокруг себя народец, и выйти против деяний «божьих людей».
– Уважаемые, нам очень нужно знать как можно больше про отца Марка! – еще раз твердым голосом заявила Флора, зная, что этот человек – не вся церковь, и для меня его имя много значит. Возможно, именно он придет в мой дом, чтобы забрать вместе с матушкой, именно он продаст наш дом, и проиграет все до одного медяка.
– Отец Марк умен и хитер, но он не знает, что, сняв сутану, он не теряет лицо. Его узнал один из мужчин в нашем клубе. Да, клуб закрытый, и рассказывать о своих клиентах, или друг о друге игроки не имеют права, только вот, один из тех самых людей, что объявили ему войну был там, - чуть тише ответил мистер Норман. – Надеюсь, этот разговор не выйдет из стен этого дома? Поскольку, пока святоша считает, что он в безопасности, он наиболее доступен, - закончил мистер Норман, и на первый взгляд очень путанно. Но я поняла, что он имеет в виду.
Вся эта беседа стала мне, действительно, полезной. Теперь я знала чуть больше о своем враге, а главное – о том, что у него есть слабости. Флора посмотрела на меня внимательно, и задала вопрос, за который я была благодарна ей как никогда:
– Скажите, а его возможно как-то поймать на игре? Такого рода развлечения запрещены церковью? – Флора отметила, что две другие барышни совсем не увлечены беседой, и даже порадовалась этому – огласка нашей заинтересованности нам была ни к чему.
– Да, конечно, дорогая, главное – чтобы он не пронюхал о том, что его узнали. Эти люди, что готовы бороться с ним… Для них это прекрасный подарок. Я не исключаю, что не все в нашей церкви такие, и его заменит кто-то более честный. И тогда моя жена не станет пропадать целыми днями в госпиталях, - закончил беседу мистер Франк.