Перстень Иуды

* * *
От Гноца дороги к Желтым Скалам не было потому, что иудеи туда не ходили.
– Гиблое место, – говорил старый Иосиф. И все с ним соглашались.
Однажды пастух погнал стадо на восток к скалам и не вернулся. Ни он, ни его овцы. Как-то пропали две женщины, искавшие заблудившихся коз.
А вот люди в черном туда ходили, и возвращались, и опять ходили, и снова возвращались. И покупали на рынке мясо. Этих, в черных плащах, жители Гноца не любили и даже побаивались, но зато с готовностью предлагали купить нехитрую снедь.
«Раз слуги Иуды ходят к скалам и с ними ничего не происходит, – думал Яир. – То почему со мной должно что-то случиться?»
Он шел, ловко лавируя между острых камней, по сухой песчаной земле, вытоптанной стадами овец и выжженной знойным солнцем. Тут и там попадались кучки помета, и надо было смотреть под ноги, чтобы не наступить в них.
– Яир, Яир, постой! – донеслось сзади. – Подожди меня!
Он знал, кто его зовет, и остановился, но не обернулся назад. Он так и стоял лицом к солнцу, пока к нему не подбежал запыхавшийся Кфир.
– Я не могу так быстро идти, – произнес малыш. – А сколько нам идти до Скал? Ты воды взял, как обещал? Слушай, так почему по ночам стонет моя мать? И еще, я слышал…
– Хватит, – прервал поток вопросов Яир. – На все получишь ответы, но потом. А сейчас смотри, солнце взошло, до полудня надо успеть добраться.
Солнце действительно показалось из-за острых вершин скалистой гряды. Его слепящие лучи размазали силуэты Желтых Скал, еще час-другой – и вся земля покроется таинственным дрожащим маревом, так что станет казаться, будто где-то впереди, совсем близко, раскинулась водная гладь. Но Яир знал, что это обман и, сколько не иди вперед, воды не будет.
– Я пить хочу, – сказал малыш уже через час. – Дай глотнуть воды.
Старший снял с плеча полную баклажку.
– Только немного. Надо думать и об обратном пути.
Палящее солнце заметно поднялось к зениту, мальчики изрядно устали, но впереди уже ясно и четко вырисовывалась гряда желто-серых скал. Они шли, постоянно оглядываясь по сторонам. Только теперь в голову Яира пришла простая и очевидная мысль: их могут встретить слуги Иуды и спросить, зачем они идут в их владения. Что ответить на такой вопрос?
Наконец мальчишки приблизились к цели своего путешествия. Теперь до нагромождения желтых камней рукой подать. Скалы были невысокие, с острыми рваными краями. Они будто лезвия ножей выступали из песчаной почвы. Гряда изрезана расщелинами и узкими ущельями. Найти здесь пещеру так же трудно, как дерево в лесу.
Но вдруг перед одной расселиной они увидели площадку, которая была тщательнейшим образом убрана и утрамбована. Ни одного сухого кустика, ни одной сломанной ветки, ни одного камешка не осталось на ней. Кто-то здесь основательно потрудился, и Яиру стало ясно, кто именно. Значит, здесь и находится вход в нужную пещеру… Как опытный следопыт, он стал на четвереньки, внимательно осмотрел площадку и даже зачем-то понюхал землю. Да, сомнений не было: недавно здесь прошли люди. Много людей.
– Осторожно, они там, внутри! Давай поднимемся наверх, затаимся и осмотримся, – сказал он своему маленькому спутнику.
Вскоре они уже карабкались по острым уступам куда-то вверх, ища удобное место, которое позволило бы им спрятаться от черных людей. Им повезло. Наверху открылась небольшая тенистая площадка, удобно укрытая со всех сторон каменными нагромождениями и зарослями сухого кустарника. Они внимательно осмотрелись, но ни змей, ни скорпионов не обнаружили. Мальчишки, не сговариваясь, повалились на прохладные камни, стараясь перевести дух и рассматривая побитые, исцарапанные ноги.
– Смотри, что это? – вдруг спросил Кфир, показывая на север. Там клубилась пыль и отблескивало железо.
– Солдаты! – процедил старший товарищ. – У наших нет железных доспехов.
– Как ты думаешь, они нас заметят? – спросил «львенок».
Яир покачал головой.
– Они же далеко и идут своей дорогой. Скорей всего, на Ершалаим.
– А если нас заметят эти, черные? Что будет тогда? – не унимался малыш.
 
Длинный повернулся к нему недовольным лицом и, впервые за все время их знакомства, произнес слово, которое, безусловно, роняло его авторитет:
– Не знаю!..
Они замолчали. И тут же отчетливо услышали странный глуховатый голос, который шел непонятно откуда. В звенящей тишине знойного дня явственно были слышны слова на родном языке. Но понять их смысл они не могли.
– … И счастлив я тем, что сейчас нахожусь среди вас, братья мои. И рад я, что слова мои понятны вам, созвучны мыслям вашим, ибо все мы приверженцы и носители великого тайного знания – Гносиса. Скажу ли вам что новое, если отмечу, что здесь мы для того, чтобы сделать еще один шаг навстречу нашему истинному Богу, Отцу Высшей Силы, чтобы укрепить свой дух в борьбе с темными силами Демиурга…
Яир поднялся на ноги и стал озираться по сторонам. Откуда доносятся эти слова? Словно повинуясь какому-то непонятному импульсу, он подошел к плоскому камню, прислоненному к скале, и, напрягшись, отодвинул его в сторону, открыв узкий черный проем, уходящий вниз. Он приник к нему лицом и уже не мог оторваться. Зрелище было настолько завораживающим, что пересиливало страх быть замеченным.
В проеме открылась высокая сводчатая пещера, в которой находилось человек тридцать – в черных плащах с накинутыми капюшонами, некоторые держали зажженные факелы. Они выстроились полукругом и слушали человека, стоящего в центре на черном камне. У него были длинные седые волосы, а на лице черная маска.
– Именно для того, чтобы освободить всех нас, спасти, воссоединить с высшим миром наше духовное начало, и явился на землю Христос…
Это имя Яир уже слышал несколько раз из уст соотечественников, но кем был Христос, не знал.
– …Но освободить дух Иисуса помог Иуда… – продолжал громко и спокойно вещать проповедник.
– …Наши собратья Кананиты почитают Каина первым гностиком, наказанным Богом Яхве. И они не считают его убийцей брата Авеля. Так же и мы, иудиты, не считаем Иуду предателем. Более того, мы знаем, что он, выполняя просьбу Христа, донес на него, пожертвовав своим добрым именем, но освободив тем самым дух нашего спасителя…
– О чем они говорят? – дергал его за рукав Кфир. До него долетали слова, но видеть происходящее он не мог. – Дай заглянуть.
– Отстань! Я потом тебе все объясню…
– Наша община пока невелика, – продолжал седовласый, – но мы обладаем величайшей реликвией, силу и могущество которой каждый из нас испытал на себе. Я говорю о перстне нашего великого святого, Иуды. Ныне наша община пополнится двумя новыми членами, изъявившими желание приобщиться к великому таинству Я прошу неофитов приблизиться к алтарю.
Яир, затаив дыхание, наблюдал за тем, как от группы стоявших отделились двое мужчин и неуверенно шагнули к проповеднику. Они тоже были в черных плащах, но капюшоны откинуты. Сверху ему не было видно выражения лиц, но согбенные фигуры и опущенные головы выражали покорность, неуверенность, страх. Седовласый обернулся к стене за своей спиной, воздел вверх руки и стал что-то бормотать. Что было изображено на стене, мальчик также не видел. Но он заметил, как проповедник запустил руку в расщелину. Затем он обернулся и наклонился к стоящим перед ним новичкам.
– Протяните ко мне свои руки, братья. Вам предстоит приобщиться к нашей тайне и испытать ни с чем не сравнимый восторг от прикосновения к святой реликвии. Ваша дальнейшая жизнь изменится: вы возвыситесь над окружающими и многое, очень многое, о чем вы могли только мечтать, воплотится в реальность. Все мы уже ощутили благодать этого перстня и защиту, которую он нам дает!
С этими словами седовласый надел перстень на палец первого, обращаемого в веру. Ив то же мгновение по мрачной пещере пронеслось дуновение ветра, огни факелов колыхнулись, собравшиеся издали то ли вздох, то ли стон. Оба новичка вздрогнули и пригнулись еще ниже, было ясно, что они объяты священным ужасом. А все остальные члены общины воздели вверх руки, разом загалдели, и в этом разноголосом хоре Яир услышал отдельные слова «великий», «покровитель», «Иуда», «слава, слава…».