Остров неопытных лириков
— Ну вот, опять ехать… — также лениво пробормотал Игорь.
— Не нужно никуда ехать, — живо возразил Витька. — Я этот концепт по мамкиным наброскам помню. Аквапарк здесь на крыше. Гоу туда!
— А плавки? — меланхолично спросил Рустам.
— Мы их по дороге купим.
Миновав на лифте несколько этажей, друзья вышли на крышу здания. Исходящий из сияющей на небе дюжины солнц световой поток, проходя через окрашенные в разные цвета стёкла стеклянного купола, одарил парней дюжиной разноцветных теней.
— Трайбализм — это когда на небе всего одно солнце? — сделал очередную попытку Рустам. — Тут его отменили, поэтому светил здесь дюжина?
— Холодно. Совсем холодно. Стужа! — рассмеялся Игорь. — К тому же это не солнца. Пока мы кушали, я на одном из экранов кусочек репортажа подсмотрел. Это космические электростанции — они находятся на орбите Земли и производят электричество из солнечного света. А еще они дополнительно освещают крупные города, направляя на те отраженный от солнечных панелей свет.
— Значит, трайбализм — это тормоз? — спросил Рустам. — Который на Земле тормозит технический прогресс?
— Теплее, — кивнул Игорь. — Трайбализм действительно тормозит технический прогресс. Но это следствие, а не причина.
— Вот вы академики кислых щей! — возмутился Витька, проталкиваясь обратно к друзьям через поток спешащих в аквапарк людей. — Давайте быстрее, я уже билеты купил.
Раздевалка аквапарка, по большому счёту, ничем не отличалась от раздевалки в их реальности. То есть, конечно, была больше, светлей и умней — шкафчики, например, работали здесь без браслетов, просто запоминая лица посетителей. Но в самом главном была такая же — люди переодевались в купальники и плавки в закрытых кабинках. Было видно, что поступают они так скорее по привычке, чем по осознанной необходимости: прямо на глазах у Витьки девчонка, фыркнув на выстроившуюся у переодевалки небольшую очередь, начала переодеваться у шкафчика, просто повернувшись спиной.
Так же поступили и друзья, уже порядком свыкшиеся с наготой. Все, кроме Рустама, который демонстративно отправился надевать купленные ему Витькой плавательные шорты в переодевалку, заставив остальных ждать.
— Рус, давай быстрее, — подпрыгивая на месте от нетерпения, ныл Витька. — Мне жуть как хочется аквапарк посмотреть. Нутром чую, что он будет просто восхитительно необыкновенным.
И был абсолютно прав.
Пройдя через стеклянные двери, друзья словно бы оказались в каком-то особенном, сказочном измерении. Прямо перед ними расстилалась небесно-голубая лагуна, окружённая уставленной шезлонгами жёлтой полоской пляжа. Стены закрывали буйные тропические джунгли, создавая полную иллюзию, что друзья чудесным образом перенеслись в тропики.
Впрочем, войдя внутрь, друзья не обратили на все эти чудеса и диковины совершенно никакого внимания. Потому что сразу у входа встретили спешащих по своим делам одноклассниц: Иду и Анну, повергших друзей в смятение и трепет. На Иде, как и следовало ожидать, был тот самый сиреневый купальник со стразами и лёгкая, прозрачная накидка. Тогда как Анна была полностью, абсолютно, вызывающе голой.
Увидев друзей, она приветственно замахала им рукой и поспешила к ним, лавируя в потоке идущих мимо людей, не обращающих на нагую девушку абсолютно никакого внимания. Это было настолько неожиданно, что Витька потёр кулаками глаза. Ничего не изменилась.
— Привет, парни, — как ни в чём не бывало поздоровалась Анна. — Рус, ты почему на звонки не отвечаешь?
Оглядев голую Аню вблизи, Витька смущённо отвёл в сторону глаза. Девушка казалась даже более обнажённой, чем была в прошлый раз, — пропал украшавший её промежность кудрявый пучок волос, сделав доступными взгляду все детали Аниной анатомии.
— Ты почему голая? — возмутился Рустам, уперев руки в бока.
— Потому что я нудистка, — спокойно сказала Анна, — и своего тела не стесняюсь.
— Это!.. Это!.. — покрылся красными пятнами от ярости Рустам. — Отвратительно!
И сорвав с головы подаренную Витькой соломенную шляпу, начал прыгать на ней так, что полетели клочки.
— Что это с ним? — удивлённо вытаращилась на него Анна. — Почему он так себя ведёт?
— Успокойся, Рус, — ухватив друга под локоток, сказал Эдик. — Что на тебя нашло?
— Вот что на меня нашло! — бессвязно закричал Рустам, показывая пальцем на синяк. — Меня, значит, из-за этого кулаком били и в бассейне топили, а она тут спокойно нагишом шастает!
— Рустам просто на солнце перегрелся, — выскочил вперед Витька, — и ему кошмар приснился.
— Реально? — недоверчиво спросила Анна. — Сильный, видать, кошмар был. Когда Рус в себя придёт, скажи, что его Малика искала. Мы с ней на водяных горках тренируемся.
— Малика что, с тобой занимается? — упавшим голосом спросил Рустам.
— А вот и она! — воскликнула Анна. — Легка на помине!
И вытянувшись на цыпочках, стала махать рукой, подзывая кого-то невидимого из-за идущих сплошным потоком людей.
— Интересно, а тут Малика одета? — хохотнул Витька. — Или раздета?
Но сразу замолчал, стушевавшись под возмущёнными взглядами двух пар глаз.
— Ты так не шути, Витька, — мрачно сказал Рустам.
— Не, что ты, — замахал руками парень, — я даже глаза, если что, закрою.
И тут же вытянул шею, выискивая в толпе Малику. И сразу, к сожалению, нашёл. Увы, спешащая к ним сестра Рустама оказалась полной противоположностью Анны в плане одежды. На Малике был мусульманский плавательный костюм — буркини. Он полностью закрывал всё тело, оставляя открытыми только лицо и кисти рук.
— Вот те раз, — озадаченно и даже немного обиженно сказал Рустам, оглядев сестру.
Вместе с Идой и Анной девушка словно иллюстрировала этапы развития купального костюма — от прошлого через настоящее в будущее. Ну или, по крайней мере, так решил Витька, с интересом разглядывая девушек.
— Ты что творишь, Рус?— возмущённо начала Малика.— Что ты утром отцу обещал? Что поможешь ему по работе. И где ты?
— Папе? — неуверенно сказал Рустам. — Помочь по работе?
— Рустаму голову напекло, — ядовито сказала Анна. — Он чушь какую-то несёт.
— Это он так от работы отлынивает, — отмахнулась Малика. — Обещал папу сегодня подменить, и заднюю включил. Ничего! Я его быстро в чувство приведу.
Она схватила Рустама под локоть и потащила его в сторону, к стоящей у стены тележке уборщика с висящей на ней бело-голубой жилеткой работника аквапарка.
— Женскую душевую и сауну я вымыла, — тараторила Малика, надевая на Рустама жилетку. — На тебе мужская сауна и солярий. Вымоешь — и свободен.
— При чём здесь мужская душевая, Маля? — удивлённо вытаращив глаза, спросил Рустам. — Ты же говорила, что нужно помочь папе…
— Если ты сейчас скажешь, что забыл о том, что папа работает здесь уборщиком, я начну лечить твою амнезию затрещинами.
— Это всё морок, — побледнев, выдавил Рустам, — наваждение шайтана.
— Отстань от него, Лика, — сказал Эдик, — парню действительно дурно. Разве не видишь, что на нём лица нет?
— Рус, ты что, отравился? — спросила Малика.
— Трайбализм. Трансформатор. Телепортация, — бормотал Рустам. — Мне нужно понять, что изменилось.
— Я тебе объясню, только давай отойдём, — сказал Эдик.
И подхватив, вместе с Игорем, беднягу под локти, они увели его в тень, под пальмы, подальше от Малики. Усадили на шезлонг, вручив открытую бутылку с питьевой водой.
— Хватит догадок, — сказал Рустам, немного придя в себя. — Я сдаюсь. Рассказывайте.
— Трайбализм — это групповая обособленность, — сказал Эдик, — общественный строй, в котором люди поделены на группы, и каждая группа считает себя лучше других, а всех остальных — врагами.
— И всего-то? — удивился Рустам. — Такое крохотное изменение вызвало бурный технический прогресс?
— Потому что это очень важный фактор, — вмешался Игорь, — и я могу это доказать. Вот как ты думаешь, кто победит в футбольном чемпионате — сборная команда нашего двора или сборная команда Москвы?