Дорогой, дай лапу! (СИ)
Совсем все плохо, раз Арни дает к себе без сопротивления прикасаться, будто бы вовсе не он рычал и кидался на меня минут двадцать назад.
Уши и лапы, места, где мало или нет шерсти, слишком горячие. Температура у животных подобного вида стандартно выше человеческой, но не настолько. Даже для волка такое не норма.
Насильно вливаю воду волку в рот - не так я себе представляла субботний вечер. Когда заканчиваю, Арни разлепляет веки и смотрит на меня как на мучительницу. Мол, все, поиздевалась вдоволь? Прости, дружочек, но это лишь начало.
Механическое раздражение корня языка срабатывает у людей, но не у собак и им подобных. Так только навредить можно.
Блин, мысленно называя зверя князем и своим женихом, я порой забываю, что он животное. В самом прямом смысле слова. Рабочий метод «два пальца в глотку» на нем бесполезен.
Что делать? Болит нога, пальцев на травмированной конечности почти не чувствую. Быстро добежать до кухни два лестничных пролета вниз и вернуться я не смогу, мне даже встать не удается, только ползти. И еще страшно оставить Арни одного, пусть даже и ненадолго.
- Леди Ниль! – слышится удивленный окрик в проеме распахнутой настежь двери.
Вовремя!
- Эрик!
Не знаю, каким ветром принесло секретаря. Может, замок уже на ушах стоит из-за ночного происшествия со служанкой или же его сюда отправил капитан Бьорн, неважно, главное, проблема разрешилась на половину – нашелся исполнитель.
На лице помощника застывает ужас, я жмурю с непривычки глаза в ярком свете его магической лампы, силы заряда которой хватает осветить все пространство этой комнаты.
Да…видок у меня, должно быть, тот еще. Полулежу на полу клетки, где держали все это время монстра Розенхольма, к которому близко все опасались приближаться, с тяжелой волчьей головой на коленях, опираясь спиной о прутья решетки. Подол юбки мокрый от воды и крови, на выглядывающую из-под юбки лодыжку страшно смотреть, зубы Арни разодрали кожу до мяса, но думаю, что сухожилие и нервы не задеты, так что порядок, не так все страшно, как кажется с виду.
- Леди, вы ранены! Ваша нога…Столько крови, я сейчас… - Эрик бледнеет.
Да потом, уже не так и болит, ко всему человек привыкает. И к боли в том числе.
- Эрик, соль. Метнись-ка за солью! – я вспоминаю один проверенный способ.
- На рану посыпать?
- …Давай поживее, - говорю строго.
- Да! – не успевая толком понять зачем, бросается исполнять Эрик.
С уходом молодого секретаря мы снова остаемся с Арни вдвоем. После выпитой воды ему полегче, но ненамного. Глаза открыл, выровнялось дыхание, уже победа.
- Ну-ну, - глажу князя по голове, приговаривая ласково. – Будешь знать, как есть все подряд. Заморили они тебя голодом, да? Вот и сожрал без вопросов такую бяку. Ладно, понимаю.
Зла на него за то, что травмировал мне ногу не держу. Что взять со зверя, сама виновата, раз так подставилась. Я изначально с ним не чай пить в клетку заходила, посягнула на волчью территорию, представляла угрозу, это Арни вел себя вполне логично, а вот про меня так не сказать. Захотела воспользоваться ситуацией в свою пользу, причем уверенности даже, в случае победы в этом бою, что после зверь признает меня сильнейшей и станет подвергаться дрессуре, у меня не было и нет.
Тяжелое волчье дыхание сдувает по полу прочь мелкий мусор и белые клочки старой шерсти. Карий глаз, редко моргая, следит за моими руками и лицом. Волчара лежит у меня на коленях одной стороной морды вверх.
Запоздало понимаю, что клинок мой улетел куда-то прочь за пределы видимости. Эрик убежал, забрав с собой лампу, снова в этих жутких покоях стало темно, как и было до его появления. Оружие теперь не найдешь. Но вроде бы, больше никто не нападет, надобность защищаться отпала.
- Все хорошо… Молодец, Арни. Здорово держишься, умница мой… Все пройдет, до свадьбы точно заживет, - единственным звуком в тишине этой темной холодной осенней ночи становиться мягкий успокаивающий голос, покидающий мои уста.
Рука, которой я глажу морду князя, замирает из-за резкой вспышки боли в ноге.
Перед глазами все плывет, теряя на несколько секунд ориентацию в пространстве, словно перед обмороком, который так и не наступает, остается только догадываться, показалось ли мне, что кровожадный зверь ткнулся пару раз своим теплым носом в мою ладонь, прося очередную порцию ласки в ответ.
10
- Принес! Соль! Я…Принес! – в двери княжеских покоев шумно влетает Эрик, метко бросает в мои подставленные наготове ладони небольшой мешочек соли и сгибается пополам, восстанавливая сбившееся дыхание.
Смаргиваю туман перед глазами. Соберись Ниль!
Положить на корень языка Арни щепотку соли оказалось легче, чем я ожидала. Я-то думала, снова он будет вертеть головой, как было, когда я вливала ему в глотку воду, но нет. Даже странно, откуда такое послушание? Видать, ему совсем плохо, раз нет сил на сопротивление.
- Леди Ниль…вы точно в порядке? Вы очень бледны…Что вы делаете?
Свет от лампы секретаря больно режет глаза, когда он направляет его в нашу с волком сторону, и, хмурясь, осматривает меня обеспокоенным взглядом.
Нет у меня сил для вразумительного ответа. Но, похоже, в нем нет нужды.
- Я не нашел лекаря. Не знаю, куда, тварь его задери, он делся! – юноша запускает в волосы пятерню, начинает ходить из стороны в сторону.
Нервничает и не знает, что делать. Молодой еще, к такому его точно жизнь не готовила. Эрику только в налоговом праве равных нет, а вот быстро принимать решения в опасный момент он совершенно не умеет. Ну, хотя бы бегает шустро.
Слушаю вполуха, Арни плюется, соль ему явно не по вкусу пришлась, в отличии от отравы. Будь волчара постарше да поматерее, жрать всякую бяку спешить бы не стал, почуял бы неладное, у таких зверей интуиция – закон выживания. Такой здоровый, а мозгов не больше, чем у щенка. Кутенок!
Наконец, слава проверенному методу, прозрачные кристаллики обычной соли раздражают вкусовые рецепторы, и Арни тошнит.
Угадайте куда?
Да, на меня, правильно. После этой ночи от этого платья нужно избавиться. Сжечь.
Прилипшая и запекшаяся с моей натекшей с раненной лодыжки кровью на подоле шерсть, пыль, грязь неясного происхождения, которая прицепилась ко мне после сидения на полу этого самодельного вольера, и рвота молодого волчары княжеского происхождения в придачу. Я не модница, к вещам больше не привередлива, но даже химчистка не способна спасти это платье.
- Молодец, - выдыхаю я, вытирая со лба капельки пота рукавом, а другой рукой чешу за ушком зверя, которому на глазах стало легче после прочистки желудка.
Карие глаза взирают на меня с непонятной, до этого незамеченной в них эмоцией.
От запаха желчи меня мутит, но каким-то образом сама я умудряюсь сохранить в себе остатки ужина.
- Леди Ниль…вам нужно выйти. Остановить кровь… - Эрик робко подходит ближе к решетке, и ранее спокойно лежащий у моих ног Арни издает гулкий рык. Не нравится ему этот паренек.
Секретарь отшатывается назад.
- Я… не могу встать, - тяжело выдыхаю я, стараясь унять озноб и прошибающую все тело дрожь.
Каждое слово дается с трудом. Последствия раны на ноге оказались хуже, чем представлялись изначально. К раздражающим нос ароматам рвоты, крови и грязи, прибавляется запах пота, который исходит от меня самой, платье хоть выжимай. Мне холодно и хочется спать.
Лекарь, должно быть, занят с той служанкой. Надеюсь, она жива. Дуреха, ну и зачем надо было травиться самой, еще ни к чему не приговорили, кто знает, вдруг ее заставили, травить князя она не по своей воле пришла. Ее показания необходимы. Хотя, капитан должен был позаботиться и об экономке, которая валялась в отключке снаружи. Чтобы не сбежала. Она -соучастница.
- Что, во имя проклятья, вообще тут произошло? – слышится бормотание Эрика.
Интересно, что, он думает, случилось? Считает, я просто с дурости подставилась?