Я — твоя Кошка (СИ)
Справа раздались мягкие и торопливые чьи-то шаги, и секунду спустя перед нами явился, конечно же, Лер. Легок на помине. Мрачный, как туча, и даже угрюмый.
И пока он к нам шел, я послушно надумала умную мысль, подкинутую мне мужем. Если у Гуло в руках вдруг окажется эта «звезда», это же разом решит все их с Ди семейные проблемы! После такого рассказа, мне их обоих вдруг стало мучительно жаль. Марк на меня покосился, и во взгляде любимом я увидела одобрение.
Так и поступим. Гира хвост свой откусит от ярости. Кстати, а где у суккубихи хвост?
Марк поперхнулся от смеха, вызвав громкое фырканье Лера.
— Прохлаждаетесь? — зло он нам прошипел. А я не обиделась даже. Долгие годы страдать по любимой жене — даже у ангелов от подобного может характер испортиться. — И почему на меня твоя Кошка глядит с такой жалостью? Я что, похудел?
— Выглядишь отвратительно, — Марк ему правду сказал. — А судя по тому, что пешком сюда шел — новости у тебя неутешительные.
— Ну да, — он не стал даже отнекиваться. — У нас снова море работы. А это полное безобразие, согласись.
— Гира разговорилась? — глядя куда-то поверх головы Гуло, Кот спросил равнодушно.
— Да яги с ней дохлые, с твоей этой бабой! — Лер отмахнулся брезгливо. — В ее должностных преступлениях мы потом разберемся, попозже. Есть новости поважней: Гетлим снова пытается выйти на связь со своей половиной.
— А если все же он ее как-то найдет? — влезла неугомонная я, выглянув из-за широченного плеча Марка.
— Попытается восстановить все ментальные связи и снова действовать по своей старой схеме: захват зверя Гиры, нападение на Кота, выход в Сумерки. Других вариантов у них просто нет.
— Гуло... скажи, — задумчиво Кот произнес, — как ты думаешь: почему они ни разу не пытались воспользоваться стационарным порталом для выхода? Даже обычные люди вполне туда могут войти. Просто не знают об этом?
— Так это... — Лер растерялся, потом нахмурился и пробормотал: — Портальная сеть перекидывает из реальности в ту же реальность, но на расстоянии. И где там лазейка для иномирян?
— А как же Артек? — Кот вдруг подобрался, и от него полыхнуло настоящим азартом, охотничьим. — Там учебная сеть магического полигона. Она выводит курсантов из реальности в Сумерки. Вспомни сам, как на практике мы вываливались сразу из спального корпуса на побережье Гурзуфа в массовый учебный бой. Неужели забыл?
— Моя практика проходила в куда более интересных местах... — Лер проворчал. — И что теперь ты предлагаешь, загадочный мой заместитель?
Ого. Это Кота так между делом повысили вдруг? Судя по выражению его вытянувшегося лица, Марк тоже весьма удивился.
— Ты же кукловод! — ответил почти обвинительно. — Бери эту крысу, задай ей программу действий, пусть своей половине ответит и посвятит его в тайну Артека. А мы пока займемся делами: выведем оттуда всех курсантов, установим зону магического отчуждения, чтобы он не смог захватить заложников.
— Ты и займешься, мой зам многомудрый, — прозвучало приказом. — А Кошку я забираю. Связи Гетлимов снова нельзя допустить. Мы и так очень рискнем, выпуская эту мерзость в Сумерки через Артек.
— А я вам зачем? — возмущенная я буркнула. — Мы же наделали кучу кристаллов!
— Она будет со мной, — Лер ответил не мне. Мужчины стояли напротив друг друга, и Кот не сводил взгляда с Гуло. Очень красноречивого взгляда. — Под мою личную ответственность и под пологом полной невидимости.
Марк молчать продолжал.
— Хорошо! — Лер поморщился, как от боли. — Я клянусь, — в это мгновение на указательном пальце его правой руки вырос большой темный коготь, которым бессмертный полоснул себя по ребру левой ладони. Тут же выступила алая кровь, тонкой змейкой скользнув по запястью и вниз. — Клянусь беречь кошку Илону пуще себя самого. Клянусь вернуть ее в руки Марка Кота, сына Кирьяна, в полной целостности и сохранности, живой и невредимой.
— А если ты клятву нарушишь? — спросила опять совершенно невыносимая я.
Мужчины взглянули на меня очень похожими взглядами, полными снисходительного сочувствия.
— Я мучительно сдохну, а потомки мои будут прокляты до восьмого колена, — терпеливо мне Лер разъяснил. А Марк лишь добавил:
— Ему проще развоплотиться, — и совсем уж подбадривающее: — Теперь я почти что спокен.
Они так шутили?
45. Зона подхвостья
«Предчувствие — это отзвук реального опыта в обработке недр разума». М. К. Кот «Дневники и записки
Все снова вокруг загудело целым роем встревоженных пчел и со скоростью реактивного самолета, взлетающего с полосы, быстро вперед понеслось.
Калейдоскоп закрутился. Осколки событий сложились в причудливые картинки.
Тем затейливым персонажам, что то и дело мелькали перед моими глазами, Лер авторитетно раздавал четкие приказы. Тихо, весомо, уверенно. Все с почтительным благоговением выслушивали его, учтиво кланялись и растворялись.
Передо мной открывался основной принцип действия современной иной Инквизиции, ее тайный двигатель, очень сложный и даже причудливый.
Опять закрутились незримо колесики и шестеренки, все двигалось точно и четко. Все работали быстро, сплоченно и сосредоточенно.
Гигантский, безупречный механизм, филигранно веками отлаженный и отрегулированный. Я снова его наблюдала и восхищалась невольно.
Уже спустя быстрый час мой муж выпал из Сумерек прямо к столу в кабинета Лера. Доложил о полнейшей готовности всей системы Артека к приему «гостей».
Сиятельные умудрились вместе с отдыхающими там обычными человеческими детьми эвакуировать всех курсантов, придумав и организовав им «учения по обороне гражданского населения». И это в разгар южной ночи.
Я слушала Марка, молча жуя свою отбивную, художественно выложенную поверх горки вкусного картофельного пюре где-то рядом с зеленым горошком.
Да. Гуло долго шипел, узнав, что я толком и не поужинала. О том, почему-же мне спать не дают, уже как-то не спрашивали. Потом заказал нам обоим еду и насильно заставил съесть густой суп с фрикадельками и салат. А теперь я мучительно впихивала в себя вкусное мясо, гордясь своим мужем и видя явное облегчение в его взгляде.
Странные мужики азеркины-иные. Готовы зубами рвать глотки, не дрогнувшей рукой голову могут отрезать, но их голодная женщина — это трагедия. И что-то мне смутно подсказывает, что с детьми дела обстоят еще хуже.
Марк на мысли мои ничего не сказал, только едва улыбнулся.
Они обсуждали последние детали предстоящего, как выразился сам Гуло: «Преступления против логики и трезвого разума».
Ну и пусть.
Это даже отлично, что так. Гётлим — мастер многоходовок и сложных сплетений. Он не верит вообще никому. И еще одна вещь вдруг пришла в мою буйную голову.
— Как вы думаете... — я мясо свое наконец дожевала и влезла, конечно, в мужской разговор, — а личность того, чей образ принимает мимикрим, в его разуме свой след оставляет?
— Сомневаюсь! — Лер сунул нос в мою тарелку и поджал губы неодобрительно. — Иначе психика просто не выдержит. Судя по нашим безрадостным предположениями, он — «торговец человеческими душами». И глаза мне так старательно не округляй. Этот бизнес известен давно. Надежный способ путешествия между мирами без порталов и проводников.
— Попаданцы? — я уже слышала эту теорию, но значения ей тогда не предала. Уж больно дико все выглядело.
— А я думаю, что влияет и сильно, — подал голос задумчивый Кот. Он присел на угол начальственного стола и задумчиво грыз карандаш. — Во-первых, они почему-то стараются надолго в одном облике не задерживаться. Исключения только два: мой отец и, как выясняется, Гира. А во-вторых...
— Ты сейчас просто так их вспомнил или четко увидел черты? — торопливая я тут же мужу вручила свою многострадальную тарелку с остатками горошка и картошки и свою вилку.
Пусть лучше это грызет. Кот благодарно взглянул на меня и одним махом все смел.
— Это плохо... — Лер смотрел на нас с умилением. — И может значить, ребятки, что так порадовавшие вас только что четко увиденные личностные черты могут быть лишь кирпичиком в огромнейшей куче мусора. А сам Гетлим — сумасшедшим маньяком. Непредсказуемым и взрывоопасным.