Я — твоя Кошка (СИ)
— Ты договор подписала вообще-то, — он прямо-таки зашипел.
А вот Фил вдруг заржал, весело и раскатисто.
— Я вам сейчас вряд ли понадоблюсь, — невольно ему улыбнувшись (уж больно он хохотал заразительно), я примирительно пояснила. — А мужу я точно нужна.
— Что, Лер? Кошки снова тебе не по зубам? — закончив смеяться, Рафаил вытер слезы и хлопнул Гуло по широченному плечу. — Ты же умел раньше с ними всегда договариваться, что же случилось?
— У меня в окружении их перебор, — Лер проворчал, но уже вполне миролюбиво. — Вот, держи.
Порывшись в кармане, он оттуда достал небольшой темный камешек, мне его протянув.
— Это портал. Использовать, только когда мы уйдем. Сожми в правой ладони и представь себя рядом с тем, с кем желаешь оказаться рядом. Тьфу ты. Уже заговариваюсь.
— Зачем этот ей? — вмешалась вдруг Гира, нарушив молчание. — У них же кольца от Канина, вы ослепли, сиятельные?
Заклинание повиновения и молчания не сработало? Лер тоже об этом подумал и с такой яростью вытаращился на меня, что впору было провалиться сквозь грязный паркет.
Я быстро выхватила портальный камень из руки Лера и собралась уже было сваливать, как он быстро поймал меня за руку.
— Ягова кошка, ну что ты творишь! — меня злобно встряхнули, аж зубками клацнула бедная. — С открытым порталом он правильно не сработает! Поверни кольцо и вали к драным кошкам!
— Постарайтесь закончить как можно быстрее, и мы ждем вас обоих, — вмешался все еще улыбающийся Рафаил. — Мне что-то подсказывает, что развязка в истории с мимикримами — близко. Будь осторожна, красавица.
Следующие мгновения я послушно стояла и смотрела им вслед. Красивая штука — портал. Сейчас я впервые могла совершенно спокойно рассматривать его волшебство. Искристый проем, мглистая дымка, скрывающая уходящих...
— А что такое эта сидус имморталис? — я без всякой надежды спросила в спину уже выходящему Филу.
— Звезда бессмертия. Дает настоящую, полноценную и бессмертную жизнь одному человеку. Только, увы, одному. Сразу потом она гаснет.
Не оборачиваясь Фил мне ответил и тут же исчез, оставив осознавать все услышанное.
Да... Настоящий подарок от демона выглядит именно так. Непреодолимое искушение.
44. Работа кукловода
«Человек любящий — уязвим. Ему всегда есть, что терять». М. К. Кот «Дневники и записки»
Собранный, очень серьезный и невероятно уставший. Он рад был меня видеть, хотя удивился ужасно. Не каждый день падают жены на голову. Кот меня ловко поймал, прижал к груди как-то судорожно и не отпускал почему-то. У самого входа в палату, в широком госпитальном коридоре мы так с ним и замерли.
— Знаешь, что для меня теперь самое страшное? — снова уткнув крупный нос в мои волосы, он наконец-то прервал затянувшееся молчание.
Слова были нам не нужны, но я головой покачала.
— Ты не права, никакая не смерть, — я еще не успела подумать, как он все услышал. — Все иные так или иначе готовы к смерти. Служа в Инквизиции, к ее близости неизбежно привыкаешь. Смерть становится чем-то обыденным, каждодневным. К тому же, я не бессмертный и скорее предпочту гибель в молодости, чем дряхление, старость и медленное путешествие к кладбищу.
Услышав эти слова, я мысленно дрогнула. А ведь у меня был рецепт от его геронтофобии... Эту мысль Кот не заметил. Или в нее не поверил?
— Больше всего на свете я боюсь тебя потерять. Это отсутствие жизни намного страшнее, чем смерть. От одной только мысли об этом мне хочется выть! — тут Марк поцеловал меня в лоб и протяжно вздохнул, произнеся для меня самое важное: — Любовь — крайне жестокая штука. Я недавно вдруг понял, что больше себе не принадлежу. Но самое поразительное: и не желаю другого.
— В обмен на свое спасение Гира подарила мне артефакт, — собралась с духом и вслух это проговорила. Так нам обоим было легче услышать. — Фил сказал мне, что это какая-то там Звезда бессмертия.
Марк ощутимо напрягся. Спустил меня медленно с рук и, пряча глаза, произнес:
— Ягова демоница. Умеет она...
— Мне кажется, — я его перебила, порывисто прижимаясь к горячему мужу, обнимая его, ощущая, как стремительно он отдаляется, — тебе это нужно. Дарить ведь ее разрешается. И никакой старости, Марк.
— Великолепно! — он все-таки холодно отстранился, опять от меня ускользая. — Ты снова меня не услышала, золотая моя. Оставаться бессмертным, видя, как ты стареешь, дряхлея, слабея? Хоронить сначала тебя, а потом наших детей, с вами рядом оставаясь сильным, прекрасным и молодым? Илона, ты как себе все это представляешь?
Об этом я еще не успела подумать.
Но когда мое воображение нарисовало всю эту картину — стало паршиво. А ведь наши бессмертные много раз хоронили своих смертных друзей, близких, возлюбленных, а возможно, и даже потомков.
А еще «умная и прозорливая» я вдруг сообразила: ведь наверняка «Звезда бессмертия» у демоницы хранилась давно. И чтобы она ее не предложила Кирьяну Коту? Выходит, и старший из рода Котов отказался от этого «чуда»
Как с ними все сложно...
Марк вздохнул, отступая на шаг, а я наконец-то вокруг огляделась. Знакомый какой интерьер. Снова отделение интенсивной терапии, и все та же палата. Стеклянные двери и стена, за которой все та же кровать и борьба тусклой жизни со смертью. Лежащая на кровати Мария живой совершенно не выглядела.
— Почему ей так плохо? — спросила Кота, крепко цепляясь за его горячую руку.
— Магическое и физическое истощение, — нехотя он мне ответил. И секунду спустя пояснил: — У магии подчинения есть зловещая сторона: из своей жертвы она выкачивает все ресурсы, словно насос. Именно по этой причине Лер — единственный, кому вообще разрешено быть кукловодом. Остальные... не выжили. Гуло же безупречно себя контролирует и всегда соблюдает рамки возможностей «марионеток». Древний... Представляешь, он уже две тысячи лет инквизитор. Безупречная репутация. Хотя поговаривают, что дар кукловода открылся в нем очень недавно.
Я невольно поежилась, отводя взгляд от Марии. Вспомнила собственное знакомство с «магией подчинения» кукловода и содрогнулась. Чувствуется у Лера насквозь инквизиторская натура. Хотя... никаких неприятных физических ощущений после того эпизода я и не запомнила.
— Знаешь, отчего у Лера с Ди только одна дочь? — вдруг спросил меня муж.
— Даже и не задумывалась, — честно ответила ему. — Я ведь тоже одна у родителей.
— Они мультиоборотни, которые вместе уже не одну сотню лет. Мы вообще народ плодовитый. К тому же, эти великие любят друг друга. Среди древних подобное — редкость.
Ну конечно! Что-то я не заметила. Вспомнила Макса с роскошной Алисой, Клавдия с Ге. Больше, правда, я никого и не знала, но этих пар было вполне предостаточно.
— Они потому и собрались в команду, что, кроме совместной работы, их многое объединяет, поверь. Но мы отвлеклись, — Кот притянул меня снова к себе, крепко обнял со спины и, не отрывая взгляда от кровати с Марией, снова уткнулся мне в волосы.
Бедный мой оборотень! Голодный, несчастный, едва окончательно не осиротевший.
— Я мужчина, моя золота. Инквизитор, разведчик и только потом уже Кот. Гораздо больше сейчас меня волнует твой ужин. Или уже даже завтрак.
— Так что там с потомками Лера? — попыталась к нему обернуться, но меня только крепче прижали.
— Говорят, будто Венанди было предсказано, что у нее может родиться смертный ребенок, — Марк вдруг напрягся, к чему-то прислушавшись. Мне бы такой чуткий слух. — Это ее личная фобия, а Лер потерял руку в какой-то грустной истории, с этим связанной.
Как интересно... Но позвольте! Мне помнится, о том рассказывала Маруся или, может быть, даже совсем не она, что раса оборотней не может никак предохраняться? Кроме как, кхм... древним, и в их случае тоже не самым надежным способом прерывания радостного процесса в самый интересный момент.
— Зришь в корень, — Марк внезапно меня отпустил и стремительно развернулся направо, задвинув растерявшуюся жену за плечо. — Ничего больше не спрашивай. Сама все додумай.