Я — твоя Кошка (СИ)
— Мы снова уперлись, как в стену! — рычал злобно Фил, вид имевший такой изможденный, что мне стало стыдно. — Он ее грохнет!
— Не похоже, что это намерено, — глядя на лежавшую в боксе интенсивной терапии привязанную к кровати Августу заметил мудрый мой Кот. — Думаю, он и сам точно такой же, — Марк развернулся к скрипящим зубами в бессильной злобе бессмертным и тихо спросил: — А зачем нам, простите, допрос? Если они погибнут оба от применения разделяющего артефакта. Нет мимикримов — нет проблем, разве это не так?
Лер, злобно терший свою переносицу, нехотя процедил:
— Эти дво... эта сволочь — ключевая фигура в целой сети контрабанды живыми людьми. С какой целью и какими способами они это проделывают, мы не знаем. Масштабы нам неизвестны.
— Люди? Тогда это дело Дозоров, не так ли? Или сиятельные снова недоговаривают? — Марк снова злился. Но почему?
— Из пропадающих ежегодно двух миллионов разумных жителей этого мира, примерно полтысячи азеркинов. Прямое участие Инквизиции, — увидя мой распахнувшийся взгляд, Фил торопливо добавил: — В расследовании, я имею в виду. Интересное мы на тебя впечатление произвели...
— Объективное, — фыркнула эта самая Кошка, то есть я. — Вам нельзя доверять.
Великие и бессмертные многозначительно переглянулись.
— Но это детали, — я им милостиво улыбнулась.
— К чему это? — Лер раздраженно пробормотал.
— Я так думаю, к сделке, — ухмыльнулся в ответ ему Кот.
А ведь мыслей моих он сейчас не читал...
— У меня есть идея, — кивнула я, не сводя глаз с лежащей Августы. — Если ее получится реализовать, то взамен я потребую выполнения ряда условий.
— Хорошо еще без предоплаты, — раздраженное Лерово прозвучало. — И в чем же идея?
— Сначала пообещайте, — умею я твердо стоять на своем. Научилась уже.
— Ты же нам не доверяешь? — он мне тоже не верил.
— А засвидетельствует обещание сам Рафаил. Или его слово тоже теперь ничего не стоит?
Кажется, у бессмертных отвисли челюсти. По крайней мере, таких вытянувшихся от удивления лиц я у них еще не видала.
— Ну... хорошо! — поборов изумление, Лер развернулся ко мне, пристально снова разглядывая. — Тогда озвучь мне список условий.
— То есть идея вам не важна? — я не сдержалась.
— Я не очень-то верю в твои заключения, душечка, — он зло прищурился. — Пока от тебя лишь одни неприятности.
— Если даже не вспоминать о том, кто поймал Августу, — подал голос Кот, — и множества верных подсказок, за которые вы так цеплялись, то хотел бы напомнить: мысль о двуличности мимикримов тоже пришла в голову не крупнейшим и образованным аналитикам и специалистам, а Кошке.
Лер скорчился, как от съеденного разом лимона, но возражать Марку не стал.
— Давайте сначала идею, — примирительным тоном вмешался молчавший до сих пор Рафаил. — Время идет, а мы все еще топчемся в вязком болоте гипотез. Если вдруг список кошкиных требований окажется для Инквизиции неподъемным, то даю свое слово: я в доле и чем могу, помогу. — Тут он мне подмигнул хулигански и вздохнул, став гораздо серьезнее: — Главное, чтобы хоть что-то сработало.
Илона приободрилась.
— Артефакт, который вам сделали, в чем его суть?
Я собралась с мыслями и открылась Коту. Теперь он меня не остановит. Кошка напала на след, у моей внутренней хищной зверушки зажглись глаза диким азартом. Когти выпущены, хвост трубой. Я побежала вперед, за своим интересом.
— Два артефакта, — нехотя Лер ответил, все еще не успокаиваясь. — Один сделали по рецепту нами же запрещенных. Он из серии отсекающих ипостась морфа от человека. Сами видите... Не сработало.
Тут я содрогнулась, представив себе почему-то снова Марка в реанимации госпиталя. Он меня молча приобнял.
— Второй много сложнее... — Гуло словно раздумывал, посвящать ли дурную деваху в тайны его Инквизиции. Взглянул в сторону Фила, скользнул взглядом по нахмуренной мине Кота, и все-таки выдавил: — Концентратор магического воздействия. Мы нанесли на него несколько древних рун, позволяющих создать полную магическую иллюзию азеркина. Самого высшего уровня. Пытались переключить их связь на такую вот «куклу». Так себе в общем идея, но лучших не подвезли. Не сработало.
Ага. Я услышала то, что хотела. Краем уха в стенах этой же Инквизиции я уже как-то ловила слова о концентрирующих магию артефактах.
— Вы же представляете себе, что такое обычное зеркало с точки зрения физики? — ну так, чтобы быть уверенной чисто спросила.
Получила красноречивые взгляды и тут же продолжила:
— Если у меня получилось поймать ее, значит, Август не смог тогда в это вмешаться. Я знать не знаю, как у вас там устроена магия, но мне кажется, любые не физические связи можно так разорвать, отразив, — бессмертные мрачно безмолвствовали и я торопливо продолжила, пока меня не сожгли. — Я предлагаю сделать такой концентратор моей этой... пусть будет магии. И готова его испытать на себе.
Кот не дернулся только лишь по той причине, что успел прочитать мои мысли. Наша ментальная связь получилась бракованной, ей я и собиралась пожертвовать для науки. Ну а что? Не получится — ничего не изменится. А сотрем ее в порошок — сразу новую заведем. Лучше и краше. Надеюсь, меня токсикоз не замучает.
39. Попала
«Заключать договоры нужно на трезвую голову, сытый желудок и со своим адвокатом» М. К. Кот «Дневники и записки»
Инквизиция была организацией древней и по меркам нашего мира невероятно могущественной. И это не пафос определений, это довольно гнетущая данность, которая разворачивалась перед моими глазами.
Уже целый час, последовавший за заключением нашей с Лером практически-сделки, я наблюдала работу огромного механизма.
Хватило одной лишь короткой команды великого зеленоглазого, холодно прозвучавшей под сводами каменного коридора, и все тут же пришло в бурлящий движением хаос.
Как мне сперва показалось.
И только внимательно наблюдая за происходящим я отчетливо поняла: стремительно закрутились детали безупречно отлаженной и гигантской системы.
У каждого служащего Инквизиции от гномов, вяло размахивающих пыль с подоконников в коридорах, до бессмертных и невообразимо великих была своя четкая функция. Каждый винтик, каждая шестеренка крутилась, приводя все в движение, и выглядело происходившее... страшно. Я как будто стояла в эпицентре вихрем разворачивающегося урагана. Не просто какой-то там дикой стихии, а махины, управляемой рукотворно и силами мысли.
Жуткое ощущение.
Нас с мужем вежливо проводили в какой-то очередной, еще не знакомый мне кабинет, где меня настойчиво усадили в глубокое мягкое кресло. Прибежали два перепуганных юноши, судя по белым халатам, местные лекари неизвестного уровня. Показали Коту татуировки на бледных запястьях, после чего он позволил взять у меня одну капельку крови и волос. Спустя несколько долгих минут порядком нервничающие под его пристальным взглядом юнцы поколдовали над моим бренным телом какими-то белыми артефактами и быстро слиняли.
— Для персонального артефакта нужны твои биометрические данные, — тихо ответил он мне на непроизнесенный вопрос.
Потом достал с книжной полки, стоявшей в углу, какую-то толстую книгу, бросил мне ее на колени, откуда-то ловко добыл большущий стакан томатного сока, вызвав у несчастной меня тихий восторженный писк, сунул в руки, поцеловал нежно в волосы, отступая на шаг.
— Я им нужен, — вздохнул. Уходить ему не хотелось и я ощутила тревогу. — Постарайся не вляпываться в неприятности. Если все-таки не устоишь, не забывай о кольце. Просто меня позови.
Ага. И тебя, дорогой, и Моню, и Кирюшу. Вообще всех позову, вы еще пожалеете, что связались со мной..
Я ему улыбнулась и нетерпеливо махнула рукой: иди, мол, ты действительно там больше нужен. Кот мне подбадривающе улыбнулся и испарился. Порталом засранец ушел, хотя ему и запрещали.
Осталась я, кресло и стакан свежего томатного сока. М-м-м-м! Жизнь определенно налаживалась.