Пробуждение. Пятый пояс (СИ)

Я опустил руку, медленно выдохнул, затем вдохнул, наслаждаясь тем, что могу сделать это полной грудью, не борясь за каждый вдох. Медленно выпрямился, вставая с колена, а затем вежливо сказал:
— Ну что вы, старший, как я могу по такому ничтожному поводу истратить драгоценную возможность вызова Стража?
— Рад, что ты здраво мыслишь.
— Кулак слеп, а меч не имеет глаз, старший. Я отлично знаю эту истину.
— Эти следы огня на тебе…
Я, не желая слышать его жалких оправданий, новых угроз, а тем более попыток извиниться, перебил его:
— Мелочь. Мелочь, старший. Я ведь лекарь, вы разве не слышали?
Мне не нужны его пустые слова, сейчас я хочу лишь мести.
— Слышал, — к этой короткой мысли Вартола прилагался и тяжёлый взгляд, который меня совсем не впечатлил.
Я напомнил ему:
— К тому же это лишь наказание за мою наглость, вы сами так сказали, старший.
— А ты более понимающий, чем мне показалось первоначально, — помедлив, сообщил Вартол.
— Спасибо за лесть, старший, но я, наверное, испорчу впечатление о себе. Вы не забыли, с чего началась вот эта ваша шутка? — я снова потряс остатками рукава, одновременно бросая быстрый взгляд на висящих вверху и позади Вартола людей. Всё ещё не вижу их печатей, но это неважно. Печатей не может не быть. Хоть на ком-то. Вернул взгляд на Вартола и нагло сказал. — Напомню, — с явно различимой паузой добавил. — Старший. С того, что мы оба засомневались в силе друг друга. Вы показали свою, и мы узнали, что вам, главе фракции четырёх звёзд хватило сил склонить меня перед лицом вашей силы. Теперь мой черёд показать свои возможности.
— Что⁈ — изумился он. Да и не только он.
— Разумеется, в голом противостоянии силы я не сумею победить, старший. Но я ведь не зря вспомнил поговорку про меч и кулак.
С этими словами я впился взглядом в Вартола, представляя, как вбиваю Флаг Сотни Убийств в камень двора, ухожу Рывком влево, выпуская из тела змеев воды, сжимая пальцы на Пронзателе и наполняя Единение и обновлённый Звёздный Клинок. Сшибка. Я ухожу в сторону, оставляя Вартола Призраку, а сам вцепляюсь в защитные амулеты старейшины, который имел неосторожность носить на себе контракты. Зеленорукий и Пересмешник прикрывают мне спину, кто насколько может. Этого хватит.
Десять вдохов — и на Вартола наседают уже Призрак и старейшина. Двадцать вдохов — и сверху обрушивают свои техники двадцать Предводителей.
Кто-то из тех самых Предводителей шевельнулся и сейчас, оглядываясь.
Через миг шевельнулся и Вартол: дёрнул шеей, вывернув голову, следом дёрнул уголком рта, потемнел лицом, сравнявшись им с серостью своего халата, процедил:
— До-воль-но.
Я моргнул, обрывая свои кровожадные фантазии, а затем широко и довольно улыбнулся. Да, Вартол, ты не стал бы первым Властелином Духа, которого я убил.
Всё пошло совсем не по плану, но ярость, пусть и холодная, клокотала у меня в груди, в горле, рвалась наружу, как не уговаривал я себя будущей местью.
И я сдался. Совсем не переживая о том, кто может услышать эту мою мыслеречь, толкнул к Вартолу:
— Старший, есть старая, избитая, но от этого не теряющая своей мудрости поговорка про лягушку, что живёт в колодце и не видит, как велик настоящий мир. Я могу быть младшим, старший, но я младший из таких мест, о которых вы, старший, только слышали. Я думал, что вы, — с трудом, но заставил себя смягчить слова, — достаточно мудры, старший Вартол, и сумеете это понять сами, но вы почему-то решили использовать стихию. Зачем, старший? Теперь я прямо говорю вам — я из тех мест, о которых вы боялись даже думать. Старший.
На всё ещё сером лице Вартола яростной зеленью горели глаза:
— Кто ты вообще такой? Лекарь, говоришь? — он покачал головой. — Интересно, из какой же ты семьи, лекарь. Здесь прячутся твои телохранители? Как ты провернул этот трюк? С их помощью? Сколько их?
Но я уже выплеснул ярость, пусть и в словах, и мог рассуждать здраво, и мог молчать. Поэтому отказался от мыслеречи и снова негромко сказал:
 
— Старший, неважно из какой я семьи и что есть у меня за спиной. Здесь и сейчас я достойный младший, который хочет стать вам хорошим соседом. Слышал, вашему сыну так и не сумели помочь после схваток на Диких Землях. Как только я встану на ноги, разгребу проблемы основания фракции, скажем, через год, то сразу же предложу вам попробовать с ним моё лечение.
— Сначала угроза, затем попытка купить меня?
— Старший, ну что вы, в самом деле? Я никому не угрожал, а про силу речь завели вы. К тому же, если я лекарь, то я в любом случае буду продавать свои услуги, глупо не использовать свой талант, верно?
— Слишком хорошее предложение, чтобы быть правдой. Ты сумел провернуть свой трюк, но вылечить раны после Диких Земель? Смешно. Или и с ними воспользуешься помощью семьи, о которой просишь не вспоминать?
— Старший, — я повёл рукой, указывая, о ком нужно вспомнить. — Я уже лечу такие раны. Сам. И успешно лечу.
Вартол впился взглядом в Зеленорукого, словно только сейчас вспомнил, кто он и где был ранен.
— Это правда.
— Кто это?
— Глава, это Цалиш из фракции Глоут. И да, он был ранен и отравлен стихией Монстра в Диких Землях.
А может, и вообще не считал нужным интересоваться, кто там пришёл в его город. Не его, главы дело подобным заниматься.
Сдержав усмешку, я предложил:
— Мы можем сделать по-другому, старший. Контракт. Здесь и сейчас я дам клятву, что я начну лечение вашего сына, скажем, через год и… м-м-м…
Изначально по плану Озмана я должен был выиграть Сломанному Клинку несколько месяцев, но после того как я заставил Вартола испугаться, мне даже года мало, тем более на новый план. Поэтому я и накинул на лечение, щедро накинул:
— Давайте оговорим год на лечение, старший, именно столько я отвёл на лечение Цалиша и, пусть и медленно, но уверенно веду его к полному выздоровлению.
— Ха! Медленно. Глава, да этот самый Цалиш использовал правую руку у портала. Вернее, использовал технику с неё.
А это, похоже, был Удол.
Эдак он всё испортит. Но Вартол не только любит решать всё силой, но и любит деньги, которых который год не хватает его фракции и ему лично.
— А если у меня не выйдет, то в качестве извинения выплачу вам триста тысяч духовных камней высшего качества, старший.
— Глава, этот сопляк забыл главное: как бы ни был хорош его контракт, кто бы его ни сделал, хоть Повелитель Стихии, у нас есть мастер Указов и он разрушит печать этого контракта. Соглашайтесь, глава, мы…
— Что мы, придурок? Что я получу, разрушив контракт? — рыкнул Вартол. — И ты смеешь давать мне советы, глупец? — через вдох до меня донеслась мыслеречь, которая явно предназначалась мне, а не была подслушана. — Рискуешь, младший, — покачал головой Вартол.
И я понял — он попался. Глупец, который лишь именует себя старшим и главой целой фракции четырёх звёзд.
— Полгода ожидания и полгода на лечение.
— Мало, старший. Мои силы ограничены и этот год я не только все силы и время буду отдавать Сломанному Клинку, но и трём своим пациентам. Год и полгода.
— Восемь месяцев и четыре. У тебя ведь есть семья.
— Я только основал семью, старший. Год и полгода, старший, — упрямо повторяю я, а затем снова нажимаю на жадность. — Или четыреста тысяч возмещения.
Пять вдохов молчания — и Вартол кивает:
— Договорились.
Теперь я позволяю себе широко и довольно улыбнуться. Про себя. Полтора года никаких убийц. А потом… А потом, кто сказал, что к тому времени Вартол будет главой Морлан? И нет, я даже не буду сейчас вписывать никаких символов в печать Вартола. Ни Верности, ни отложенной смерти, ни-че-го. Вартол лишится всего сам. Я очень постараюсь это устроить, тем более что есть у меня на примете тот, кто станет новым главой.