Убить волка (СИ)

Тот, кто всё это время был глухим, теперь мог прекрасно расслышать это имя.
— Господин Хуан, - прошептал Гу Юнь. - Тиду [9] воды и суши в Цзяннань... Господин удивил меня.
Он продолжал говорить, медленно снимая с глаз тканевую ленту. Его глаза сияли, подобно ледяным искрам падающих звезд, и в них не было ни намека на слепоту.
С встревоженным выражением лица Чан Гэн потянулся, чтобы придержать Гу Юня за предплечье, но маршал отмахнулся и с усмешкой на лице обратился к вошедшему господину:
— Ай-я, господин Хуан, в тот год, когда я верой и правдой служил под командованием генерала Ду, вы, вроде как, были полковником, не так ли? Столько лет прошло, вы еще помните меня?
 Примечания: 
领了 - Я благодарю его - вежливая форма отказа в деловой форме общения;
2. 亩 - mǔ; mǒu - сущ. му (мера земельной площади, равная 60 квадратным чжан 丈, что соответствует приблизительно 0,07 га (667 кв. метров, 7 соток));
3. 蓬莱 - pénglái - миф. Пэнлай (сказочный остров бессмертных якобы в заливе Бохай);
4. 敛衽 - liǎnrèn - стар. приветствовать сложением рукавов (о женщинах), женское приветствие (поклон) со сложенными и спрятанными в рукава кистями рук;
5. 倭寇 - wōkòu - вако, вокоу (японские пираты, ронины и контрабандисты, которые разоряли берега Китая и Кореи с XIII по XVI века);
6. 拱手 - gǒngshǒu - складывать руки (в знак приветствия, просьбы, почтения) (левая кисть охватывает правый кулак перед грудью) ; приветствовать (кланяться со) сложенными у груди руками; кланяться; с поклоном;
7. 蛮子 - mánzi - стар., ирон. южный варвар (северяне о южанах);
8. 不拘小节 - bùjū xiǎojié - не ограничивать себя соблюдением мелких; деталей (обр. в знач.: не быть мелочным, не обращать внимания на мелочи, не заниматься пустяками);
9. 提督 - tídū, tídu - тиду (командующий войсками провинции в старом Китае);
 Глава 34 «Правда» 
***
Перепугавшись, Чан Гэн поспешил поймать своего ифу. Случайно прикоснувшись к спине Гу Юня, юноша побледнел. Гу Юнь будто вынырнул из воды. Вся его спина была пропитана холодным потом.
***
Перебирая ключи в металлической связке, мальчик обнаружил, что только шестой ключ подходит к замку. Наконец, тюремная камера была открыта.
— Ну же, быстрее, быстрее, вылезайте! - подгонял заключенных Цао Нянцзы.
Сидящие за решеткой люди были подобны птицам, уже пуганным луками и стрелами [1]. Им достаточно было увидеть железную палку в руках мальчика, как они тут же пятились назад и сжимались от страха.
Во главе напуганных рабочих был пожилой мужчина, на вид которому было около шестидесяти лет.
— Молодой командующий, - дрожащим голосом обратился к мальчику старик, - мы всего-лишь скромные механики, захваченные мятежниками, мы не следуем за ними. Молодой командующий должен доложить обо всем Аньдинхоу Гу!
Цао Нянцзы быстро спрятал железную палку за спину и сказал:
— Мой господин знал, что вы так скажите. Он нуждается в вашей помощи в кое-каком деле.
Поддерживая друг друга, группа босоногих механиков начала медленно покидать эту непримечательную лодку, спрыгивая с борта и расплываясь в разные стороны. Караульный, который начал медленно приходить в сознание, еще разок получил железной палкой по лицу.
Цао Нянцзы закончил свою миссию. Уперев руки в бока, он опустил взгляд на валяющегося на земле караульного - когда красивые мужчины падают в обморок, они подобны разгульным изящным господам, отдыхающим у склона нефритовой горы, чего не скажешь об этом уроде. Почему когда такие уроды теряют сознание, их глаза обязательно закатываются к черепу?
Мальчика покачал головой. "Как нелепо", - подумал он.
Зажав нос [2], он затащил караульного за решетку и "щелк", камера закрылась. Большое дело было успешно завершено, и мальчик сразу же побежал прочь, подальше от этого зловонного места.
В это же время, в каюте главы мятежников Гу Юнь и пара подростков подле него, спокойно стояли с заложенными за спину руками, глядя на вооруженных наемников перед ними.
 
Конечно же, характер человека, бесчисленное множество раз сталкивающегося с подобными ситуациями на поле брани, будет отличаться от пылкого темперамента мальчишки пятнадцати-шестнадцати лет, который впервые вышел из тростниковой хижины [3]. С первого взгляда такого человека будет не просто узнать, но маршалу Гу повезло - его облик не был изуродован многочисленными поединками и временем, лишь немного изменился его характер.
Услышав речь Гу Юня, Хуан Цяо удивился, но удивление быстро сменилось подозрением. Он долго смотрел на мужчину перед собой, пока не задрожал и не попятился назад.
— Ты... Ты...
Гу Юнь сжимал в ладони дунъинский кинжал. Как бы невзначай он взвесил его на ладони, а затем взял черную ткань - ту, которой завязывал глаза, и повязал ею рассыпанные по плечам волосы в хвост.
— Какая честь, - улыбнулся он, - похоже, командующий Хуан все-таки узнал нижайшего покорного слугу.
Хуан Цяо, который буквально секунду назад держал гордую осанку и демонстрировал изящные манеры, относился с уважением к мудрецам и милостиво — к просто образованным людям, и глазом не успел моргнуть, как его будто поразило бесконтрольное заикание:
— Гу... Гу...
— Гу Юнь, - ответил маршал. - Давно не виделись.
Не успел Гу Юнь договорить, как по каюте разнесся характерный для падающего оружия звук - "дзынь" - один из наемников от страха выронил оружие. В каюте повисло леденящую душу напряжение. И только облаченная в белые одежды женщина продолжала наигрывать мелодии, совершенно не обращая никакого внимания на сложившуюся в каюте ситуацию. Мелодия продолжала плавно течь, тонкие пальцы девушки не пропускали ни единой ноты, выводя мягкие ритмы. В эту секунду особенно громко зазвучала песня цзяннаньских рыбаков.
— Невозможно! - взорвался глава мятежников. - Аньдинхоу, истреблявший бандитов на северо-западной границе, как он мог...
— Вам стоит больше читать книжек, если вы задумали совершить восстание, - со всей серьезностью сказал Гу Юнь, пронзительно посмотрев на мужчину. - На территории восточного моря нет ресурсов, чтобы поддерживать Черных Орлов. Вы что, впервые слышите об этом?
Аньдинхоу вновь не успел закончить, как из-за стен каюты начали доноситься истошные вопли. Кто-то из слуг поспешил принести почти угаснувшую лампу, чтобы хоть как-то увидеть, что происходит. Сквозь ночь пронеслось несколько призрачных теней, с быстротой молнии вырвавших перья у пролетающих гусей [4], взмывая в ночное небо и вновь стремительно возвращаясь на палубу, умерщвляя одного наемника за другим.
— Черные Орлы! Это Черные Орлы!!!
— Нет!.. Невозможно! Заткнись! - закричал Хуан Цяо. - Как Черный Железный Лагерь и Аньдинхоу могут оказаться в восточном море?! Это невозможно! Стреляйте в них! Используйте стрелы Байхун! Уничтожьте этих демонов [5]!
— Господин, берегитесь!
Над его головой пронесся один из Орлов. Стрелы падали на судно, подобно проливному дождю. Тот, кто обязан был запустить стрелу Байхун, обхватил голову руками и сбежал как мышь [6], спасая свою жалкую жизнь, дабы не угодить под ливень из стрел.
Повсюду начался настоящий хаос. И только хладнокровная барышня продолжила скользить пальцами по струнам, срывая с них песню "Шимянь Майфу" [7], как раз очень удачно подошедшую под ситуацию.
Хуан Цяо широко распахнул глаза и взревел:
— Даже если Гу Юнь здесь, что он может сделать?! Я не верю, что он смог привести с собой весь Черный Железный Лагерь! Убейте его! Я посмотрю, на кого еще может положиться этот императорский цепной пес! В бой!
Наемники немедленно последовали его приказу и обнажили клинки, бросая смертоносные взгляды в сторону окруженных мужчины и пары подростков.
Напуганный Гэ Пансяо, вслушиваясь в мелодию, незаметно потянул Чан Гэна за рукав.
— Старший брат, он прав! Что будем делать?
Чан Гэн не успел ответить. Его перебил Гу Юнь, похлопав Гэ Пансяо по голове.