Дарья Искусница (СИ)

С мыслями какая я многогранно грешная девица, цапнула из холодильника кусочек сыра, поставила чайник и подошла к окну.
Хм... Мне кажется или из черного здоровенного джипа, замершего напротив подъезда, кто-то с биноклем смотрим прямо в направлении моих окон?
* «ложечки потом нашлись, но осадочек остался» - отсылка к анекдоту: Встречаются два еврея. Один другого спрашивает:
– Рабинович, вы вчера были у нас в гостях?
– Таки да.
– Так вот после вашего ухода, у нас пропали две серебряные ложки.
– Лёва, неужели ты думаешь, что это мы с Цилей украли ваши ложки?
– Я не знаю, кто их украл, а все-таки в гости к нам больше не приходите.
На следующий день поссорившиеся друзья снова встречаются на улице. Обиженный говорит:
– Рабинович, а ведь наши ложки вчера нашлись!
– Ну вот, а ты на нас думал! Так что, можно уже приходить к вам в гости?
– Э, нет! Ложечки-то нашлись, а вот осадок остался!
  
Глава 26. Влюбленный мужчина - безумен
 
Дмитрий Можайский
Ты меня заводишь, детка
«Остин Пауэрс»
Вовка прыгнул в машину в последнюю секунду, чуть не сорвав дверь. И сейчас нудно тарахтел мне в ухо.
- Ладно, ты бортанул Джэнкс Корпорэйшн и Сирокко. Они муд-ки, я согласен, базара нет. Но мы только что подписали договор о намерениях с Эсти Бразерс, и ты подрываешься прямо с переговоров, не оговорив деталей.
- Вообще-то это было поручено тебе, - огрызнулся я.
Но, по сути, Володя был прав, надо брать себя в руки. Все чаще я ловил себя на мечтательных взглядах в окно вместо работы над программой или изучении отчетов тестеров. Но я тоже человек, а не машина создания идей и печатания денег.
- Партнеров выбрал? Выбрал. Дай мне хоть немного времени, меня невеста с утра ждет.
Пару минут в машине было тихо, что странно не соответствовало характеру моего закадычного друга. Наконец, Ломов отмер и пробормотал:
- Уверен? По телику показывают вы вроде опять поругались. Я ж не просто так тебе на мозги капаю. Говорят, на тебя дело заводят за избиение девушки… Ты знаешь как международные партнеры к этому относятся. Как бы все не сорвалось.
- Что?!
Под визг шин мы вырулили на обочину.
- Кого я избил? Какое дело?
Потерев лицо, друг посмотрел на меня прямо. И словно очнувшись от гипноза, я впервые за сегодняшний день обнаружил насколько уставшим и измотанным он выглядел. У всегда одетого с иголочки адвоката галстук свернулся на сторону, а шевелюра выглядела всклоченной.
- Не хотел тебя дергать перед подписанием договора, - признался он. – Но СМИ дико раздули происшествие у воды. Вас очень неудачно сфотографировали на набережной, прямо во время Дашкиного прыжка, очень подозрительного. Не знал бы правду, сам бы поверил. И как только о скандале узнает Эсти Браузерс, нас могут ждать проблемы. По всему миру слетают с постов и теряют контракты женоненавистники, даже судов не ждут, одних слухов достаточно. Уже все начинают отворачиваться. Я, конечно, постараюсь замять это дело, но ты предупреди Дашу, чтобы была осторожнее, ни с кем не разговаривала. Твои детективы ее еще пасут?
- В смысле? Ты же знаешь мое отношение к личной жизни. Я нанимал собрать информацию, но категорически запретил приближаться к ней или к ее родным. И перестань напрягаться из-за дурацких сплетен. Вся эта история – курам на смех.
- У судьбы, Дим, плохое чувство юмора, мне лично вообще не смешно. Надеюсь, мы все уладим, да и Даша умная девочка, дипломатичная, глупостей не сделает. Не то что ты у нас, правдоруб. Это и правильно. Женщина должна быть с выпуклостями и вогнутостями, а мужчина хорош… прямолинейностью.
Ломов двусмысленно хохотнул и мне этот смешок очень, очень не понравился. Что за дурацкие намеки? Остаток поездки я настороженно молчал в ответ на попытки Ломова меня разгововрить.
Весь день я сегодня был на взводе, пришлось прямо на работе переодеваться в большеразмерную футболку, благо они по старой памяти еще лежали у меня про запас. Как только я вспоминал Дашу, ситуация сразу осложнялась. Перед переговорами пришлось вызывать Вовку и полчаса с ним болтать о работе, иначе позора было бы не избежать.
  
И сейчас, чем ближе подъезжал к парку, где договорились встретиться и погулять, тем как-то становилось напряженнее.
Какая тут к черту работа?!
- Эй, Димыч, ты опять задумался? Я тебя спрашиваю, подкинешь меня до метро?
А это вариант.
- Вов, заберешь машину? Я переночую у невесты, а завтра на работу такси вызову.
И не дожидаясь реакции озадаченного приятеля, выскочил из машины, подхватив только сумку с телефоном и планшетом.
Дашка… Черт тебя подери.  Кажется, ты меня сводишь с ума.
К парку я приближался медленным шагом, запрещая себе торопиться и переходить на бег. Несмотря на близость вечера, солнце продолжало палить, подсвечивая листья на кустах и деревьях, выбеляя цветы.
При моем появлении у входной арки Даша выключила телефон, по которому только что разговаривала и улыбнулась светло, куда ярче солнце.
На мгновение я закрыл глаза, сохраняя эту картину глубоко под веками, убирая в кладовые памяти. Нежную, только мне предназначенную улыбку.
- Привет.
- Привет.
- Я скучал.
- Я тоже.
Пальцы сами потянулись навстречу и переплелись, в замок.
- С кем болтала?
Хм, надеюсь не прозвучит слишком ревниво. Этого еще не хватает, устраивать допрос девушке… которая с кем-то увлеченно разговаривала вместо того, чтобы ждать меня.
Даша стеснительно оглянулась на проходящих совсем рядом гостей парка. И шагнула поближе.
- Я? Жаловалась Иде на аппетит. Вчера и сегодня ем, не останавливаясь, кажется, на нервной почве.
- Ида - это подруга?  Кира о ней часто рассказывает. И что она ответила?
Обняв за талию, я повел девушку вглубь парка. С дурными намерениями напасть и зацеловать. Маньяк я или кто, буду оправдывать обвинения. Фотографировать и следить за мной уже нет смысла, сегодня официально объявили партнера, интрига закончилась, ломаем ручки и сливаем чернила, писаки.
Потершись щекой о мое плечо, Даша хмыкнула.
- О, Ида, как всегда, над всем смеется. Сказала, что только девушке с неправильной ориентацией может ночами нравится холодильник. И посоветовала больше общаться с тобой.
- Мм-м. Какая у тебя правильная подруга.
И я ладонью опустился немного ниже, совершенно нечаянно огладив округлое бедро, спрятавшееся за тонкой, почти невесомой тканью.
- Дима, - придушенно охнули мне в ухо. – Это же общественное место, сфотографируют и… Ты уже в курсе что пресса придумала насчет глупой случайности у реки?
- Я сегодня завизировал контракт. Это означает, что мы уже никому не интересны, интриги нет. А прошлое Ломов заполирует и скроет, он уже этим занимается. Объявим себя официально парой и заткнет всем сплетникам рты, - шептал я, утыкаясь носом в ее шею и вдыхая знакомый запах.
- За мной следит какая-то большая машина… Это не твои люди?
- Нет, конечно. Забудь, все закончилось. Больше я не интересен. Окольцованный партнер крупного концерна. Скучный скрытный тип. Таких много.
Быстро осмотрел почти пустынную тропинку, только две щебечущие собачницы с бегающими вокруг них тремя псами, больше никого. И плотная, почти непроглядная стена кустов. Сил терпеть уже не осталось. Поэтому я схватил в охапку нежное, мягкое девичье тело и потащил в заросли. И не надо так подозрительно смотреть. Мы целоваться. Господи, просто целоваться.
Кусты неожиданно резко закончились, и мы вылетели… на ухоженную полянку со скамейками. Играли в насыпном песке дети, чинно сидели парочки и компании.
Сцепив зубы, не говоря не слова, мы дали круг, пытаясь найти проходы в малопосещаемые части парка. Но везде, отовсюду несся шум голосов! Не понимаю, какой смысл тут гулять, народу полно.
- Даша, может пойдем к тебе? Я… Пить хочу.
- И я, кажется, пить. Прямо сразу, мы же только что пришли?