Тритон ловит свой хвост (СИ)
— О, дел много, — улыбнулся Урхо, — отдыхать некогда. Потом я отправлюсь на озеро, у меня там участок с водяными свиньями.
— Соль будете давать?
— Нет, витамины.
— А можно мне с вами? — загорелась Унди. В самом деле, не сидеть же сиднем наверху. Кто его знает, когда закончится непогода и можно будет ехать дальше?
— Конечно, — не стал чиниться фермер. — Только я вам плащ дам, дождь ведь.
Участок на озере представлял собой огороженный заливчик, который пересекало множество мостков, нависавших над водой. Внизу, среди водорослей, блаженствовали водяные свиньи. Стоило фермеру и Унди появиться на берегу, как звери забеспокоились.
— Идёте по мосткам, — объяснял Урхо, вручая ей пакет с разноцветными горошинами, — кормите свиней. Каждой по три гранулы: синюю, красную и жёлтую. Ваша правая половина. Справитесь?
— А как я?.. — начала Унди, но Урхо прервал её: — Поймёте.
Понимать там было нечего. Стоило Унди ступить на мостки, как ближайшая к ней свинья подплыла ближе и раскрыла рыло. В её розовый зев Унди бросила одну за одной цветные горошины, и свинья довольно зачавкала.
Час на озере пролетел незаметно. Потом они вернулись на ферму. Дел оказалось много, простых, но необходимых. Час шёл за часом. Иногда они отдыхали, и тогда Унди говорила о свой учёбе, а хозяин рассказывал местные легенды. К вечеру они стали хорошими знакомыми, и за ужином весело болтали ни о чём, не обращая внимание на перестук капель.
— Что это? — вдруг, на полуфразе остановил рассказ Урхо.
— Что? — не поняла Унди.
— Дождь, — бросил фермер. — Он кончился.
Они вышли наружу. Дождь, который донимал Мир последние двое суток, в самом деле стих, зато поднялся ветер. Он выл среди построек, гнул деревья, хлестал по лицу, мешал дышать. Он рвал в клочья тучи, крутил их к небе, как в огромном перевёрнутом котле.
— Никогда… не видел… такого ветра! — прокричал Урхо. Голос его доносился как издалека, слабый и прерывистый, как при болезни. — Никогда… в жизни!
— Я тоже! — закричала в отчет Унди. — Что это?!
Дыхание её прервалось, в груди похолодело, а живот скрутил внезапный спазм.
— Тритон! — выдохнул Урхо.
Небо очистилось: оно было полно огней. Большие и малые, тысячами светляков они покрыли небосвод. Перемигивались, сияли как драгоценные камни!
Звёзды.