"Фантастика 2024-46". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
– Я за смерть, – объявила Надя.
– Итак, один голос за. Мнение Юла нам известно, уже двое, – взял на себя роль председателя суда Роман. – А ты – Эд?
– Почему нет? Но это не так просто. Я планировал его смерть и имел наблюдение за ним. Это человек неуловимый. Чтобы его одолеть, мы должны иметь гораздо больше людей. Он никогда не появлялся там, где я его ждал, и оказывался там, где не мог быть. Он груб, жесток и хитер, но способен быть очаровательным и вызывать восхищение. Его победить нелегко. Мы не можем получить самого Колодина – это невозможно. Но мы можем попробовать захватить Игоря.
– Как я понял, это все же звучит как «смерть». Вопрос лишь в тактике, – резюмировал Роман. – Лена?
Она неожиданно смутилась.
– Этого Игоря я немного знаю. Когда-то я каждый день желала, чтобы он сдох, – Лена старалась не смотреть на Стеновского. – Но теперь что-то мешает. Будто преграда. Или стекло какое. Я не могу приговорить ни Игоря, ни его отца.
– Что касается Игоря, – сказал Стен, – то когда-то этот человек при каждой встрече буквально со слезами на глазах клялся, что я для него – свет в окошке, Будда и Христос в одном лице. Что он ставит меня выше всех в мире, выше Гамаюна и выше отца. Он во всем пытался походить на меня.
– Игорь Колодин? – переспросил Юл. – Подражал тебе?
– Он оказался мерзавцем, – вмешалась Лена и бросила выразительный взгляд на Стена. – Но стоит ли он нашей мести?
– Пока речь только о Степане Колодине, – возвратила их к теме разговора Надя. – И мы говорим не о мести. Мы защищаемся – и только.
– Теперь моя очередь. – Роман сделал паузу. – Не знаю, в чем виновен Колодин с вашей точки зрения, но одно могу сказать точно: он заказчик убийства твоего отца, Стен. Киллера я убил в доме, где тебя пытали. Ключи другого пытателя привели меня к дверям квартиры Колодина в Питере.
– Так ты знаешь, где Колодин живет?! – воскликнула Надя.
– Одно можно сказать точно: Александра Стеновского «заказал» Колодин. Учитывая это, я – за смерть. В итоге один голос как бы против и один – воздержался. Но все равно большинство «за». Тогда утром я отбываю с секретной миссией. Ночь на обдумывание, а завтра утром у нас должен быть план, как устранить господина Колодина, – подвел итоги дискуссии Роман.
– Мерзавца должен убить Стен, – объявил Юл.
Лицо у него было такое, будто он собирался кусаться.
– Юл, ты же еще ребенок, ты не должен так говорить, – попыталась образумить мальчишку Лена.
«Совсем одичал парень», – отметил про себя Роман, и подумал, что сам-то он в этом тоже виноват. Теперь неведомо, как свершенное исправить. А надо исправить, надо. Колдун даже потянулся мысленно к Юлу, и погладил – опять же в мыслях – мальчишку по голове. Но столь слабое колдовство не подействовало.
– Или Стен убьет этого гада, или он – кусок дерьма! Вы что, забыли: отца застрелили из-за него!
Юл весь дрожал. В отсветах красноватого каминного пламеня он походил на лесного зверька, попавшего людям в плен. Стен рассмеялся, ненатурально и почти истерически.
– Он меня ненавидит, – сказал он, указывая пальцем на Юла. – Брат меня ненавидит. Мать прокляла. Сазонов не замечал. Гамаюнов боялся. О Романе не говорю.
– Нет, ты мне очень нравишься, – перебил его Роман. – Клянусь водою. Я хочу быть твоим другом.
– А ты, Надя? – Стен повернулся к ней.
– Временами мне хочется тебя убить.
– Ага, спасибо за искренность. Лена, а ты?..
Она сказала очень тихо, глядя в стол:
– Я без тебя жить не могу.
Стен смутился, бросил на Лену растерянный взгляд и затряс головой, будто хотел избавиться от навязчивых мыслей:
– Хорошо, – уступил Алексей. – Придумывайте ваш план, я поеду в Питер и убью Колодина.
– Ты потом всю жизнь будешь в этом раскаиваться, – сказал Роман.
– Решено – убью. Я могу.
Стен отстранил Юла и вышел. Лена кинулась за ним, опасаясь, что он выкинет очередное коленце. Но Алексей остановился на крыльце, закурил.
– Колдовство подействует не раньше завтрашнего утра, – шепнул на ухо Лене Роман.
Камин начал гаснуть, в комнате сделалось совсем темно. Лишь красные отсветы догорающих углей плясали на стенах. Не сговариваясь, стали готовиться ко сну. Женщинам уступили имевшиеся в доме диван и раскладушку, а мужчины улеглись на полу. Кажется, подобные ночевки начинали входить в привычку.
Когда Роман уже начал засыпать, с улицы вернулся Стен, уселся рядом с ним на полу. Колдун открыл глаза. Несколько минут Стен сидел молча, потом сказал шепотом:
– Колодин убил Сазонова и еще многих наших ребят, – сказал Стен. – Думаю, он рассчитывал захватить средства Фонда. Но у него ничего не вышло. Я встречался с Колодиным несколько раз, не подозревая, что он сотворит с нами в скором времени. Так вот, когда я с ним разговаривал, он почему-то мне показался похожим на Императора из «Звездных войн». Не знаю, почему. То есть внешне почти никакого сходства. Колодин – крепко сбитый мужик средних лет с хитроватой улыбкой. Но, когда я смотрел на него, то видел в той самой черной хламиде с капюшоном, в кресле и с указующего его перста стекала синяя карающая молния… Что ты об этом думаешь?
– У тебя было в тот момент водное ожерелье?
Стен кивнул.
– Значит, ты самый упрямый человек на свете, – усмехнулся Роман. – Но даже ты не можешь противиться вечно.
– Чему противиться?
– Ожерелью.
– Я – предвидел?..
– Конечно. Но не понял этого.
Все спали, никто не слышал, как ворочается с боку на бок Юл. Прошел час, второй, сон улетучился и не желал возвращаться. Лежа на полу и прислушиваясь к равномерному дыханию спящих, Юл чувствовал себя смертельно одиноким. Во всем мире не было теперь человека, которого бы он любил. Мать не в счет. Она будет визжать, кричать, плакать, лезть с поцелуями – и это уничтожит любое чувство. Вот отец – другое дело. Он всегда оказывался рядом в нужную минуту. Как тогда, после школы, когда ватага ребят гналась за Юлом, и он уже ни чуял унести ноги, отец появился, будто из-под земли, и молча взял его за руку. Это было почти как чудо – и Юл в порыве благодарности прижался щекой к его ладони. Может быть, у отца был особый дар – спасать? Но теперь он больше никогда не возникнет рядом, не угостит любимыми солеными орешками. Никогда-никогда они уже не будут вместе есть мороженое. А где-то гнида, приказавшая его убить, жрет сейчас колбасу с чесноком, аппетитно чмокая, и пялится в телик.
Юл сел на полу. Напротив него в окне маячило лицо женщины, оно слегка светилось на фоне черного ночного неба – безобразное, распухшее, похожее на огромный белый плевок на стекле. Женщина улыбнулась Юлу беззубым ртом и поманила его к себе пальцем. Палец у нее тоже слегка светился. Ее безобразие почему-то притягивало к себе Юла, он и сам не знал – почему. Едва дыша, выполз он из-под шерстяного одеяла и на цыпочках направился к двери. Все спали. Никто не шелохнулся. Юл двигался бесшумно. Раньше он не замечал за собой такой особенности. Он распахнул дверь. Женщина стояла у порога и не двигалась. Тогда он вытянул руку и дотронулся до нее…
Утром всех разбудил насмешливый вопрос Романа:
– Ну, как, господа, кому приснился вещий сон?
В ответ послышалось раздраженное бормотание – измотанные беглецы не желали просыпаться. И тут раздался испуганный Ленкин голос:
– Юл исчез!
ЧАСТЬ III
Игорь поправил галстук – бордовый с черным узором. Красивый галстук. Дорогой. Игорь чувствовал, что переплатил, и ему это не нравилось. Все имеет свою цену – люди и вещи, и не стоит переплачивать ни за услуги, ни за тряпье. В этих бутиках какие-то безумные, взятые с потолка цены. В следующий раз он поет за границу и купит там все необходимое.
Степан пинком распахнул дверь в комнату сына и плюхнулся в кресло. На колени тут же вывалился мешком круглый живот. Игорь брезгливо поморщился – манеры отца, его неухоженность и равнодушие к своей внешности шокировали своим плебейством. Огромный перстень на мизинце тоже был плебейством.