Театр тающих теней. Словами гения
И в спину выходящим за двери:
— Так, а четвертый в спецгруппе кто?
Испания. Бадахос. Железнодорожная станция— Зачем тебе власть? Почему не жить как все люди?
— Мне не власть нужна, а справедливость. Моя страна должна сбросить ненавистную диктатуру.
— Ты так говоришь, потому что чуешь запах власти. Сам же когда-то был с Салазаром заодно… А люди в стране живут себе при диктатуре всю жизнь. Рождаются, крестятся, женятся, детей рожают, их крестят, умирают. И никакую диктатуру сбрасывать не собираются. И бывают счастливы. Как бывают несчастливы и без диктатуры. Думаешь, ты им нужен, этим людям?
— А ты кому нужна?
— Сыну нужна. Маме нужна. Тебе нужна… быть может…
На перроне железнодорожной станции в небольшом испанском городке недалеко от португальской границы ранним февральским утром стоят двое — мужчина и женщина.
Он высокий, подтянутый. За военной выправкой, проступающей сквозь гражданскую одежду, легко скрывается возраст. Трудно сказать, сколько ему — сорок пять, пятьдесят девять…
Она в любом случае намного моложе. Кожа цвета кофе с большим количеством молока и легкий говор выдают в ней бразильянку, а иногда проступающие сквозь лифчик на блузу капли молока — молодую мать, только что оторвавшую ребенка от груди и еще не избавившуюся от последних следов лактации.
Зачем, отправляясь навстречу своему великому политическому будущему, генерал Делгаду берет с собой молодую секретаршу Аражарир ди Кампуш, неизвестно. Но она с ним теперь стоит на этой платформе.
О чем спорят эти двое, неважно. Мнимый «полковник», он же инспектор португальской спецслужбы ПИДЕ Рамуш, уже идет по перрону, морщась при виде женщины, — ее появление в проработанном и согласованном на самом верху плане операции «Осень» учтено не было, и напарников, ждущих на пустынной дороге близ соседней Оливенсы, о появлении этой бабы никак не предупредить.
Придется действовать по обстоятельствам. Вот только кому из них придется?!
Португалия. Лиссабон. Резиденция премьер-министра Антониу Салазара— Четвертый кто?
Премьер вытаскивает одну ногу из остывшей ванночки, и вода с ноги капает на пол.
— Монтейру, — останавливается замглавы ПИДЕ. — По вашему личному распоряжению шесть лет назад было принято решение вывести его из-под уголовного преследования и использовать для специальных секретных операций. Что и было сделано.
— Монтейру?! И вы говорите, цель операции — арест?!
Испания. Автомобильная дорога около Оливенсы«Опель», в котором их теперь трое, припарковали в удачном месте между двух холмов в нескольких километрах от Оливенсы.
Утром вместе с «бухгалтером» в его машину сел и шеф. Усатого, к счастью, не было. Шеф сказал куда ехать, и теперь они уже не первый час ждут. Чего ждут, знает только шеф.
Что усатый исчез, им только на руку. «Бухгалтер» не в счет. Их двое. Задержание проведут в лучшем виде и первыми доложат начальству. Тогда повышение точно в кармане.
Надо было заправиться раньше, говорил шефу, но тот не послушал. С задержанным будет не очень удобно, мало ли что тот на заправке выкинуть может. Или шеф планирует его усыпить? Тогда как граница? Но раз вчера так легко границу прошли, обратно, наверное, пойдут также через Сан-Леонарду и к вечеру будут дома. Отгул он точно заслужил. Завтра можно с Эстеллой сходить в кино. Лучше на дневной сеанс, людей в зале меньше. На заднем ряду можно запустить руку поглубже, а там, гляди, вдруг Эсти позволит еще что послаще…
Серый «Бьюик» неожиданно появляется из-за угла. И так же резко тормозит.
— Объект на месте.
Шеф кивает головой: все на выход, и первым выходит из машины. «Бухгалтер» слегка завозился на заднем сиденье… приклеивая себе усы! Конторскому служаке захотелось поиграть в шпионскую романтику?
Глушить ли мотор? Сколько времени это может занять? Вдруг затянется, и зачем тогда тратить бензин впустую? Или нужно будет резко трогаться с места? Указаний на этот счет шеф не давал. Соображать агент должен сам. Лучше не выключать.
Чуть замешкался, выходит последним, когда от «Рено» им навстречу уже идут… трое.
— Monte de merda! [6] — ругается шеф.
Что-то пошло не по плану?
— Que porra essa? [7] Ее-то откуда черт принес?!
И «бухгалтер» с приклеенными усами недоволен.
— Действуем по обстановке, — командует шеф.
Вчерашний усатый, сам Объект и… женщина. В светлом пальто, с шифоновым платком на голове. Женщина-то откуда взялась? Ее тоже надо задержать? Указаний на этот счет не было. Хорошо бы им с шефом задержать Объект, а с дамочкой пусть эти двое разбираются.
Шеф, который играет роль подставного полковника-оппозиционера, двигается навстречу Объекту. Генерал Делгаду приближается. Даже улыбается. Дамочка на шпильках шага на два сзади него.
Объект на ходу протягивает шефу руку и…
В фильмах про Бонда все выглядит иначе. А здесь каких-то несколько секунд, и…
«Бухгалтер» вырывается из-за его плеча и, обгоняя шефа, вытаскивает руку из кармана плаща.
Звук выстрелов в гулкой тишине словно рикошетит от холмов.
Сколько их? Выстрелов? Три? Четыре? Или их множит эхо?
Walther P38 в вытянутой левой руке «бухгалтера» с указательным пальцем без одной фаланги.
— Кто приказал?! Монтейру?! — срывающийся на визг крик шефа. — Кто приказал?!
Кровь из головы генерала, стекающая на бурую испанскую грязь.
Истошный вопль женщины, сливающийся с эхом выстрелов.
— Заткните ее! — то ли приказ, то ли вырвавшийся крик отчаяния шефа.
Он, делающий шаги навстречу дамочке, которая не понимает, куда ей бежать — к рухнувшему на землю генералу? Обратно в машину? Неизвестно куда…
Он, сбивающий дамочку с ног и не знающий, что с ней делать дальше. Платок в рот, чтобы не орала? Шеф же дал приказ заткнуть.
Платок, завязанный на узел, не снимается, застревает, обмотанный вокруг шеи. Женщина, пачкая в грязи свое светлое пальто, мечется по земле, сучит ногами и снова орет. Ее пальто и блузка расстегнулись, и молочно-кофейные груди вываливаются наружу.
Он засовывает свой кулак ей рот, чтобы заткнуть, как приказал шеф. Следы ее зубов на его кулаке. Задыхаясь, она прокусывает его кулак до крови.
«Бухгалтер» с удивительной проворностью для немолодого человека оказывается рядом, накидывает что-то дамочке на шею, отчего она сучит ногами сильнее, еще сильнее и вдруг разжимает челюсть, отпуская его кулак, и уже не орет, а хрипит.
— Что замер?! Души́!
«Бухгалтер» командует как старший. Шеф отстал где-то сзади.
Он рефлекторно затягивает платок на женской шее.
Накинутая «бухгалтером» удавка рядом. Почему он вчера не заметил, что у «бухгалтера» палец без одной фаланги? Спецагент должен такие приметы замечать.
Кто из них ее душит, «бухгалтер» или он сам?
Женские ноги, в конвульсиях бьющие его прямо в нос — его кровь капает на ее светлое пальто — и вдруг замирающие.
Пенящаяся слюна из ее рта, смешавшаяся с его кровью на кулаке.
Открытые глаза женщины, смотрящие в пустоту.
Вывалившиеся наружу из лопнувшего бюстгальтера груди. Восхитительной красоты груди. На которые капает кровь из его носа. Обнаженные, надо бы прикрыть их пальто.
Кто из них ее задушил?!
Задушил ее кто?
Он?! Или «бухгалтер»?! Или все-таки он?!
Два тела, заталкиваемые в багажник «Опеля».
Откуда в его багажнике брезент, лопаты, банка с известью, бутыль с кислотой? Кто это все положил в багажник? Когда? Еще в Лиссабоне? И зачем? Изначально планировалось не задержание?! А что?
Они провалили задание? В чужой стране, с двумя трупами в багажнике машины с португальскими номерами. Повышения теперь не ждать? Кровь не останавливается. Похоже, сломан нос. Вдруг останется кривым и Эсти любить его не будет?