Зябрики в собственном соку, или Бесконечная история

Дядька посмотрел на меня. Шевельнул усами. И послал. В место, где, по заверениям сэра Терри, "не светит солнце"[1]… Блин. Походу, эти бутылки дядька считал СВОЕЙ прибавкой к зарплате. Надо было их собрать, пока люди выходили — не будет же он со мной драться? — но сразу не сообразил. Ладно, оставим на будущее.
Я посмотрел на соседний вагон, где проводником была миловидная девушка — хотя, по здешнему обыкновению и широко… э… бедрая — в белом платье и симпатичном белом беретике с кокардой. Но дядька, видим, просек мой план и гаркнул, чтобы я не сбивался с ранее указанного маршрута.
Тьфу на тебя. Жмот.
Пройдя над путями по пешеходному мостику, судя по виду и запаху настил на нем был сделан из старых, пропитанных креозотом шпал, я вышел в город. Вернее, на окраину города. Как выяснилось, на выселках здесь находился весь вокзал целиком — и грузовой и пассажирский. Рядом с ним были маленькие домишки частного сектора и двухэтажные деревянные бараки, покрашенные коричневым железным суриком, похоже — дома железнодорожников.
В центр города ходили автобусы, за пять рублей можно было бы добраться. Но я решил последовать совету кота Матроскина и экономить. Тем более, торопиться было некуда.
Сам по себе город не впечатлял. Небольшой, вытянутый вдоль двух центральных параллельных проспектов: проспекта Афосина — типа как у нас в каждом городе есть улица Ленина — и Быстрицкого проспекта. Судя по виду многих домов здесь война оставила гораздо более сильный след, чем в Раниманске. Или последний восстановили лучше. Здесь же, взгляд то и дело натыкался то на разрушенный дом, глядящий провалами окон, то на покоцанные пулями и осколками стены…
Пообедав в столовой неподалеку от вокзала — и став беднее на пятнадцать рублей. Проводник — жмот! — я, сытый и довольный, прогуливался по проспекту Афосина, разглядывая окружающие меня дома, да и вообще все. Типа турист.
Городок-то, кстати, довольно старый. Некоторые здания на проспекте — типичной дореволюционной — здесь была революция, точно — постройки, с высокими узкими окнами, закругляющимися вверху, эркерами[2], декоративными колоннами, а кое-где — и не декоративными, лепнина, балкончики с солидными пилястрами[3], широкие карнизы… Кажется, этот стиль назывался модерн, возможно, с примесью эклектики, готики, а то и неоклассицизма[4]… Не знаю, я не архитектор.
Впрочем, таких было не очень много. Видимо, французских булок на всех не хватало. Основную массу составляли дома, по стилю похожие на "сталинки" — с уже стандартными прямоугольными, относительно небольшими окнами, с меньшим количество украшательства — хотя декоративные элементы и присутствовали — с выделенным рустом[5]. цокольным этажом, в котором находились магазины.
Проспект шел волнами — то вверх, то вниз, я, помахивая чемоданчиком, шагал себе и шагал, разглядывая. За домами мелькнуло полуразваленное здание, которое я почему-то по первой ассоциации принял за останки обсерватории. И только потом дошло, что это — церковь. В отличие от всего остального ее восстанавливать не торопились. Скорее всего — и вовсе разберут на кирпич.
В отличие от Раниманска, где буквально плюнуть некуда, попадешь в какой-нибудь собор, это было первое "культовое сооружение", что попалось мне здесь на глаза. Или здесь с опиумом для народа боролись сильнее, или же опять — следы войны. Нет, надо все-таки как-то изучить здешнюю историю!
Как бы в укор мне, на глаза тут же попалась табличка "Большегартская городская библиотека". Ну вот что мне там делать без документов? Хотя… Ладно. Есть идея, но потом.
Так я шел-шел — и вышел на набережную. Проспект вбегал на широкий бетонный мост и тек дальше, а я свернул в сторону и сел на лавочку на набережной. Отдохнуть.
Красивый вид!
На том берегу реки раскинулся зеленый парк, из-за которого выглядывали крыши домов. Серебрилась вода, собираясь в морщинки волн под легким ветерком. Пахло свежестью. По мосту походили люди в цветных и белых одеждах — в черном было очень мало, даже официальные по виду лица с галстуками и те предпочитали белое или светло-серое — катились красно-белые коробочки автобусов и редкие цветные горошинки легковых автомобилей.
 
И все это — под ярким солнцем.
СССР пятидесятых, оказывается, вовсе не был скучным и серым местом. Нет, конечно, это — не СССР, это ОРС, но до сих пор он был достаточно точной копией тогдашнего Союза — за исключением "зябриков" — так что нет причин думать, что он отличается в этом.
Наверное, все дело в том, что мы воспринимаем его через старые фотографии родителей, дедушек, бабушек, которые, понятное дело, черно-белые. А цветные фото… Многие ли захотят поискать цветные фото пятидесятых годов? Зачем?
Настроение почему-то начало портиться. Я плюнул, натянул кепку почти на глаза и двинулся дальше по Афосинскому проспекту.
За мостом лежал тот самый парк, и видно было, что не так уж он и велик, да и многие деревья — недавней посадки. На следующем перекрестке — маленький скверик перед которым смотрела на прохожих белая статуя спортсменки с кубком в руках. Статуя меня шокировала дважды: когда мне показалось, что она — голая (Голая?? В советские времена?? Посреди города??), а второй раз, когда я понял, что соски, проступающие через футболку статуи, мне не показались.
Странные они люди — советские скульпторы.
Напротив гипсовой девушки находилось солидное здание с колоннами — кинотеатр, с названием "Родина". Афиша предлагала сходит посмотреть на фильм "Трудная задача". Девушка с огромными, почти анимешными глазами, и в белом платье в красный горошек, испуганно смотрела куда-то вверх, где болтались на верхотуре два силуэта, то ли падали, то ли наоборот, лезли вверх.
Дальше дома становились похуже, пониже и пообшарпаннее, появлялись коричневые двухэтажные бараки, сам проспект как-то сузился, дошел до мостика через неширокую речушку-переплюйку… И кончился. Дальше, за речкой виднелись какие-то поля и кресты кладбища.
Нифига себе! Весь город прошел из конца в конец!
Стоп. А где общага?
Я вернулся к последнему перекрестку перед концом города и задумчиво посмотрел по сторонам. Справа — бараки, слева — сквер, за которым, на той стороне улицы — огромное трехэтажное здание, с теми самыми дореволюционными окнами, лепниной, карнизами, высоким крыльцом и двустворчатыми дверями… То есть меньше всего похожее на общежитие. И тем не менее — я стою на пересечении проспекта Афосина и улицы неизвестного мне товарища Кирпичикова. На последней общежитие, по словам студентов, и должно находиться.
Кстати, именно от них я узнал, что помимо ничего для меня не значащих фамилий, здесь есть и фамилии, образованные от понятных слов. Только почему-то в уменьшительном варианте. Не Зайцев, а Зайчиков, не Солнцев, а Солнышкин. К примеру.
Ладно, пойдем искать общагу…
* * *
Мать твою, это громина с лепниной и есть общага!!!
Никогда бы не подумал, даже глазам своим не поверил, увидев на нем табличку с номером "16" (общежитие именно на Кирпичикова, 16 и должно было находится). Нифига себе здешним студентам подвезло!
Итак, место — возможной — ночевки определено, осталось убить время до вечера. Ибо мобильников здесь нет, созвониться не получится, а прийти на вахту и попросить "Белочкина или Нетосина из 22 комнаты" — не вариант. Насколько я знаю студентов, их среди бела дня в общежитие фиг найдешь. Вечером бы появились, а то опять где попало ночевать. Интересно, в развалинах церкви можно будет найти местечко, чтобы укрыться от дождя?
 
А пока — следующий маршрут. Сначала: тратим пять рублей на кинотеатр. Двойная польза: узнаем, что смотрят люди и заодно сравниваем сюжет фильма с известными мне, плюс — можно часок вздремнуть. После кульдосуга — культдосуг номер два, а именно — библиотека. А там уже и вечер близок.
Вперед!
* * *
Знаете, о чем был фильм "Трудная задача" с той большеглазой девушкой, актрисой Хонной Щечкиной? Ну слушайте.