Серые тени (СИ)

— Уехать из Ринела не думала? — подключился к беседе Торан.
— Мелькают иногда такие мысли, — призналась маленькая волчица, — но всерьез эту возможность никогда не рассматривала. Я не видела мира за пределами Фаркасса, я и из Ринела-то редко выезжаю, только если к отцу в гости, и мне страшно выбираться из привычной среды. Слишком… решительный шаг, к которому в данный момент я точно не готова.
Ага, а отложить обучение на год и устроиться помощницей к заезжей целительнице — это пустяки. Впрочем, как я поняла, в Фаркассе это распространенная практика: после школы целый год заниматься всем, чем только в голову взбредет, чтобы найти себя и свое призвание. Вот только сомневаюсь, что медицина — это стезя Джоэллины. А ни к чему другому она интереса пока не проявляет. Иногда просто невозможно поверить, глядя на нее, что это робкое создание еще каких-то три-четыре года назад было сорванцом и заводилой в мальчишеских компаниях.
Беседа за завтраком с шутливой перепалки как-то вдруг свернула в сторону задумчивости и серьезности, и мне это не понравилось. Пусть в первые секунды меня и напугало осознание того, что я наслаждаюсь обстановкой за столом, собеседниками (в число которых входит и Джеймс Эйгрен), атмосферой общего дружелюбия и родственной теплоты, терять мне этого не хотелось, поэтому я поспешно припомнила, с чего вообще начинался разговор, и вернулась к замечанию Джея:
— Так почему Джоэллин — зубастая громкая мелочь?
— Лиана-а-а! — простонала волчица, раненая в самое сердце моим предательством. А я даже не стала пытаться изобразить раскаяние: мне действительно было интересно узнать о маленькой Лин. К тому же, при всех своих недостатках, Джей был отличным рассказчиком, и не воспользоваться удобным случаем и не объединить два удовольствия в одно — просто преступление.
— Я так понимаю, о своем детстве Джоэл не очень распространяется? О подростковом периоде бунтарства и свободы — даже с некоторой гордостью рассказывает, а про ранние годы — молчок? — Джей хмыкнул в ответ на мой неуверенный кивок. Не задумывалась об этом, а ведь так все и было: о детстве, даже в компании близнецов Эйгрен, — только общие слова и смутно нарисованные картины. — Правильно, я бы тоже не стал, — еще раз фыркнул оборотень. — Такую избалованную и капризную девчонку нужно было еще поискать. Так как Дана ей не занималась, да и Найджелу особенно некогда было приглядывать за племянницей, Джоэл перекидывали на руки нянькам, а те пухлощекую светловолосую малышку разбаловали до невозможности. Слава звездам и даже бесам подземелья, что мы с Джаем вовремя взялись за нее, — а от улыбки так и прет самодовольством! — Чуть что не по ее — и Джоэл превращалась в волчонка, верещала и пыталась кусаться. И тогда лучше было залезть повыше и закрыть уши. Неприятная ирония заключалась в том, что нам Найджел уделял больше внимания, чем собственной племяннице, и поначалу мелкую это злило. Потом она заинтересовалась, а к тому времени, как мы созрели до идеи 'хотим братика', превратилась в нашу тень, все пытающуюся понять, почему дядя так много возится с какими-то мальчишками.
— Так себе тень была, — смирившись с тем, что смущающие ее эпизоды все равно всплыли, усмехнулась Лина. — Громкая и зубастая.
— Вот здесь, — Джей закатал рукав рубашки, показывая предплечье, — долго не заживал укус мелкой паразитки, даже наша регенерация не помогала. Джай после очередной поимки нашей 'тени' две недели прихрамывал. Тогда-то мы и поняли, что лучше направить ее способности в выгодное нам русло. Ну и пусть, что мелкая и девчонка — зато боец отличный. Мы ее к себе приблизили, приручили — и получили отличную замену младшему брату. Но, когда я в последний раз тебя видел волчицей, ты была все таких же невразумительных размеров, с таким же противных голосочком, — поддразнил он Лину, ехидно улыбнувшись.
— Неприятно удивишься после завтрака, — мрачно пообещала Джоэллин, глядя на Джея из-под насупленных бровей. Она откинулась на спинку и скрестила руки на груди, всем своим видом показывая, что с ней шутки плохи.
 
Джей покивал, не скрывая насмешливого скепсиса в глазах, и предложил:
— До реки и обратно?
— С удовольствием!
Хм… Судя по предвкушению в глазах Дилана, попробовать свои силы в борьбе с бэйсом он и мою помощницу уговорит. А в том, что уболтает, я не сомневалась. Не комплиментами и доводами, так подколками и саркастичными замечаниями — но добьется своего. Что еще ему сказать, чтобы поубавил свою прыть? Или не стоит по этому поводу волноваться? Не мать же я Лине, в конце концов. Она сама вполне в состоянии принимать решения и не нуждается в моей защите. В том, что она может побежать, и плюсы найдутся. Во-первых, выпустит себя на волю: пытаясь быть правильной и женственной, Лин совсем забыла о том, что многолетние привычки просто так закрыть на замок и отставить — не получится. Во-вторых, можно будет настоять на том, чтобы поехать с ними и (если уж совсем повезет) то даже выпросить поездку на бэйсе. В-третьих, это просто море положительных эмоций для всех. И если обе стороны захотят посоревноваться, я не имею права им мешать.
— Возвращайся на землю, Лиана, — помахал у меня перед лицом Джей. Захотелось угрожающе клацнуть зубами, но я не волк, в моем исполнении такой поступок будет выглядеть странно. А как хотелось бы увидеть испуганное недоумение на его лице!
— О чем задумалась, мечтательница? — с другой стороны меня за плечо потряс Дилан.
— Да так, ни о чем, — уклончиво отозвалась я, украдкой посмотрев на Джея.
Если взглянуть на его присутствие за нашим завтраком, то, с одной стороны, это очень даже неплохо, особенно для малыша — ведь мы даже разговариваем нормально. С другой… прослеживается пугающая меня тенденция. Он уже завтракает с моими родственниками, и мы все мило шутим за общим столом, как одна большая семья. Откровенно говоря, не на такой результат я рассчитывала, когда ожидала приезда Марики и Торана. На какой — и сама вряд ли точно скажу, но не думала, что это так внезапно и так… органично поспособствует моему примирению с Джеем. Без них я бы нескоро села за стол переговоров, пытаясь узнать его прошлое и мотивы того поступка. Без них не увидела бы даже ту малую часть живого характера, что проявляется в оборотне, когда он рядом с Тораном и Диланом, которые, при изначальном негативном отношении к будущему папе, увидели и приняли в нем что-то, чего пока не вижу и не принимаю я.
Хорошо это? Плохо ли? Не окажется ли так, что, молчаливо смирившись с практически ежедневным присутствием Джея в моей жизни, я незаметно для себя забуду, как он поступил? Огромный шаг в этом направлении ведь уже сделан: сегодня я получила в полное распоряжение большую собачку. Чем дальше он меня подкупит? Я, как и маленькая Джоэллина, тоже поддаюсь приручению?
Мысль об этом неприятно кольнула сердце. Незаметно, исподволь этот оборотень пробирается в мою жизнь. Уже пустил корни — крепче некуда. А что будет дальше? Родится малыш — и мы станем еще одной счастливой ячейкой общества, наведаемся в Звездный Храм, вытерпим скандал с мамой и заживем долго и счастливо? Нет, к такому моя жизнь все равно пришла бы, но… сейчас у меня нет выбора. И это раздражает: у меня нет особого желания навязанный вариант принимать.
Помрачнев, извинилась и встала из-за стола. Изменившееся настроение и некоторую грубость моего поступка можно списать на причуды, свойственные беременным девушкам, хотя это, пожалуй, ни в коем случае меня не извиняет. Но находиться рядом с оборотнем, рядом с семьей, которая приняла его, слушать их оживленную болтовню… Сейчас это испытание мне не по силам.
Устроилась в кабинете на софе. Хотела сначала подняться в спальню, где меня точно не побеспокоят, но разве можно мечтать о покое, когда ты — целительница. Пусть большую часть пациентов на себя взяла сейчас инара Милари — с ворчанием и угрозами припомнить все устраиваемые мною препятствия на пути обретения ею спутника, — но никогда я не буду принадлежать только себе. В больших городах с этим проще: в больницах целители дежурят круглосуточно, разделяя смены. В маленьких же, когда каждый друг другу если не брат, то сосед точно, такими глупостями не заморачиваются. Есть два целителя в разных концах города, все знают их адреса, так зачем устраивать какие-то дежурства в госпитале, когда можно просто прийти к ближайшему на дом? В работе на дому, несомненно, есть много плюсов. Даже очень много — их замучаешься перечислять, но самый главный минус сводит все преимущества к нулю: ты никогда в полной мере не будешь свободна. Каждая минута, даже ночью, — это новый возможный пациент, и ты должна его принять. Гостят ли родственники, устраиваются похороны или, наоборот, свадебные торжества — неважно. Если пришел нуждающийся во врачебной помощи, ты должна ее оказать.