Неравная игра

— Ну да, ну да.
Раздраженно закатываю глаза. Дело сдвинулось, но, хотя мне уже не так страшно, лучше оставаться начеку.
— Возле станции есть паб. Может, туда?
— Да как скажешь.
Я киваю на переулок.
— Без обид, но я после вас. Не люблю сюрпризов, — предупредила я.
— Пожалуйста.
Клемент разворачивается и топает по переулку. Я дожидаюсь, пока он не выйдет на улицу, и только тогда двигаю следом, не сводя с него взгляда. Мои меры предосторожности совершенно не производят на него впечатления.
В целости и сохранности я достигаю тротуара. Теперь придется поддерживать разговор.
— А как, если не секрет, вы догадались, что я слежу за вами?
— Да потому что сыщик из тебя дерьмовый.
— О.
— Когда поезд проходит через тоннель, окна превращаются в зеркала, замечала?
— Э-э…
— И витрины тоже могут служить зеркалами.
— Пожалуй, мне лучше вернуться в полицейскую академию.
— Да, не помешает.
Будь Эрик жив, ей-богу, так и прибила бы за то, что не рассказал мне о таких элементарных вещах!
— Простите за любопытство, вы здесь живете?
— Не, для меня тут слишком скучно.
— Кого-то навещали?
— Не-а.
— По работе приехали?
— А ты и вправду любопытная баба, — хмурится Клемент.
— Я — журналистка. Работа у меня такая.
— Не поспоришь.
— Так что вы здесь делаете?
Мы сворачиваем за угол, и, когда я уже не жду ответа, он произносит:
— Искал кое-что.
— Нашли?
— Нет, зато подвернулось кое-что другое.
— А если подробнее?
Клемент качает головой и ускоряет шаг — вероятно, с расчетом загнать меня и таким образом избавиться от вопросов. Его тактика срабатывает безупречно, и у дверей паба меня уже прошибает пот.
К моему удивлению, он открывает передо мной дверь, и мы вместе проходим к стойке.
— Так чем мне вас угостить? — спрашиваю я.
— Пинтой пива.
Заказываю пиво и бокал вина. Похоже, о редакции на сегодня можно забыть. Делаю себе мысленную пометку отправить Дэймону сообщение с оправданиями, которые еще предстоит состряпать.
Клемент тем временем удобно устраивается за столиком возле выхода. Видать, на сегодня его квота рыцарства исчерпана, и мне приходится нести напитки самой.
— Спасибо, — говорит он, облегчая мою ношу на пинту.
— Ага, всегда пожалуйста.
Либо он не улавливает сарказм, либо предпочитает не замечать. Сажусь напротив.
— Не возражаете, если я буду записывать наш разговор?
— Возражаю.
— Ну, ладно.
Ходить вокруг да около бессмысленно, и я сразу беру быка за рога:
— Можете рассказать, что в тот день произошло в конюшне?
— Умерла одна чувиха, — вполголоса отвечает Клемент. — Вот и все.
— Как она умерла?
— Несчастный случай.
— Я ее видела. У нее из груди торчал нож!
— Говорю же, несчастный случай.
Он произносит это твердо, но без агрессии. Не зная его, не могу определить, врет он или нет. Как бы то ни было, повторять вопрос бессмысленно.
— Ладно, допустим. Но как там оказался Уильям Хаксли?
— Просто не повезло, — пожимает Клемент плечами. — Но он не делал ничего противозаконного. И здесь тебе снова придется поверить мне на слово.
Трудно смотреть прямо в глаза и врать, но Клемент не отводит взгляд. На столь близком расстоянии я могу в полной мере оценить его глаза, совершенно не вяжущиеся с остальным лицом — словно два сверкающих сапфира, утонувших в складках потрепанного кожаного портфеля.
— Послушай, пупсик. Я понимаю, что у тебя работа, но, повторяю, Билл хороший парень. Брось это дело.
Ну уж нет, пока я не собираюсь ничего бросать. Похоже, настало время прибегнуть к безотказному средству — эмпатии.
— Скажите, Клемент, вы где выросли?
— Как и ты, на северном берегу.
Его ответ застает меня врасплох.
— Откуда вы знаете, что я из северного Лондона?
— У тебя высшее образование?
— Да, я закончила университет.
— Но из рабочей семьи?
— Хм, да.
— Так и думал. Всю жизнь, поди, пыталась избавиться от говорка.
А эта гора мяса, оказывается, отнюдь не лишена мозгов и наблюдательности. Давным-давно, когда меня еще волновало, что думают обо мне другие, трущобный говорок был для меня настоящим крестом. В колледже и университете я старалась тусить со студентами с правильным выговором в надежде в конце концов его перенять. До сих пор мне казалось, что это мне удалось.
 
— Ладно, мистер умник, вы меня раскусили. Я живу в Килберне, но выросла в Харинги.
— Можно вывезти девушку из Лондона… Так?
— Пожалуй. Ну а вы — у вас что за история?
— Длинная… и сложная.
— Я не спешу.
Клемент прихлебывает пиво и отвечает:
— Как-нибудь в другой раз.
Что ж, зайдем с другой стороны.
— Могу я тогда поинтересоваться, чем человек вроде вас зарабатывает себе на жизнь?
— Да чем придется.
— Весьма смутный ответ.
— Дай жизнь у меня довольно смутная.
— Уже вижу. Но, насколько понимаю, вы не из тех, кто работает от звонка до звонка?
— Что верно, то верно.
Его руки говорят о том же, эдакие заскорузлые грозди бананов с бессчетными шрамами.
— Что-нибудь связанное с охраной?
— Типа того.
— Для гастролирующих групп?
— С чего ты взяла?
— Да хотя бы из-за вашего наряда. А уж когда я видела в последний раз такие потрясающие баки, и не припомню. Дайте угадаю: работаете в охране старых рок-групп вроде «Ху» или «Лэд Зэппелин»?
Вместо ответа Клемент снова потягивает пиво и со скучающим видом оглядывает паб.
— Хотя бы тепло? — не унимаюсь я.
— Я решала, — смягчается он наконец. — Среди прочего.
— О, как интересно. И что же вы решаете?
— Проблемы.
— И что, у мистера Хаксли возникла проблема, которую он хотел решить?
Ход рискованный, однако момент мне представляется весьма подходящим.
— Слушай, ты оставишь его в покое или нет?
— Пыталась. Не получается.
Внезапно великан подается вперед, положив руки на стол.
— Ты веришь в судьбу? — спрашивает он.
— Вообще-то, нет.
— И я не верил, но вот что тебе скажу: сдается мне, ты следила сегодня за мной не без причины, но вовсе не из-за Билла Хаксли.
— Что-что? Да нет же, именно из-за него!
— Это ты так думаешь, а я готов поспорить, что по другой причине. Просто ты пока ее не знаешь.
Что это было, самое низкопробное заигрывание в истории человечества? Может, ему и правда нравятся женщины постарше. Только обратился не по адресу.
— Да, конечно, — фыркаю я. — Спасибо большое, но о судьбе у меня имеется собственное представление.
Клемент лишь вскидывает брови и залпом допивает пиво.
— Ну это мы еще поглядим. Ладно, мне пора.
— Что? Подождите…
Он встает и закидывает рюкзак на плечо.
— Пора назад, пупсик. Дела, дела.
— Куда назад?
— В Лондон.
— Так и мне туда! Мы сможем продолжить наш разговор в поезде?
— Если хочешь, садись рядом, но мне нужно вздремнуть. Сегодня ночью у меня работенка.
Прежде чем я успеваю подняться, он уже двигает к дверям. Допиваю вино и спешу за ним.
Спешить приходится до самой платформы.
— Спасибо, что подождали, — задыхаясь, шиплю я.
— Поезд будет с минуты на минуту. Не хотел его пропустить.
В подтверждение его слов действительно показывается состав.
Минуту спустя мы уже сидим друг напротив друга в душноватом вагоне. Клемент устраивается поудобнее, явно намереваясь проспать всю дорогу до Лондона.
— Прежде чем вы заснете, можно еще один вопрос?
— Только быстро.
— То, что вы искали здесь… Это было в книжном магазине?
— Не знаю. Возможно.
— И что же именно?
— Это уже второй вопрос.
— Да бросьте, Клемент.
Он глубоко вздыхает.
— Книга, раз тебе так хочется знать.
— И вы тащились сюда ради какой-то книжки? Вы об «Амазоне» слыхали когда-нибудь?