Спасите меня, Кацураги-сан! Том 3 (СИ)

— Уважаемые коллеги, сегодня на диспансеризации ко мне обратился мужчина по имени Яцушико Кен, — начал объяснять я. — Набор его жалоб достаточно примитивный: боли в спине, тошнота, слабость — ничего особенного. Однако на магнитно-резонансной томографии был выявлен очаг размягчения в пятом грудном позвонке. Вопрос только в том — что это такое?
Я передал снимок Окабэ Акире.
— Хм, — задумался он. — Не уверен, что это туберкулёз. Нет, я бы даже сказал, что картина совсем не похожа, на туберкулёз позвонка. Вряд ли это по моей части. Анализы уже сделаны, Кацураги-сан? Где сейчас сам пациент?
— Яцушико Кена временно госпитализировали в терапевтическое отделение, — ответил я. — Там у него уже взяли расширенный анализ крови. Общий анализ уже готов, можете посмотреть.
Я раздал распечатку общего анализа остальным врачам, а снимок позвоночника пошёл дальше — по рукам остальных специалистов.
— Явно не грыжа и не перелом, — подметил Асакура Джун. — Действительно, больше напоминает метастаз в позвонок. Могу сказать, что в случае, если очаг придётся удалять хирургическим путём, думаю, я смогу сделать пластику позвонка и сохранить двигательную активность Яцушико-сан.
— Благодарю, Асакура-сан, — кивнул я. — Это очень важное замечание. Я позвал вас как раз по той причине, что взаимодействия с вами пациенту в любом случае не избежать. Скорее всего, на каком бы мы диагнозе ни остановились, в конце концов ему потребуется хирургическое вмешательство. В противном случае, Яцушико-сан рискует потерять функциональную активность спинного мозга ниже пятого грудного позвонка.
— К гадалке не ходи, — хмыкнул Ватанабэ Кайто, разглядывая снимок. — Остеопороз. Я бы поспорил насчёт вашего мнения, Асакура-сан. Скорее всего, здесь ещё нет перелома, но он намечается. А вам, Кацураги-сан, следовало позвать эндокринолога на наш консилиум. Здесь же явное нарушение обмена веществ. Вы хотя бы анализ крови на кальций у него взяли?
— Взяли, Ватанабэ-сан, — ответил я. — И не спешите бросаться громкими заявлениями. Посмотрите внимательно на плотность костной ткани. Это не похоже на остеопороз. И что самое главное — оцените анализ крови.
Пока снимок перешёл в руки онколога Кишибэ Банджо, я начал озвучивать смутившие меня моменты в общем анализе крови.
— Резкое падение уровня гемоглобина, снижение уровня лейкоцитов, — произнёс я. — Мы уже исключили инфекцию. Если бы в позвоночнике был абсцесс или туберкулёз, картина лейкоцитов отличалась бы от того, что мы видим в точности до наоборот. Остаётся сделать вывод, что перед нами онкологический процесс. Вопрос в том — откуда?
— Хороший вопрос, — согласился Кишибэ Банджо, изучив снимок МРТ. — Согласен с вами, Кацураги-сан. Больше всего это похоже на метастаз. Нужно искать первичный очаг — откуда прилетели эти опухолевые клетки.
— Уже выполнили ультразвуковое исследование брюшной полости, забрюшинного пространства и простаты. Всё чисто.
— А лёгкие? — нахмурился онколог
— Рентгенография лёгких тоже ничего не показала. Кожные поверхности я осмотрел, родинок, признаков меланомы и рака кожи я не обнаружил, — объяснил я. — Ни единого признака опухолевого роста.
— Значит, метастаз в позвонок без первичного очага… — задумчиво прошептал Кишибэ Банджо. — Самая паршивая из всех опухолей. Никогда не знаешь, откуда появилась эта дрянь, и не будет ли новых метастазов. Нужно выполнить позитронно-эмиссионную компьютерную томографию всего тела. Она точно покажет, есть ли где-то опухоль или нет.
Тот метод обследования, который описал Кишибэ Банджо — ПЭТ-КТ — действительно крайне информативный метод. Но дьявольски дорогой. Само собой, страховка Яцушико Кена не покроет его целиком, а мужчина и так потратил достаточно много денег на все проведённые обследования.
— В любом случае, ПЭТ-КТ сегодня мы сделать не сможем. Аппарат подготовят только завтра, а время терять не хочется, — заявил я, поскольку уже выполнил функцию этого обследования. «Анализ» ничего не нашёл. Значит, и ПЭТ-КТ вряд ли обнаружит что-то новое. Нужно искать другие варианты.
 
В дверь конференц-зала постучались. К нам с опаской заглянула Сакамото Рин. Девушка рыскала глазами по комнате, стараясь найти меня.
— Что случилось, Сакамото-сан? — спросил я.
— У нас, вообще-то, врачебный консилиум! — огрызнулся Ватанабэ Кайто.
— Прошу прощения, — поклонилась медсестра. — Из лаборатории просили передать анализы. Часть из них уже готова.
Рин положила папку с результатами обследований передо мной и, ещё раз поклонившись, поспешно покинула кабинет.
Я пробежался глазами по анализу мочи и биохимическому анализу крови.
— Нарушение белкового обмена, — нахмурился я. — Увеличение кальция в крови.
— Ха! — Ватанабэ Кайто хлопнул по столу кулаком. — Что я говорил? Остеопороз, Кацураги-сан. Учитесь, студенты!
Ватанабэ Кайто откинулся на спинку кресла и, самодовольно улыбнувшись, сложил руки на груди. Я молча передал результаты анализов другим специалистам, оставив у себя на руках лишь один. Тот, который я назначил на всякий случай, вовсе не рассчитывая, что он покажет клинически значимый результат.
Но он его показал.
— Нарушение функции почек, — добавил Окабэ Акира, изучив анализы. — Почечный фильтр пропускает белок, и его видно в моче. Кальций повысился из-за распада костной ткани и изменения электролитного состава крови. На кальций и почки могли повлиять, так что не думаю, Ватанабэ-сан, что дело в остеопорозе.
— Согласен с вами, Окабэ-сан, — добавил Кишибэ Банджо. — Не хочу ни в коем случае оскорбить нашего ультразвукового диагноста, но мне кажется, что он пропустил рак почки. Скорее всего, где-то засел маленький очаг, который стал ещё меньше из-за отрыва метастаза. И поэтому его и не заметили.
— А я думаю иначе… — вмешался в их диалог я. — Возможно, руководство клиники осудит меня за то, что я назначил ещё один анализ, который по стандартам назначать не следовало.
Перед тем как направить Яцушико Кена на сдачу анализов, я попросил Сакамото Рин направить его на сдачу особого анализа мочи. Анализ достаточно дорогой, и сдавать его нужно утром, но интуиция подсказала мне, что копать нужно именно в этом направлении.
Более того, я затребовал, чтобы это исследование сделали быстро — по «цито». За ускорение анализа пациент не платит, а вот клиника раскошелится. Но грех было не воспользоваться новым сверхсовременным анализатором, который я заприметил, когда посещал лабораторию.
И риск себя оправдал.
— О чём вы говорите, Кацураги-сан? — спросил Окабэ Акира. — Какой анализ?
— Вот, посмотрите. Скажите своё мнение, — произнёс я. — Анализ мочи на белок Бенс-Джонса. Положительный. Обследование показало, что в моче есть его следы.
— Но стоит понимать, что сбор мочи происходил не с утра, и анализ может быть не верным, — сказал Ватанабэ. — Вы попросту потратили зря дорогой реактив!
— Он мог быть неверным, если бы показал отрицательный результат, — сказал я. — Но как вы видите, белок всё же проявился. А значит…
— Подозреваете миеломную болезнь, Кацураги-сан? — перебил меня Кишибэ Банджо.
— Да, Кишибэ-сан, — кивнул я. — Такая вероятность есть. Сами посудите — мы не видим первичного очага на УЗИ и МРТ. Потому что очагом является костный мозг. Как считаете?
— Сложный вопрос, Кацураги-сан, — нахмурился Кишибэ Банджо. — Показатели крови соответствуют миеломной болезни. И очаг в пятом грудном позвонке мог образоваться как раз из-за воздействия патологических клеток. Отсюда и кальций, и повреждение почек.
— Чушь! Кацураги-сан попросту вспомнил первое попавшееся… — начал возражать Ватанабэ.
— Ватанабэ-сан, пожалуйста, прекратите истерики, — протёр глаза Окабэ Акира. — У меня уже голова от ваших криков болит. Чего гадать? Давайте позвоним Аракаве-сан. Она хоть и в отпуске, но вряд ли откажется помочь нам в этом непростом вопросе.
— Аракава-сан? — спросил я у Окабэ.
— Наша заведующая гематологией, первоклассный специалист, — ответил Окабэ. — Она точно сможет сказать, стоит верить этому анализу мочи или нет.