Император Африки (СИ)
В общей сложности, охраны во дворце было не больше пятидесяти человек, многие из которых выполняли чисто декоративные функции. Никто и никогда не стремился захватить здание британского парламента. Это был бы нонсенс, это было просто невозможно.
Между тем, события прошедшей ночи породили вулкан страстей, выплеснувший всю свою ярость в служебных кабинетах многочисленных министерств и различных политических фракций.
И Палата общин, и Палата лордов собрались утром на экстренное совещание, планируя обсудить убийство короля Эдуарда VII и последующие свои действия в ответ на это. Положение было отчаянным, мировой престиж Британской империи грозил рухнуть в одночасье. Этого нельзя было допустить!
И во всех кабинетах закипела работа. В руках клерков и колониальных чиновников заскрипели металлические перья, на высоких кафедрах зазвучали гневные голоса, клеймя позором всех и вся, призывая отомстить чернокожему ублюдку, посмевшему унизить их одним, точно выверенным, ударом.
Между тем, они не подозревали, что основные события всех ждут впереди, и те, кто сейчас распалялся на кафедрах, гневно обличая негров и военных, допустивших это происшествие, будут лежать в собственных лужах крови, всего лишь через несколько часов.
К зданию дворца со всех сторон подбирались уборщики, уличные продавцы газет и кэбмэны, на запряженных экипажах.
Их было немного, всего девять человек. А весь костяк боевой группы, состоящий из восьмидесяти двух человек, находился сейчас на паровом катере, арендованном Вествудом, и терпеливо ждал сигнала к атаке.
Наконец, ближе к двенадцати часам дня, сигнал к действию был получен, и паровой катер, дымя трубою, стал медленно разворачиваться, рассекая грязные воды Темзы, в направлении Вестминстерского дворца. Через пятнадцать минут хода, он причалил к небольшой пристани, и с него торопливо сошли восемьдесят два человека, во главе с Вествудом.
Сойдя с катера, они быстрым шагом направились в сторону дворца, широкими прыжками поднимаясь по каменной лестнице, от реки на устланную камнем набережную. Все прибывшие были одеты как трубочисты, за исключением Вествуда. Их чёрные лица поначалу не привлекли к себе внимания, вызвав лишь удивление скоплением такого количества людей весьма специфической профессии.
До дворца они добрались в то время, когда из него уже слышались первые глухие выстрелы. Почётный караул из королевских гвардейцев, стоящих возле входа, был убит ирландцами, заколовшими их ножами. И их медвежьи шапки валялись куском грязного чёрного меха на чистой мостовой, раскрашенной ярко-алой струйкой английской крови.
Ирландцы уже проникли внутрь здания, вслед за ними туда забежали и все подоспевшие трубочисты, за исключением Вествуда, который быстрым шагом направился в ближайшее кафе и, усевшись там, занял подходящую наблюдательную позицию, осматривая Вестминстерский дворец через прозрачное стекло витрины с безопасного расстояния. Он ждал дальнейшего развития событий.
В 12.25 по Гринвичу, из окна, расположенного на втором этаже, высунулся чёрный флаг, представляющий собой лоскут чёрной материи, насаженный на обычную палку. Кажется, это была швабра. Вествуд понял, что и вторая часть задуманного им плана уже осуществилась. Пора было подумать и о себе.
Заплатив за лёгкий обед в кафе, он вышел и неторопливой походкой никуда не спешащего человека, направился к катеру. До него он добрался без проблем и, благополучно сев на него, уплыл к одной из частных пристаней, расположенных возле дома известного всей Англии банкира. Сойдя на берег, он пружинящей походкой прошел мимо дома банкира и вскоре скрылся из поля зрения хозяина катера.
Добравшись до небольшого перелеска, Вествуд переоделся в одежду обычного клерка и, поймав на дороге проезжавший мимо кэб, укатил к железнодорожному вокзалу, откуда уже спокойно уехал в порт Саутгемптона. Конечно, начиная со вчерашней ночи, его искали, и искали очень хорошо. Лучшие сыщики пресловутого Скотлэнд Ярда страстно желали познакомиться с ним.
Но что могли с ним сделать полицейские, занимавшиеся, в основном, рутинной работой, расследующие бытовые и уголовные преступления, совершаемые не очень умными, либо слабо подготовленными, во всех отношениях, преступниками.
Вествуду, прошедшему не одну передрягу и умеющему перевоплощаться в других людей, не хуже Шерлока Холмса, их потуги были смешны. Вместе с тем, он не преуменьшал их возможности по его розыску, а потому заранее подстраховался и сменил не только внешность, но и все документы, указывающие на то, кто он есть на самом деле.
Из порта Саутгемптона, выбранного не случайно, Вествуд, купив билет на ближайший пароход, уплыл в Египет. В последнюю минуту он успел взять у мальчишки — разносчика свежий номер газеты «Дейле телеграф», вся первая полоса которой была посвящена нападению на здание британского парламента, а вторая — убийству Эдуарда VII. Третья и четвёртая полосы издания были заполнены планируемыми боевыми действиями в Африке, направленными против царя Иоанна Тёмного, чьё имя сейчас было у всех на слуху, а также сложившемуся международному положению Британской империи, в связи со всем этим.
А в это время в Вестминстерском дворце происходило следующее. Группа из девяти ирландцев, воспользовавшись беспомощностью парадных расчетов (у нас они такие же, только шагать умеют), ворвалась во дворец и стала резать королевских гвардейцев и переодетых в штатское платье полицейских, которые попытались, было, прийти на помощь гвардейцам.
Крики внезапно застигнутых врасплох людей огласили высокие своды центрального холла дворца. Кто-то, из самых сообразительных мелких чиновников, попытался сразу сбежать, но был пойман и убит «трубочистами» на выходах из здания, которые оказались уже все захваченными.
Нисколько не скрываясь, ворвавшаяся толпа негров, возглавляемая ирландцами, опрометью помчалась по всем коридорам и лестницам дворца, врываясь в служебные кабинеты и залы заседаний, убивая всех, там находившихся.
— Что это за шум? — стукнув деревянным молотком по столу, вопросил лорд-канцлер маркиз Солсбери, который вновь занял это кресло после своего переизбрания.
Все стали недоумённо оглядываться по сторонам, а стоящий на страже гвардеец рискнул выглянуть наружу, с целью узнать желаемое, и сразу же получил пулю в голову. В тот же момент, двери в Палату лордов распахнулись настежь.
Увы, никто не стал спрашивать маркиза Солсбери: «Которые тут временные? А ну-ка, слазь!» А без разговоров выстрелили ему в лицо из маузера. Рядом с ним упал и лорд Чемберлен, получив револьверную пулю прямо в сердце. Ирландцы обошлись без криков: «За Свободную Ирландию!» или «Смерть саксам!», не желая привлекать внимания непосредственно к самой Ирландии, о чём их предупредил Вествуд. Им было достаточно того, что сам факт мести, наконец-то, свершился и справедливость восторжествовала.
Дальше началось форменное избиение парламента. Грохот выстрелов, пороховой дым и крики убиваемых людей заполнили собою гулкое помещение. Бегая и прыгая по залу заседаний, как сайгаки, негры вытаскивали из-под кафедр и скамеек спрятавшихся там перепуганных людей, и тут же убивали их ножами или выстрелами в упор.
Дикая ярость и жажда крови охватила этих чернокожих дикарей, и обе палаты: и палату общин, и палату лордов захлестнула волна насилия, утопив кабинет Министров в крови. Укрываясь от преследователей, высшие лорды и простые парламентарии выбрасывались из окон, бежали на чердак или к запасным выходам, пытаясь спасти свои жизни. Некоторые из них бросились наверх, в башни, и оттуда перебирались на крышу, но и там их настигали меткие выстрелы фанатично настроенных негров. Нигде не было спасения.
Из некоторых кабинетов слышались ответные выстрелы, производимые из личного оружия. Несколько гвардейцев и полицейских организовали отпор, убивая негров и возглавлявших их ирландцев, но преимущество было целиком на стороне нападающих.
Сила ярости и организованность легко переломили силу отчаяния и безысходности застигнутых врасплох англичан. Все они пытались найти ответ на один вопрос — откуда тут, в самом центре Лондона, могли взяться воины Иоанна Тёмного?