Табу (СИ)

– Мама заболела сильно. Целый день вчера не вставала, не ела.
– Та-а-ак… А что ваш батёк? Лечит ее?
– Мама не пьет таблетки. Не хочет ничего.
Не понял! Это что за режим саморазрушения?
– Так, с мамой понятно. Но папа-то ей скормил таблетки? Взял выходной и сидит рядом?
Мальчики переглянулись. Макар отрицательно покачал головой.
– Та-а-ак. Ведите меня к вашей маме. Лечить буду.
Сыновья Нины нерешительно замялись.
– Ребята, нам мама здоровая же нужна, верно? Никто больной не хочет лечиться. Хочет, чтобы о нем заботились, так? Иногда надо не слушать больного, а просто лечить. Согласны?
Парни нерешительно кивнули. Двери лифта открылись.
Я вошел в квартиру Нины следом за ребятами и посмотрел на свои белые руки.
Вот же ж! И не помыться у бабули.
Ладно, сначала проверю Нину, потом все остальное.
– Пацаны, проводите к маме.
Макар довел меня до двери спальни и открыл дверь. Темнота, зашторенные окна и комок отчаяния на кровати. Настолько горького, что я вдохнуть его не могу. Эмоции пропитали тут все.
– Нин, – позвал я тихо.
Девушка не откликнулась. Я плохо видел в темноте из-за зверя, зато хорошо слышал и чуял. Она дышала прерывисто, что мне совсем не понравилось. Даже не трогая ее я знал, что Нина в горячке.
Я открыл шторы, подошел к паре и присел у кровати. Она едва приоткрыла глаза, потом закрыла. Снова приоткрыла и снова закрыла, будто ей было тяжело делать даже это.
Я протянул руку к ее лбу, но увидел, что весь белый.
– Снежная Скала… – пробормотала Нина и, судя по дыханию, провалилась в сон.
– Где у вас аптечка?Я быстро помыл руки в туалете и спросил у Матвея:
– Там.
Я нашел все, что мне нужно, за минут. Померил температуру ртутным градусником, потому что электронного тут не было. Видимо, Нина, как и я, не верит им. Шкала показала тридцать девять.
И этот СерОжа еще называет себя мужем? Спокойно ему там работается?
Я дал жаропонижающее, спазмалитик и антигистаминное – набор, который помогает людям при подобной лихорадке. И тут в дверь позвонили.
Муженек не стал бы звонить. Тогда кто?
В глазке мелькнула дамочка. Мальчишки, как назло, устроили возню с водой в туалете, поэтому помочь дельным советом не могли.
Я открыл дверь и женщина среднего возраста уставилась на меня, как на бунгало среди города.
– А Нина где? – спросила она, на секунду отведя взгляд за меня.
– Я за нее.
– Вы? – женщина посмотрела сначала мне в глаза, потом на руки и часто-часто заморгала. – Ну, хорошо.
И зашла.
Сняла обувь, поставила сумочку на пуфик и прошла в дверь комнаты, где я еще ни разу не был. А там какие-то финтифлюшки, фены, баночки, и даже раковина как в парикмахерских.
И тут у меня все срослось. Конечно же! Это клиентка пришла к Нине. Насколько же моей родной плохо было, что она забыла всех отменить?
Но сегодня же воскресенье? Нет, не воскресенье. Ребята были в школе, муж – на работе. Значит, уже понедельник!
Вот это ощущение времени вне тебя было по-настоящему пугающим. Страшным. Никому не пожелаю пережить подобное.И как у меня выпали из жизни два дня?
Нет, я, конечно, слышал, что ради красоты дамы готовы на все, но не до такой же степени!Я посмотрел на руки – единственные части меня, которые были помыты от строительной пыли. И женщина не испугалась?
– А где Ниночка? – Спросила женщина, садясь в кресло на колесиках.
– Секунду, – я постучал к ребятам, что заняли совместный санузел, а потом зашел к своей паре в спальню.
Она спала безмятежным сном. Не буду же я ее будить.
Мальчишки проскочили в свою комнату, что-то пряча, а я решительно вошел в ванную. Ну, душ так душ!
Но уже вытерся.Быстро ополоснулся. Застыл при выборе полотенца, испытал невероятный соблазн вытереться Нининым и оставить ее запах на себе. Я сказал себе твердо – нет.
Р-р-р! Никакой силы воли.
А во что одеться?
Я быстро прополоскал свою одежду – штаны да футболку, отжал как следует и надел на себя. Вещи липли, плохо налазили. Но что поделать? Не в СерОжины же шмотки влезать!
Я вошел к клиентке, и она открыла рот.
 
– Сегодня Нина дарит вам уходовую процедуру бесплатно.
Я даже погуглил, как правильно это говорить.
– Да? Но мне нужно нанопластика… Мне уезжать через неделю.
– Нина сожалеет, что не может сделать обещанное. Она заболела и была не в состоянии оповестить о своем состоянии. А когда поняла, то было уже поздно. Позвольте я извинись целебным массажем головы.
– Вы?
– Да. Я знаю все места головы. Как видите, мне не мешают волосы, чтобы узнать о всех точках досконально.
Я врал, как дышал. Дамочка же слушала, широко распахнув глаза и подняв брови. А когда я начал массаж, изо рта ее вырвалось: “О-о-о”.
Я смотрел на время. Пять минут, десять, пятнадцать.
Клиента уже давно расслабилась, закрыла глаза и упорхнула на облака удовольствия.
– Готово. Теперь забудете о головных болях на целый год.
– Правда? – Женщина лениво распахнула глаза, посмотрела на меня поведенным взглядом и улыбнулась.
Я проводил ее до двери. Она едва пошатывалась, когда влезала в обувь.
– А вы будете в следующий раз?
– У меня долгий эффект!
Мне показалось, или дама расстроилась?
Я закрыл за дамой дверь, а потом сунулся к мальчишкам:
– Ребята, нужна ваша помощь.
Макар и Матвей тут же подскочили ко мне:
– Куда мама записывает всех своих клиенток?
– В телефон. В заметки.
– У нас задание, спецагенты. Нам нужно обзвонить маминых клиенток и отменить их на сегодня. Как думаете, справимся?
Макар отрицательно замотал головой, Матвей – положительно.
– Значит, прорвемся.
Через двадцать минут я сидел с телефоном Нины и листал заметки. Мы отменили всех на сегодня, и я обалдел от количества людей и загруженности истинной. Она не работала – она пахала. Каждый будний день с утра до ночи. Не удивительно, что девушка заболела.
Я измерил температуру Нине еще раз. Тридцать семь и три. Уже лучше.
– Дядя Скала, а у нас есть нечего. – Макар просунул голову в дверную щель.
– Не вопрос. Что хотите? Заказать готовое или приготовить?
– Супчика бы.
Супчик, так супчик!
Я заказал продукты, быстро соорудил супчик, морсик и ужин и зашел к Нине. Мне уже не нравилось, что она даже не открывала глаза, словно погрузилась в летаргический сон, приправленный лихорадкой.
Говорят, что сон – лучшее лекарство. Это тот случай?Я поставил на тумбу тарелку супа, стакан морса, а потом посмотрел на часы. Будить или дать организму самому работать так, как он хочет?
Я не удержался и провел рукой по буйным кудряшкам. Они оказались такими пушистыми на ощупь, что не хотелось отрываться. Но Нина начала хмуриться во сне, и я отстал.
Позвонил Леону за консультацией. Он сказал проверить сухость и бледность губ, цвет ногтевой пластики и сухость кожи рук. Мой осмотр и ответ его устроил, и он сказал оставить даму в покое и дать поспать.
Что ж, доверюсь, но приглядывать буду. А пока спущусь вниз. Нельзя оставлять без туалета такую почтенную даму, как бабуля.
Я позвал заметно повеселевших после куриного супчика ребят, дал им почетное поручение приглядывать за мамой и свой номер телефона.
А сам пошел в квартиру этажом ниже выкладывать плитку.
  
Глава 15
 
Я открыла глаза от странного шума. Сережа словно застирывал занавеску воздухом, не снимая с карниза. Это показалось так странно, что я не сразу поняла, что проснулась, и это не сон. Пока он не повернулся ко мне и не обратился с вопросом.Нина
– Доброе утро. Точнее – вечер. Как ты?
Смысл сказанного долго доходил до меня. Я словно медленно освобождалась из моральной паутины. Прислушалась к себе.
– Лучше, – сонно прохрипела я.
Я чувствовала, что выбралась из жуткого состояния, когда сил хватало только на дыхание. Мне больше не хотелось закрыться от всего мира.