Не чужие дети (СИ)
Есения
От прохлады раннего утра не осталось и следа. И хотя небо было затянуто, кофту я расстегнула.
– Можем сесть на веранде, – предложил Азаров, пропуская меня в кафе.
Ни дать ни взять мистер Хорошие манеры. Я посмотрела на него исподлобья. Со стороны – идеальный, только никто тут не знает, какой он на самом деле.
– Да, давайте сядем на веранде, Михаил Григорьевич.
– Можно просто Михаил.
– Думаете?
– Уверен.
– Хорошо, можно на веранде, просто Михаил.
Он не усмехнулся, но уголок рта всё же дрогнул, и в глазах появилось нечто вроде крохотных бесенят. Мне и самой вдруг захотелось улыбнуться.
***
Усевшись за угловым столиком, мы сделали заказ. Стены веранды были добротными, плетёными, а сама она выходила в зелёный двор.
– Здесь хорошо, – заметила я, отодвинув меню.
Вообще-то, в планах у меня был обед, взятый с собой из дома. Утром я клятвенно пообещала себе, что с этого дня буду экономить на всём. Начиная от еды и заканчивая косметикой. Можно же найти альтернативу привычной итальянской туши и колготкам из элитного магазина нижнего белья. И вместо обедов в кафе домашней едой тоже можно. Только с первого же дня Азаров спутал мне все планы. Не достану же я перед ним лоток с салатом и куриной грудкой!
– Расскажи мне о себе.
– Вы всегда можете открыть моё личное дело.
– Могу, но оно не заменит личного разговора. Как я понял, с мужем вы разъехались?
Да что же он привязался к моему мужу?! Как будто это для него главное!
– Да, – всё-таки ответила я. – Нет ничего хуже, чем жить с бывшим в одной квартире. Я так считаю.
– Почему же? Куда хуже жить в одной квартире с бывшим мужем и общими детьми. А если ещё добавить его мать…
– Ой, не надо, – замахала я, представив эту картину.
На щеке Михаила появилась ямочка. Я вдруг смутилась. Напротив меня сидел мужчина, словно сошедший с экрана. Такой мог быть в равной степени героем романтической мелодрамы или боевика. А мог и главным злодеем. Вне сомнений, мерзавец в его исполнении получился бы отменный.
– Я сейчас на съёмной, – призналась я. – Не хочу иметь с бывшим мужем ничего общего.
– Он тебе изменил?
– С чего вы взяли?
– Простое предположение.
Я чуть не фыркнула. Хотелось послать его вместе с его дурацкими предположениями, но желание исчезло быстро. Я вдруг поняла, что до сегодняшнего дня ни с кем об этом не говорила. Разве что с Софьей, но вскользь.
Официантка принесла напитки, столовые приборы и хлеб. Вдохнув его аромат, я поняла, как проголодалась. Достала посыпанную семечками ржаную булку и отломила кусочек.
– Да, – всё-таки ответила я. – Изменил.
– С подругой?
Мотнула головой.
– С… – Каким чудом я остановилась и не сказала «с няней», не знаю.
Вот же сволота!
Глубокий взгляд, веранда, тёплый безветренный день и предвещающая дождь духота. Он специально выводил меня на откровенность и делал это настолько мастерски, что за несколько минут я едва не выдала ему свою тайну. Нет, не подошёл бы он на роль романтического героя! Только на роль сволочи и мерзавца.
– В общем, всё это уже неважно. Лучше расскажите мне о себе.
– Что ты хочешь знать, Сеня?
Я поджала губы. Он специально! И это тоже специально!
Глянула со злостью. Протянув руку, он забрал у меня половину булки и отхватил здоровенный кусок. Да куда в него лезет?!
Поставившая на стол салаты официантка разрядила обстановку. Вернее, помогла мне не вспыхнуть.
Проигнорировав Михаила, я взялась за еду. То ли так сильно хотела есть, то ли тут очень хорошо готовили – самый дешёвый салат из представленных в меню показался безумно вкусным.
– Квартира далеко от работы?
Я посмотрела с вопросом. Так увлеклась салатом, что не сразу поняла, чего ему надо. Наткнулась на изучающий взгляд. Михаил отломил кусок булочки. Я как завороженная проследила за этим. По телу прокатилась тёплая волна и сосредоточилась внизу живота.
– Да… Нет, не далеко. Нормально.
– А прав у тебя нет?
– На что?
– Водительских, Сеня. Тех, что дают разрешение садиться за руль.
– Я знаю, что такое водительские права. Нет, их у меня нет. Не вижу смысла учиться водить машину, если купить её нет возможности.
– А желание есть?
– Есть. Но пока у меня в приоритете другое.
– И что же?
На сей раз я вовремя себя остановила. Никто и никогда не называл меня Сеней! Ни в институте, ни в школе! Даже в саду!
– Обед. – Ткнула вилкой в салат.
Михаил хмыкнул. Забрал тарелки у подошедшей официантки и поставил на стол. Посмотрел на мою, потом на меня.
– Могла бы выбрать что-нибудь поинтереснее. Всё равно за обед плачу я.
– Не стоит. Я сама в состоянии заплатить за свой обед.
– Не стоит. – Он макнул булочку в подливу и положил в рот. – Заплатить за твой обед мог бы даже студент. Дорогая, видимо, у тебя квартира.
– Нормальная. В самый раз. А если вы намекаете на картошку и салат – я не люблю мясо.
– А зря. – Он наколол на вилку крупный кусок гуляша. Сунул в рот и по-кошачьи зажмурился от удовольствия.
У меня чуть слюнки не потекли. Сволочь! Какая же он сволочь! И считывает всё на раз-два.
***
Я почти закончила с картошкой, когда зазвонил телефон. Посмотрела на дисплей и, ответив, встала. Отошла подальше от Азарова.
– Есь, у Даши температура, – выдала Софья. – Она с самого утра была вялая, потом мне показалось, что она горячая, и вот…
– Высокая?
– Тридцать семь с половиной.
– Самая поганая, – вздохнула я.
Ну почему не одно, так другое?!
– Извини, что позвонила. Понимаю, что у тебя там всё совсем плохо. Но она капризничает, ноет, тебя требует. Я посижу с ней, конечно, но если у тебя будет возможность, постарайся вырваться.
– Думаю, я…
На плечо мне опустилась ладонь. Я порывисто повернулась к Азарову и наткнулась на его внимательный взгляд.
– Я перезвоню, – сказала поспешно и только успела нажать на отбой, как Михаил взял у меня мобильный.
– Твоя подруга? – поинтересовался, возвращая.
– Нет, соседка.
– И зачем соседка звонит тебе посредине дня? – Он приподнял бровь.
– А какая вам разница? Сейчас обед. Или теперь вы и мои звонки будете контролировать? – Я вскинула голову.
Михаил стоял близко, и среди множества окружающих запахов я отчётливо различала его. Капля бергамота и горьких трав вперемешку с терпкостью. И ещё нотки чая, который он только что пил.
– У нас что-то с краном. Вернее, у неё. Михаил Григорьевич… – решение пришло мгновенно. – Мне нужно съездить домой. У соседа снизу по трубе течёт. А квартира…
– Как же ты быстро превратилась в канарейку.
– При чём тут канарейки?! У меня потоп в квартире!
– Да так… щебечут они сладко. – Он проверил время. – Хорошо, на сегодня ты свободна. Но в течение недели должна будешь всё отработать. Четыре часа за тобой.
– Отработать?! А ничего, что я вчера весь вечер развлекала вас и ваших японцев?!
– Ты должна отработать четыре часа, Есения. – Лицо и голос мигом стали жёсткими. – Вчера ты работала. И, если понадобится, будешь работать до ночи каждый день. Иди. За тобой шесть часов отработки.
– Четыре! – вознегодовала я.
– Шесть, – отчеканил он. – И не пытайся гнуть свою линию. Иначе будет восемь.
Глава 7
Когда я приехала, температура у Даши была уже почти тридцать восемь. Не надо было врать утром воспитательнице, что дети приболели. Вот, пожалуйста! Слова, как говорится, материальны.
– Я балкон открывала, – призналась Соня. – Чай пила. Даша ко мне пришла. Но вроде тепло было.
Соседка расстроенно посмотрела на малышку. Даша выглядела вялой, но в постель идти отказывалась категорически. Увидела меня, подскочила и больше не легла, как я ни уговаривала.