Не чужие дети (СИ)

– А что это у тебя? – показал на чашку.
– Кофе. Я утром всегда пью кофе.
– Можно попробовать? – Он поднял голову и снова зевнул. Потёр глаза кулаками и, кажется, всё-таки начал по-настоящему просыпаться.
– Ты же уже пробовал и сказал, что тебе не нравится.
– Я ещё раз хочу.
Я подвинула к нему чашку. Отхлебнув, Костя поморщился и потянулся к сахарнице. Я подвинула её ближе, и племянник сам добавил сахар. Мешал, хмурясь, а я наблюдала за ним.
– А ты не передумаешь насчёт коньков? – вдруг спросил он.
– Не передумаю. Только ты должен пообещать, что тоже не передумаешь заниматься. Это сложный спорт, Кость. И большой труд. Придётся много работать и ещё успевать делать уроки.
– Я знаю. – Он отпил сладкий кофе. Облизнул губы. – Вот так вкусно. Попробуй. Ты пьёшь гадость, а с сахаром вкусно.
Сладкий кофе я ненавидела, но всё-таки поддалась. Костя ждал одобрения.
– Вкусно, – подтвердила я. – Но мне всё равно больше нравится без сахара. Так что? Ты дашь мне честное слово мужчины, что не передумаешь кататься?
– Да! Честное слово мужчины! И про Олимпиаду не передумаю! – запальчиво протараторил он. – И про золотую медаль.
Малодушная мысль сказать, что с фигурным катанием ничего не выйдет, рассеялась. Да, встав, я убедила себя, что именно это надо сделать. Сказать, что у нас нет денег. Но кто просил меня давать поспешные обещания? Да и как было не пообещать коньки мальчику, у которого не осталось никого, кроме меня и маленькой сестры? Мальчику, который в ответ пообещал подарить мне свою олимпийскую медаль?
***
– Спасибо тебе, Сонь, – в который раз поблагодарила я соседку.
– Прекрати, пожалуйста. С тебя пирожные, как и договаривались. Всё, больше ничего слышать не хочу.
– Давай я тебе всё-таки заплачу. Понимаю же…
– Если бы понимала, не говорила бы такую чушь, – строго оборвала она. – Я прекрасно вижу, как тебе трудно. Если бы не могла, так бы тебе и сказала.
– Спасибо, – сдалась я.
Соня постучала в дверь ровно без десяти, пять. До сегодняшнего дня я уже пару раз обращалась к ней, просила присмотреть за Дашей. Как бы неловко ни было, других вариантов придумать я не успела.
На ходу вызывая такси, спустилась вниз. Утро было прохладное, и я, закутавшись в кофту, пару раз глубоко вдохнула. Будь ты неладен, Азаров!
На въезде появилась машина. Через пару минут такси уже везло меня к офису, а я морально настраивалась на новый день. Что ещё придёт на ум моему новому генеральному директору? Но эти мысли я быстро прогнала – заменила другими. Представила себе стоящего на верхней ступени пьедестала Костю и повзрослевшую Дашу в свитере с котятами. Так и будет.
– Всё сделаю, чтобы было так, – сказала одними губами и повернулась к окну. На дороге ни единой машины, на тротуаре ни одного человека. К этому просто нужно привыкнуть, и всё.
***
В офисе не было никого. Круглосуточно дежуривший на первом этаже охранник посмотрел на меня, как на придурочную, когда я прошла мимо него к лифтам. Примерно так я себя и чувствовала – ненормальной мазохисткой, пляшущей под дудку самовлюблённого извращенца Азарова.
Включив компьютер, загрузила данные и зевнула. Нет, без кофе сегодня я не выживу, тем более что Костя отнял у меня почти всю чашку.
Кофемашину я запустила со стойким ощущением, что нахожусь внутри фильма ужасов. В пустом офисе было неуютно. Ни разу за все пять лет я не оставалась тут одна. Взяла чашку и тут же едва не выронила её – свет включился резко и везде разом, в коридоре послышались шаги.
До конца испугаться не успела – дверь распахнулась, и в приёмной появился Азаров.
– Как раз вовремя, – сказал он и забрал у меня кофе. – Отлично, как я люблю. Принеси мне что-нибудь сладкое. Ты уже начала заниматься документами?
Что было сильнее – ярость, негодование или недоумение, даже не знаю.
Напыщенный мерзавец! Я посмотрела на чашку в его руках и сцепила зубы.
– Начала. Но решила вначале сварить кофе.
– Это правильно. – Он сделал глоток. – Я в кабинете, – добавил он и ушёл к себе.
 
Гнев взбодрил лучше любого кофе, но я всё же снова включила кофемашину. Нашла грёбаные орешки и насыпала ему полную пиалку. С верхом.
– Хоть обожрись, – процедила себе под нос и понесла орехи боссу.
Его пиджак снова лежал на подлокотнике дивана, сам он откинулся на спинку кожаного кресла и цедил кофе. Взглядом показал на стол.
– Что-нибудь ещё? – поинтересовалась зло.
– Пока нет. Жду бумаги. К восьми они должны быть у меня на столе.
– Вчера вы написали, что к половине девятого! – напомнила я.
– Да. А сегодня они мне нужны к восьми. Поэтому иди и займись делом, Есения. Как, кстати, тебя зовут сокращённо? Сеня?
– Еся, – отрезала я. – И никакой Сени, никогда. Это моё правило. Либо Есения, либо Еся.
Сказав это, я вернулась за свой стол. От ярости разве что руки не дрожали. К восьми ему? Может, вообще к семи?! Открыла документы, отпила кофе. И, заметив пакет с орешками, подвинула к себе. Поделится, не обеднеет. А обеднеет – проблемы его.
***
Погрузившись в работу, я в прямом смысле потеряла счёт времени. Опомнилась, только проверив последний. Без пяти восемь. Распечатать и… Кофе.
Постучав, вошла к Азарову и, ничего не сказав, положила перед ним бумаги. Поставила наполненную чашку.
– Я не просил тебя сделать кофе.
– Вы и утром его не просили.
Он посмотрел на часы. Ни спасибо, ни усмешки, ни удовлетворения.
– Закажи мне большой шоколадный кекс и натуральный йогурт. Когда привезут, сделаешь ещё кофе и принесёшь всё вместе. – Смерил меня взглядом. – И ещё купи себе нормальные туфли. Моя помощница не должна ходить в лаптях.
– Это Гуччи! – возмутилась я.
– Да плевать. Выглядят, как лапти. И тебя делают похожей на колхозницу.
Как не вылила кофе на документы и не затолкала всё это ему за воротник, не знаю. Мысленно досчитала до пяти.
– Мне нравятся мои туфли, – сказала жёстко. – Я не собираюсь выполнять ваши прихоти и бегать по офису на шпильках только потому, что это удовлетворяет вашим эстетическим принципам, Михаил Григорьевич. У меня есть туфли на высоких каблуках, и, если дело касается деловых встреч с партнёрами, я непременно буду приходить в них. Но не более того. У меня хорошие туфли и хороший вкус. Во всём. В том числе в том, что касается завтраков. Но вам я закажу шоколадный кекс и принесу его вместе с третьим кофе. А теперь позвольте мне пойти выполнять ваше распоряжение. Иначе, боюсь, курьер может на пару минут опоздать.
– Да, иди. – Он откинулся на спинку. – Ещё закажи мне пару батончиков с кешью и финиковой пастой. Люблю орехи и сладкое. Это вкусно. Так что относительно завтраков на свой вкус я не жалуюсь. Тем более, – он хлопнул себя по плоскому животу, – с генетикой у меня всё отлично. Врать, что овсянка на завтрак – вкусно, мне незачем.
Фыркнув, я развернулась на каблуках. На двухсантиметровых, удобных каблуках. Да пошёл он к чёрту! С генетикой у меня тоже всё в порядке! И да, я люблю овсянку! Что дальше?! Надеюсь, хотя бы это он придумал сам, а не прочитал в моём личном деле!
***
Собрание прошло обыкновенно. Сколько подобных было в моей жизни – не сосчитать. Когда всё закончилось, Михаил отпустил всех, остаться попросил только меня.
– Что ты думаешь о руководительнице отдела маркетинга? – спросил он, присев на край стола.
– Даже не знаю… – Я дёрнула плечом и задумалась. – Претензий к ней никогда не было. За свою работу она отвечает. Разве что роман у неё с руководителем отдела финансов, – добавила в шутку, хотя это и было правдой.
Улыбнулась. Азаров хмыкнул.
Что я могла сказать? Про отношения ребят знали все и давно.
– Ясно всё. – Он вручил мне папку. Посмотрел на часы. – Ладно, поехали.
Я вспомнила график. Никаких пометок о встречах в нём не было. Точно не было!
– Снова японцы? – спросила с лёгким сарказмом.
– Нет, обед. Составишь мне компанию.