Жека (СИ)

— И чё? Чё вы собрались открывать? — спросил Митяй. — Или я до чего-то не дотягиваю?
— Не дотягиваешь... — Жека прямо посмотрел Митяю в глаза. — Смотри... Назад дороги нет, Митяй. Если ступишь с нами на эту поляну, то всё... Назад дороги нет, братан!
— Говори давай, чё там у тебя.
— Бабло-то у нас есть. И есть вот откуда, — Жека понизил голос, и чуть слышно обсказал всю ситуацию с бабками на пустыре. Где взяли, как взяли, и почему взяли. Чем дальше Жека рассказывал, тем больше офигевал Митяй. А в конце даже сидеть не смог.
— Ну вы блин даёте! — с удивлением сказал он, и покачал головой. — Мда...
На большее его не хватило. Сожалел ли он о том, что услышал? Да хрен его знает. Но то, что совсем по-другому стал смотреть на своих же дружбанов, несомненно.
— И с чего мы начнём? — спросил Славян. — Ох... Голова набекрень.
Вид у него был удручённый. Он не знал ни что делать, ни как делать. Речка была новым районом, на весь район один продуктовый, да один овощной магазин. Опорный пункт милиции и ЖЭК с подростковым клубом и детской библиотекой. Все помещения, пригодные для дел, находились в центре. А в центр Сахар сказал им не соваться. Мутить надо здесь и сейчас.
— Митяй, тебе же 18 лет есть? — спросил Жека, пихнув другана.
— Ну есть. А чё? — пробурчал Митяй. — Мне в армию осенью идти. Ща шарагу закончу...
— Не в армии дело. Кооператив откроем.
— И чё делать? — недоумённо спросил Славян. — Чем в этой деревне заниматься?
— Заниматься надо тем, что ты лучше всего умеешь, — уверенно сказал Жека. — Вот что ты больше всего умеешь?
— Драться умею. А чё ещё?
— Вот, значит, драться и будем.
— Это как? — заинтересованно спросил Славян. — Бои без правил что-ли? Да ну, Жека, чудачество это. Там всё здоровье и зубы оставишь.
— Зачем драться? Можно охранять. Откроем частный охранный кооператив.
— Ну... Хахаха! — засмеялись пацаны в унисон. — И кого ты будешь охранять?
— Да кого хочешь. Кооператоров. Директоров заводов, шахт.
— И кто к нам пойдёт? Где взять помещение? — всё так же недоверчиво, но уже более заинтересованно спросил Славян. — В подъезде что ли зависать?
— Почему в подъезде, братан? — усмехнулся Жека. — У нас вон, клуб детский есть. Надо нам клуб отжать. Кикбоксёров тоже оттуда выгнать.
— И как ты это сделаешь?
— Да очень просто. Сожгём его.
— И? Что дальше?
— А дальше наш кооператив сделает ремонт, и возьмёт здание в аренду.
— Не, Жека, — замотал головой Славян. — Это полная лажа. Не получится. Кто ремонт будет делать? На что?
— Братан! — удивился Жека. — У тебя 30 кусков лежит. Это же капитал!!! Не ссы! Хватит на всё.
— Ну... Ладно... А как с арендой? Кто поможет?
— Сначала сами. Если не получится — Сахар поможет. Или подскажет, кому занести.
— С чего он тебе помогать будет? — недоверчиво усмехнулся Славян. — Как-то не весело он с тобой базарил.
— Сахар любит бабки, — уверенно сказал Жека. — Не ссыте. Всё будет ништяк. Главное — начать.
— И с чего начинать? — спросил Славян, уже догадываясь, что надо будет сделать.
— Михан купит пару бутылок ацетона. А дальше — дело техники. Бутылку в окно и готово.
— Не надо и покупать, — пробурчал Митяй. — У меня есть в шараге. Там ремонт делают. Стырю да и всё. Чё, когда пойдем?
— В понедельник, — сказал жека. — В будни народу меньше шарится. И пойдёшь ты один.
— Один? — растерянно спросил Митяй. — Я думал... Мы все вместе...
— Там всем нечего делать, — уверил Славян, уже ухвативший суть всего. — Чё мы палиться все будем? Разбил окно, бутылку поджёг, бросил, убежал. Бросай в богадельню Егорыча. Если там всё сгорит, мы отремонтируем за свой счёт и там себе базу сделаем.
— Верно мыслишь, — усмехнулся Жека, и хлопнул другана по плечу. — Молодец. Сразу суть схватил. Главное — помещение там отхватить, и документы на кооператив получить. Сахар поможет.
— Почему? — недоумённо спросил Митяй. — Какой ему вообще резон нам помогать? Вы всё говорите «Сахар то, Сахар это». С чего он будет таким добрым? Пусть даже и любит бабки?
 
— Мы примем Сахариху на лето. На работу.
— Ахахахах! — Митяй расхохотался с такой силой, что голуби, сидевшие неподалёку в детской песочнице, с шумом разлетелись в разные стороны. — Жека... Ты не смеши так. Ой, пля.... Ну не могу!!! Хахаха!
— Да мне и самому ржачно, — признался Жека, и тоже рассмеялся. — Но она всё равно балду пинает всё лето, шатаясь по району. А тут я Сахару скажу, что при деле будет.
— И чем ты её подпрягёшь? Полы мыть? — опять разоржался Митяй. — Чем она займётся там?
— Эээ, нет брат, она у нас на входе будет сидеть, такая красивая, и всех встречать, — Жека по наивности не понимал, что это может быть самой опасной работой.
— Ладно, чё попусту базарить? Всё. Договорились, — хлопнул по колену Митяй. — Чё завтра делать будешь?
— Не знаю. В кино схожу с Сахарихой.
— А как насчёт дискача? В ДК Металлургов?
— Нет... Туда одни отморозки ходят, — даже не улыбнувшись сказал Жека. — Опять подерёшься. Не. Щас на кону намного больше, чем там рожи бить окраиным.
— Давайте все вместе сходим, — предложил Славян. — Я Пущу подпрягу. Ну и холостяк Митяй.
— Хахаха, с чего ты взял, что я один буду? — опять заржал Митяй. Есть у меня одна девчонка на примете.
— И кто? Откуда?
— Увидите. Ладно. Завтра в 6 короче, здесь же.
А дома кипишь. Мать всё не могла решить, что делать с домом, оставшимся в деревне. С одной стороны, хочется и продать, закрыть сразу дыру в деньжатах, купить одежку малым, себе что-нибудь, мебелишку какую-никакую, с другой стороны, огромный огород в деревне неохота отпускать. И от города недалеко, и участок хороший, чуть запущенный, правда.
Дед жил по старинке, и выращивал что полегче и попроще — картошку, капусту, морковь, огурцы, лук. Из ягод только смородину и викторию. Однако в СССР традиционно были сильны традиции дачничества, и родители Жеки хотели себе дачный участок, и самим время проводить на свежем воздухе, и детям, да и выращенный урожай был бы как никогда, кстати. А если ещё посадить яблони, груши, вишню... Деда конечно жаль, но надо жить дальше...
Утром зашёл к Сахарихе позвать в кино. Брата не было дома, и она пригласила зайти. Посадила в зале, приготовила кофе себе и ему, принесла маленькие домашние булочки. Вкусные, типа плюшек.
— Ты пекла?
— Ну а кто? —возмутилась Сахариха. — У нас слуг ещё пока нет.
— Ещё? Хахаха! — расхохотался Жека. — А что, могут быть?
— Ромка не хочет тут жить... — даже как-то грустно ответила Светка, и чуть отхлебнула кофе. — В городе, говорит, скоро большие разборки могут быть. Лучше в деревне построить коттедж.
— И что? Строите уже?
— А тебе всё хочется знать, негодяй! — притворно рассердилась Сахариха, и пнула Жеку в ногу босой маленькой ножкой. — Откуда мне знать? Я не знаю. Он мне не говорит. Сказал лишь что в городе становится опасно жить.
Помолчав, добавила:
— И мне в том числе. Но ты ж меня защитишь, да? А, Женяяя, Жееенечка??? Женюля!!!
Сахариха стала ластиться как кошка, села Жеке на колени, обняла обеими руками... Короткий розовый халатик распахнулся и поднялся выше бёдер, а там... А там Жека увидел свой подарок Светке на днюху. Тончайший нейлоновый лифчик с вышитым кроликом слева. Впрочем, кролик, символ Плейбоя, нашит с умом. И совсем не закрывает крупный розовый сосок. Рука Жеки автоматически нащупала на попе такие же тонюсенькие трусики. Она надела подарок! Он ей понравился!
— Чудо ты моё... — прошептала Сахариха, закрыла глаза, и нежно поцеловала Жеку ароматным ротиком с привкусом кофе и ванили.
.
  
Глава 23. Сгоревший подростковый клуб и кооператив "Удар"
 
Воскресенье провели как положено советским молодым людям, комсомольцам и хорошистам учёбы. Гуляли по городу, покупали ванильное мороженое по двадцать копеек, пили газировку из автоматов, сидели на лавочке в сквере, курили, смеялись от всякой ерунды. И даже матом не говорили, и одеты были все культурно, по модному, в джинсу и кожу, а не как совки, в шерсть и балонь.