Короли анархии (ЛП)

Я отпустил Татум и шагнул прямо в лицо Киану, практически рыча на него, когда придвинулся достаточно близко, чтобы наши груди соприкоснулись.
— Если ты ищешь, с кем подраться, чтобы не начать плакать над своим драгоценным байком, тогда продолжай давить на меня, Киан, — бросил я ему вызов. — Потому что я с радостью воспользуюсь предлогом, чтобы надрать тебе задницу прямо сейчас.
— И почему же это? — подзадоривал он. — Мой брак действует тебе на нервы, Нэш? — съязвил он в ответ, разминая свои мускулистые руки и заставляя гнев во мне увеличиться в десять раз.
— Может, и так, — прошипел я, понимая, что это было чертовски глупо с Блейком и Сэйнтом в здании, но все равно не отступал. Если бы я не сказал этого сейчас, то понятия не имел, когда у меня появится шанс сказать это.
— Она заслуживает лучшего, чем быть замужем за семьей головорезов, — прошипел я.
— Да, — согласился Киан, как будто он прекрасно это знал, и это вернуло ему хоть каплю моего уважения. Или, по крайней мере, так было, пока он снова не открыл свой большой рот. — И она заслуживает лучшего, чем какой-то низкооплачиваемый гребаный учитель, который к тому же не может удержать свой член в штанах.
— Остановитесь! — Потребовала Татум, но было уже слишком поздно.
Я ударил Киана кулаком прямо в живот, и он схватил меня, оторвав от Татум и вытолкнув на середину комнаты.
Через несколько мгновений я снова был на нем, бил кулаками, ругался и дрался с ним так, как мы никогда не дрались на ринге. Это были дикие эмоции, боль и ярость, и я даже не знал, кто из нас чувствовал это больше.
— Что, черт возьми, происходит? — Голос Сэйнта разнесся по комнате за мгновение до того, как сильные руки схватили меня сзади за рубашку и оторвали от Киана.
Я был достаточно зол, чтобы замахнуться и на Блейка, но Татум поймала мою другую руку и твердо посмотрела на меня, встав между мной и гребаным дикарем, которого она назвала своим мужем.
— Нэш просто хотел помочь мне выплеснуть немного моего гнева, вот и все, — сказал Киан, одарив меня ободряющей улыбкой, как будто хотел, чтобы я это опроверг.
Он потянулся к Татум и оттащил ее от меня, зажав ее под мышкой и ухмыляясь, как будто на самом деле хотел, чтобы я сбросил все это дерьмо и раскрыл свои карты перед всеми присутствующими. Но я не дам Сэйнту Мемфису пропуск к тайне, которая могла уничтожить меня. Если бы он отправил меня в тюрьму, то это был бы конец всем моим планам и всему, над чем я работал все эти годы.
Я не мог позволить, чтобы это произошло. Мне нужно было добиться справедливости для мамы и Майкла, даже если это, черт возьми, убьет меня. Это было единственным, что имело для меня значение.
Мой взгляд скользнул к Татум, и тяжелое, неприятное чувство зародилось у меня внутри из-за лжи, которую я только что сказал себе. Потому что теперь это было чушью собачьей, не так ли? Месть больше не была единственным, что меня волновало. Еще была девушка с голубыми глазами и силой, заставлявшей мое сердце биться быстрее, не похожая ни на кого из тех, кого я когда-либо встречал, которая была мне чертовски дорога и которую я мог, блядь, потерять, если Сэйнт когда-нибудь узнает о нас.
Причины, по которым я хотел сохранить нашу тайну, заключались не в том, чтобы вытащить меня из тюрьмы, чтобы я мог пойти за его отцом и закончить то, что я начал. Я не мог вынести разлуки с ней. Я просто не хотел признаваться в этом самому себе, потому что это означало признать тот факт, что я был чертовски напуган мыслью о том, что с ней что-то может случиться. И этот мудак Ниндзя Правосудия, преследующий ее, наряду с угрозой со стороны членов «Ройом Д'Элит», семьи Киана и смертельного вируса, поразившего мир и сведшего всех с ума, означали, что у меня было много причин бояться потерять ее. И я знал, что это уничтожило бы меня, если бы я это сделал, но я даже не мог признаться в этом чувстве публично.
Я не мог предложить ей то, что было у Киана, женившись на ней и заявив всему миру, что она моя и я буду стоять между ней и любой опасностью, которая может встретиться на ее пути. Это оставило мерзкий, горький привкус зависти на моем языке и отчаянное чувство неполноценности, разливающееся по моим венам от осознания того, что я не могу предложить ей мир так же, как мог он. Или что любой другой Ночной Страж мог бы.
 
Я вырвался из хватки Блейка и отошел от них всех, плюхнувшись в кресло Сэйнта у камина и уставившись в пламя, пытаясь совладать со своими эмоциями, прежде чем выдам себя.
Остальные медленно подошли ко мне, Киан, Блейк и Татум заняли диван, в то время как Сэйнт стоял перед камином, возвышаясь над всеми нами, поскольку его силуэт вырисовывался на фоне оранжевого пламени.
— Я заказал сеть скрытых камер наблюдения, которые я собираюсь установить в ключевых точках кампуса и Храма, чтобы помочь нам выяснить, кто этот гребаный Ниндзя Правосудия, — сказал Сэйнт, переходя прямо к делу. — Завтра мы отправим запрос о предоставлении информации от студентов. Приз будет полезен для их карьеры за пределами этой школы. Я предложу им от нас одну услугу, к которой они смогут обратиться в любой момент в будущем. Большинство из них, по крайней мере, достаточно умны, чтобы понимать, что у нас уже более чем достаточно власти и влияния, чтобы короновать королей и разрушать империи, поэтому они были бы дураками, если бы не поддержали нас в этом.
— И что мы собираемся сделать с гребаным Ниндзя, когда разоблачим его? — Спросил Блейк, его глаза загорелись, как будто у него самого было множество жестоких и извращенных идей.
— Мы сделаем все, что в наших силах, — просто сказал Сэйнт, и даже у меня по спине пробежал холодок от этого предложения. Кто бы, черт возьми, ни решил напасть на Ночных Стражей, либо у него было больше мужества, чем у кого-либо из тех, кого я когда-либо встречал раньше, либо он был всерьез уверен в своей способности выйти сухим из воды. Или, может быть, он был просто чертовски глуп. — Тем временем, — продолжал Сэйнт, как будто это было заседание правления, и мы все собрались здесь только для того, чтобы послушать, как он излагает закон. — Пока Киан и Татум убегали, чтобы пожениться, я добивался большего прогресса в «Ройом Д'Элит».
— И? — Спросил Киан, оживившись при мысли о новой мишени для своего гнева, и я должен был признать, что мне тоже было любопытно.
— Основная проблема, с которой я сталкиваюсь, заключается в поиске комплекса. Честно говоря, для тебя, Киан, самым простым способом найти его было бы посетить одно из их мероприятий. Как участник, ты можешь получить доступ, и я мог бы отследить тебя там, — размышлял Сэйнт.
— Я же говорил тебе, что это не так просто. Они даже не сообщают членам клуба, где это находится, — ответил Киан, покачав головой. — Для начала, ты должен отправить сообщение о том, что хочешь присутствовать на следующей встрече. Затем они просто отправляют тебе случайное местоположение в городе, и когда ты добираешься туда, тебя забирает машина, и ты едешь в клуб на заднем сиденье с затемненными окнами, от чего тебе невозможно понять, куда тебя везут. Они сканируют тебя на наличие мобильных телефонов и подслушивающих устройств еще до того, как ты садишься в машину, так что я не понимаю, как мы могли бы отследить это дерьмо, — сказал он, обнимая Татум за плечи, а затем усаживая ее к себе на колени. Если у нее и были какие-то протесты по поводу того, как он грубо обращался с ней, то она не высказала их вслух, и мне пришлось побороть очередную волну ревности и гнева, когда я снова обратил свое внимание на Сэйнта.
— Я найду способ обойти это. Но я начинаю думать, что единственный способ для нас найти базу — это твое появление. Потому что нигде в Интернете или через кого-либо из моих контактов нет ни единой зацепки относительно его местонахождения, так что это явно очень хорошо охраняемый секрет. — Сэйнт скрестил руки на груди, как будто тот факт, что он не мог этого понять, выводил его из себя, и я безуспешно пытался не быть самодовольным по этому поводу.