Сын моего мужа (СИ)
— Надеюсь, не карапузов в розово-голубых ленточках?
— Может, и их, но это неважно. Я хочу быть с человеком, которого люблю и который любит меня. Хочу просыпаться не думая: «О чёрт, а это кто еще тут рядом?». Так что, сожалею, но подыщи себе другого мальчика для оттачивания твоих замашек большого начальника. — Марк видел, как перекосилось лицо Андреа, он уже собрался развернуться и уйти, но, вспомнив кое-что, ухмыльнулся: — Кстати, у меня есть бизнес-партнер. Это моя будущая жена.
— Марк, стой! — девушка топнула ногой. — Куда ты?
— Эй, дружище! — послышался голос Нэйтана позади.
Уже позади. Марка больше ничего не связывало ни с бывшими партнерами, ни с Андреа Пуш. Еще пару месяцев назад он бы подумал над предложением девицы, но не сейчас. Да и бизнес уже не был на первом месте. Не останется здесь ни минуты дольше, хотя, надо признать, местечко замечательное. Обязательно вернется сюда с Милой. А сейчас важнее всего вернуть ее саму.
* * *— Что это? — Елизавета двумя пальцами вытащила из салатницы какую-то каракатицу. Мы все засмеялись.
— Дурында, это салат из морепродуктов. Там может быть всё, вплоть до жемчужин.
— Хотела бы я нарваться на жемчуг, — мечтательно закатила глаза подруга, открывая бутылку шампанского.
— А я нет. Можно и зубы сломать.
— Девчонки, — произнесла я. — Давайте выпьем за нас, за нашу дружбу. Самую-самую крепкую. Ведь дружба — самое лучшее, что есть на земле.
Раздался звон бокалов, пятисекундная тишина, а потом снова наши восклицания, шутки, смех.
— Мил, я понимаю, что ты не хочешь говорить об этом Марке, но все же, какой он? — спросила Ланка. — То ты его называла всякими словами, а теперь чуть упомянем его имя, и ты сразу замолкаешь. Если он такой козёл, то почему ты не хочешь выговориться?
— Лан, ну ты что? Дай ей успокоиться и забыть его, — вмешалась Елизавета.
— Девчонки, — я отставила опустевший бокал на край стола, вздохнула. — Никакой он не козёл, вернее, козёл, конечно, но не совсем…
Подруги заржали. Ну да, действие алкоголя сказалось на моих мыслительных способностях
— …И я в него влюбилась. По уши.
— Ну это и без того видно, — ехидно промолвила Елизавета. — Только как ты теперь будешь без него? Так и будут у тебя глаза на мокром месте?
Пожала плечами.
— Буду продолжать жить. Одна. Без него. Он же может обойтись без меня, хотя и говорил, что любит. Значит, такая любовь.
— Ну всё, всё, — Елизавета разлила остатки шампанского по фужерам.
— Дружба — это всё!
* * *Спала как убитая. Давно мне не было так хорошо. Никаких тебе снов, видений — просто темнота. Пробуждение оказалось намного хуже. Мало того что у меня кружилась голова, еще к горлу к тому же подбирался тошнотный ком. И что лучше: пить и не закусывать или пить и закусывать как можно больше?
Эти мысли заставили меня вскочить с кровати и вприпрыжку броситься в ванную.
По-видимому, звуки извержения пищи разбудили одну из моих подружек. Ланка уже стояла в проёме дверей, сонная, сложив руки на груди.
— Ну что, Светлова, отвыкла пить по-нашенски? Нет у тебя закалки.
В ответ я откликнулась новым извержением остатков вчерашнего ужина.
— Или переела, или этот ваш салат из морских гадов... — не успела договорить, как новая волна тошноты накрыла меня.
Когда, наконец, справилась со своей похмельной напастью, подруги уже заканчивали завтрак и допивали кофе.
— Давай быстрей, Мил, пока не остыло! — поторопила меня Лизка.
— Что это? — я сморщила нос. — Совсем нет аппетита.
— Выпила меньше двух фужеров, — сердито заявила она. — Неужели в самолёте так укачало?
— Слушай! — глаза Ланы хитро прищурились. — А ты, случаем, не того? Не залетела?..
Я только хмыкнула.
— …Не, ну правда. Наверняка же у вас с Марком не обошлось платоническими чувствами, нет же? Кстати, как он в постели?
— Да ну вас, девки, выдумаете тоже, — мне было совсем не до шуток.
Лизка и Ланка продолжали на меня хитро поглядывать, особенно когда я отказалась не только от яичницы, но и от тоста. Наверное, стресс последних дней, длительный перелет и московский воздух здорово подорвали моё здоровье.
Когда подруги соизволили уйти, я тут же набрала Кевина. Муж ждал моего звонка.
— Ну как ты, моя хорошая? Как долетела? Все понравилось? — в голосе слышалось волнение. Он явно хотел знать мое мнение о купленной им квартире. Я с восторгом описала ее, рассказала, как прошла моя встреча с подругами.
— …Ну а как ты, как Рэйн, как... — у меня чуть не сорвалось с языка имя Марка.
— У нас все без изменений. Ты пока обустраивайся там, а мы к тебе скоро наведаемся…
Мы еще чуть поболтали и распрощались. В голове была куча планов и задумок, но первым делом я, конечно, хотела получше ознакомиться со своим новым домом.
* * *Марк удивился, обнаружив открытые ворота, а во дворе — машину отца. Сердце ухнуло, а затем забилось о рёбра. Наконец-то он сможет увидеться с Милой!
Недолго думая, мужчина въехал внутрь. Выскочив из машины, буквально взлетел на крыльцо и с силой вдавил кнопку звонка. Открыл дворецкий и, вежливо улыбнувшись, пригласил пройти в дом. Марк уже ступил на лестницу, чтобы подняться в комнату Милы, когда голос отца остановил его:
— Куда?
— Отец? Мне нужно поговорить с Милой.
— Вот как? — Кевин жестом велел дворецкому удалиться, а сам поманил сына рукой. — Мне кажется, что тебе прежде всего стоит поговорить со мной.
Марк хмыкнул:
— Все это время ты избегал меня, даже отключил телефон, а сейчас захотел разговаривать?
— Тогда я был еще не готов к разговору, а сейчас пришло время.
Мужчина прошел к столу, где на подносе стояли две небольшие рюмки и бутылка портвейна.
— Угощайся. Привез из Калифорнии. Неплохой порт.
Марк упрямо помотал головой.
— Нет. Мне сейчас не до угощений. Я хочу видеть Милу.
Отец только развел руками.
— К сожалению, Милу ты не увидишь. Ее здесь нет. Впрочем, не думаю, что она жаждет с тобой говорить. Ты здорово обидел ее.
— Мне надо с ней объясниться. Признаюсь, я наговорил гадостей. Сам не знаю, что на меня нашло. Просто увидел, как этот урод целует ее...
Кевин рассмеялся.
— Приревновал?
Марк обхватил руками голову:
— Да меня словно прорвало. Пап, ты не понимаешь — я ее люблю. Ты даже не представляешь как сильно. Почему ты не отпустишь ее? Ведь у тебя есть Рэйн, я же знаю.
— Не хочу отпускать, потому что боюсь за нее. Боюсь, что кто-то такой, как ты, обидит ее. Мила мне как дочь.
Лицо Марка скривилось в недоверчивой ухмылке.
— Дочь?
— Послушай, Марк, я никогда не говорил тебе этого, да, уверен, что и Мила не сказала — наш брак не настоящий.
— Что значит не настоящий? — Марк нахмурился.
— Мы с Милой очень хорошие друзья. Стали ими задолго до того, как решили пожениться. Когда пришло время уезжать, я просто не захотел оставлять ее одну. Она такая наивная, хотя и притворяется неприступной гордячкой. Это я уговорил выйти за меня замуж.
— То есть...
— Между нами нет и не было никаких чувств, кроме дружеских, но это вовсе не значит, что я позволю обижать ее. И тебе в том числе. Тем более — тебе.
— Черт, отец, что же ты молчал?! Где она?! Мне нужно сказать ей... — Марк уже готов был вновь броситься к лестнице, но Кевин остановил его.
— Стой, малыш, я не позволю тебе с ней увидеться, пока ты не поклянешься мне, что у тебя к Миле серьезные чувства.
— Да хоть сейчас! На чем хочешь? На Библии, на Коране? Я правда люблю ее.
— Ну ладно, сынок, — Марк не обратил внимания на довольную улыбку на губах отца, — записывай адрес — Россия, город Москва...
От изумления Марк так и остался стоять с открытым ртом.
Глава 69
Прошла почти неделя, а мне не становилось лучше, даже наоборот. Всё, что бы я ни ела, тут же выходило наружу. Вряд ли это было последствиями стресса последних дней, да и на пищевое отравление не походило. Подругам я решила ничего не рассказывать — мне не нравились их подколки на тему внезапной беременности — это невозможно. Просмотрев все, что были медицинские форумы в интернете, я поняла, что у меня, скорее всего, что-то серьезное и страшное. Записалась на прием к врачу на понедельник и все выходные провалялась в кровати, страдая от неизвестности, жалея себя и не отвечая на телефонные звонки разволновавшихся подруг.