Соблазнительный дьявол (СИ)

Кто знал, что эта ржавая старая штука жива и брыкается?
Она заставляет меня осознать, каким козлом я был, и нарушает мои планы.
Вздохнув, я проследил подпись Блэр. В ней нет ни капли от того причудливого способа, которым Блэр писала свое имя со звездочкой. Теперь все аккуратно, прямолинейно и по делу. Неужели она изменилась так же сильно, как и я, с тех пор как мы были детьми?
Этот вопрос не дает мне покоя, пока я нахожу буквы в ее имени. Даже с моей склонностью к наблюдению за звездами, я совсем не похож на того мальчика, которым был тогда.
Грусть, которую я носил в себе, росла вместе со мной, гноилась и оттесняла меня в тень.
Возможно, мы слишком отличаемся от тех детей, которыми были, и от тех людей, которыми мы стали, чтобы когда-нибудь восстановить ту короткую связь, которую мы разделяли. Разве сейчас мы такие же, какими были, когда заключали этот контракт?
Представляю себе вздорное выражение лица Блэр, когда я предложил это соглашение, ее руки, привязанные к табурету.
Я провожу языком по губам, ища ту же ненависть, которую я питал к ней той ночью. Ее даже меньше, чем раньше. Она вытекает из меня с каждым днем, сменяясь желанием преследовать ее, чтобы еще раз попробовать вкус ее губ.
Смятая страница издает слабый звук, когда я поднимаюсь на ноги.
Если я уберу ее, мне не придется думать о том, почему она здесь. Я смогу просто наслаждаться ею, пока это длится.
Подойдя к шкафам вдоль стены, я спрятал контракт с глаз долой под стопкой рубашек на низкой полке. Потирая затылок, я возвращаюсь на кровать.
Так много моей энергии направлено на борьбу за контроль, но у меня его нет. И никогда не было. Не только над Блэр, но и над собой. Все, что я делал, было тщетной попыткой обрести его.
Всегда было легче стремиться к этому, чем признать причины, по которым я так сильно хочу контроля.
Блэр здесь, но что теперь? Если я продолжу идти по тому же пути, то в конце она встретит только монстра. Блэр заслуживает большего.
Если она увидит моих демонов воочию, можно не сомневаться — она уйдет, как и другие.
Может быть, я смогу это изменить.
  
24. БЛЭР
 
Проснувшись в незнакомой комнате, я утром резко встаю с постели. Несколько секунд уходит на то, чтобы осознать свою реальность: жизнь с Девлином.
Поднявшись с кровати, я натягиваю леггинсы и серую футболку с широким вырезом, которая драпируется с моего плеча.
Оказывается, Девлина достаточно легко избежать в таком большом доме. Я не обращаю на него внимания, пока изучаю его при свете дня. Я узнаю, где находятся выходы, и запоминаю их, составляя карту гигантской собственности, пока его командный голос не заполняет дом через систему внутренней связи.
— Тащи свою задницу на кухню завтракать, нарушительница спокойствия, — требует Девлин. Его злобная усмешка наполняет комнату. — Не заставляй меня искать, я выслежу тебя и возьму все, что захочу, в качестве платы за поиск.
Я бегу на кухню, опасаясь, что он может сделать.
Девлин стоит у плиты со свежей яичницей. Шок от того, что он готовит еду, останавливает меня в дверях. Я подхожу ближе и слышу пикантный запах бекона. Странное тепло расцветает в моей груди при виде того, как он расправляется с приготовленной им едой.
— Ты хочешь есть или нет? — Он звучит забавно.
— Пахнет очень вкусно. Спасибо, что приготовил.
Девлин хмыкает, ставя тарелку с тостами на место. Обойдя остров, он берет меня за запястье и тянет к себе, где у него стоят две тарелки.
Это так… по-домашнему. Обыденно. Как в семье, привыкшей есть вместе. У меня такое было только с мамой.
Расцветающее тепло расширяется.
— Вау, ты и правда режешь свежие фрукты? Не думаю, что я когда-либо представляла кого-то вроде тебя, режущего свои собственные фрукты.
— Я люблю готовить. Моя тетя научила меня. — Девлин занимает место рядом со мной, то самое, к которому он привязал меня в первый раз, когда я была здесь. — Ты не будешь голодать, пока ты здесь. Ешь.
 
— Ты ведь не отравил его, правда?
Закатив глаза, Девлин хрустит куском бекона.
Запах божественный. Кто знал, что дьявол умеет готовить?
Я откусываю кусочек и закрываю рот рукой, непроизвольно застонав.
Девлин кривит рот в довольной ухмылке.
Несколько минут мы едим в тишине. Я испытываю полный восторг. Удивительно, что он даже пальцем не пошевелил, но то, что он действительно хорошо готовит, просто сносит мне крышу.
— Я собираюсь пробежаться перед вечеринкой позже, — говорит Девлин, нарушая тишину.
— Правда? — Я вздрогнула.
Девлин вскидывает густую бровь. — Я полагаю, что ты все равно пойдешь за мной по тропе, так что можешь присоединиться ко мне. Ты взяла с собой обувь?
— Да. — Я не хочу показаться такой запыхавшейся, но я так давно не бегала по-настоящему. — Я тоже хочу с тобой.
Мы заканчиваем есть, и мир не останавливается. Это просто чудо. Может быть, мы перестали быть злейшими врагами, когда я не смотрела, но трудно продолжать ненавидеть парня, который кормил тебя славными пушистыми яйцами и оплачивал медицинские расходы твоей мамы.
Мы не друзья, но, возможно, могли бы ими стать. Если он извинится за то, что последние несколько лет был самым большим в мире придурком. Я даже извинюсь за попытку угнать его машину.
Когда через час мы выходим на тропу, свежий воздух наполняет мои легкие.
Разминать ноги и качать мышцы во время пробежки по горной тропе — это потрясающе. Я чувствую себя самой собой за последние месяцы.
Мои ноги горят так, как мне нравится, когда мы продвигаемся вперед.
Девлин не отстает от меня, пока я изучаю незнакомый путь. Его идеальная форма бега так же точна, как и остальные его культивируемые привычки, только создается впечатление, что он свободен и непринужден, пока он с удивительной скоростью преодолевает тропу.
В некоторые моменты я больше слежу за ним, чем за тропой. Он красивый бегун, его уложенная черная бахрома прижата к лицу резинкой.
Когда мы приближаемся к концу и в поле зрения появляется его дом, он бросается вперед.
— Эй!
— Наперегонки! — бросает Девлин через плечо.
Я следую за ним, радуясь вспышке соперничества и подтягиваю свои резервы, чтобы сократить расстояние. Когда я обгоняю его, он хрюкает, преследуя меня. Я оглядываюсь назад и вижу, что он преследует меня с лукавым блеском в глазах.
Наша гонка заканчивается тем, что я на волосок опережаю его на первой ступеньке.
— Да! — задыхаюсь я.
— Ты жульничала, — фыркает Девлин.
— Ты обманул! Ты начал, ничего не сказав. Я выиграла честно и справедливо, потому что я быстрая.
Легкий смех вырывается из Девлина. — Да, это так.
Пока мы пыхтим, я не могу сдержать широкую улыбку, пока перевожу дыхание.
Может быть, жизнь с Девлином не будет такой уж тяжелой.
  
25. БЛЭР
 
К началу дня, когда Лукас заводит джип на стоянку у пляжа, солнце уже вовсю припекает мир. В воздухе разносится музыка с вечеринки, а также веселый смех людей, уже пришедших сюда. Солнце сидит высоко в небе, и легкий ветерок заставляет небольшие волны плескаться на поверхности озера.
— Боже мой, не могу дождаться, когда окунусь в эту воду, — простонала Джемма, обмахиваясь веером на сиденье скамейки рядом со мной. — Надеюсь, она будет чертовски холодной.
— Да уж, — тихо соглашаюсь я, завязывая волосы в небрежный пучок на макушке, чтобы они не мешали моей шее. — Где же осень?
— Эта сучка с тыквенными специями должна скоро появиться, — говорит Джемма. — Я просто хочу надеть фланель и кожаную куртку.
Я улыбаюсь. Я действительно скучала по Джемме и ее острому юмору.
Девлин и Лукас выпрыгивают из джипа Лукаса, чтобы взять холодильник, который они запасли перед нашим отъездом.
Когда мы приехали к Лукасу, Джемма удивленно моргнула, когда Девлин появился со мной, а потом глупо ухмыльнулась и взяла меня за руку. — Что, черт возьми, происходит?