S-T-I-K-S. Человек из Пекла. Книга 2. Часть 3 (СИ)

На том берегу вторая часть поселения так же оказалась вырезана, видно даже с этого берега было.
— Что делать будем? — спросила девушка.
— На юг ехать, что ещё остаётся. Через Черноту вообще не вариант, одной машиной не проедем точно. А объезжать… — вздохнул раздражённо кваз, пнув попавшуюся головешку под ногой.
— А ты что думаешь? — поинтересовалась у Медоеда Анжелика.
— Вам не понравится, что я думаю… — протянул он. — Но это единственная возможность сэкономить кучу времени. Либо бросать машину и перебираться через реку на любой из тех лоханок, — показал рукой на десяток вытащенных на берег вёсельных лодок.
— Не вариант, Медоед. Ни тот, ни этот. Сам же понимаешь, — сказал кваз.
— Понимаю. И так же понимаю, что иначе мы теряем огромное количество времени.
— А мы спешим?
Дима задумался. Последние два дня ему снился отец. Безумие, сумасшедшие рубки с тварями, отчаяние, безысходность, равнодушие и нежелание больше жить. Смерти он не искал, но и не берёг себя. Совсем. Медоед после таких снов просыпался весь в холодном поту и с дичайшим желанием убивать всё живое вокруг. А потом резко накатывала апатия и душераздирающее чувство вины. Вчера разбудил, вот, и Анжелику. Испугал её даже, та аж за пистолет в темноте схватилась. Дима видел. А когда у парня схлынула эта безумная ярость и затопило чувством вины, в комок сжалась вся. Кое-что Дима уже начал понимать, но слишком невероятна оказывалась догадка. И ведь на поверхности, сразу мог догадаться. Надо проверять. А девушка, с утра, что хорошо, вопросов задавать не стала, только взглянула мельком.
Надо ли спешить? Возможно. Мысли об отце, в последнее время, возникали всё чаще. Всё чаще Дима анализировал случившееся после смерти мамы. И всё чётче понимал, что тоже виноват… нужно ли спешить..?
— Хрен знает… — надтреснутым голосом, неожиданно даже для себя, ответил Медоед и снова, краем глаза, словил тот же странный, изучающий взгляд Анжелики.
— Поясни? — спросил Шмель.
Дима упёр руки в бока, прошёлся пару шагов туда-сюда, поднял взгляд на товарищей.
— Чуйка… большего сказать не могу… сам не знаю, — парень взглянул на Запад, словно пытался найти там ответ. — Едем на Юг.
Кваз кивнул. Анжелика несколько секунд продолжала смотреть на Диму, словно хотела ещё что-то спросить, но не стала.
В машину Медоед забрался последним. Обыскивать или искать что-то ценное в замученном до смерти поселении не стали, уехали сразу.
***
Ещё четыре дня обратной дороги. Ехали настороженно. И ни души. Заражённые, разве что. Один раз даже чуть не нарвались на серьёзную стаю, голов в пятьдесят достаточно развитых тварей, но без Элиты. Хорошо, Медоед предупредил, с его-то радиусом и Дар кваза, тоже помог. Беззвучно свернули с опасного направления и переждали, пока монстры не скроются в соседней лесополосе.
Догадка Димы на счёт Анжелики, всё больше подтверждалась. И он всё больше удивлялся, как сразу-то не дошло. Эти её взгляды украдкой, а порой и прямые, наводили на определённые мысли. Плюс то, как она чётко ощущала обоих спутников, чётко реагировала на любое изменение их настроения тоже говорило "за". Так же и её реакция на его сны. Медоед уже и сам устал просыпаться посреди ночи, желая убивать и чувствуя фантомный вкус крови на языке и "зуд" на местах царапин, ран и порезов. А день назад мама приснилась. В этом сне она плыла в чёрном воздухе, в пустоте и будто спала. А ещё она чему-то улыбалась, словно ей снилось что-то приятное. А потом, неожиданно, её насквозь пробило огромным когтем неведомого, исполинского чудовища… в этот момент Дима и проснулся, ощущая болезненную тяжесть в груди, именно в том месте, куда во сне в маму ударила тварь… проснулась и Анжелика, стараясь не подавать вида, завозилась, перевернулась на другой бок, снова свернувшись калачиком. Ощущение бесконечной пустоты не покидало Диму до самого утра.
Проснувшись, он снова ловил на себе взгляды украдкой. Вот и решил Медоед проверить на очередной остановке на ночь, что будет, если он выставит эмоциональный блок, полностью закроет свои эмоции, как делал это раньше с отцом и чему, собственно, он же и научил.
 
Этот день тоже прошёл спокойно, даже рутинно. Ехали, в основном, по лесу, поля встречались редко, ещё реже попадались признаки цивилизации. Заражённые встречались часто, но нападать не спешили. Пока везло, Элиты среди чудищ не было. Приходилось и стрелять порой, хватало одного Димы, высунувшегося в люк. Пользовался и Сдвигом, иногда и не видя тварей визуально.
На ночёвку встали в какой-то промзоне, провалившейся посреди леса. Довольно обширная территория, много цехов и складов. И кроме тварей здесь явно побывали люди. Гильзы. Вот основной признак. Во многих местах эти блестящие цилиндрики валялись десятками. И вряд ли стреляла охрана, не выдают им столько патронов, да и "Калаши" тоже. Несколько найденных разорванных и обглоданных костяков с обрывками чёрной формы и характерным крестом на нашивках, дали ясно понять, кто здесь орудовал. Туда, сволочам и дорога, дружно подумали путники, выбрав, наконец, подходящее здание на ночёвку. Укрытием на ночь послужил большой бокс, где раньше стояли, наверное, грузовики, сейчас стоял пустой с распахнутыми воротами. Внутри имелась бытовка, правда, разбитая, так что спать решили возле машины. Подъездов к зданию имелось достаточно, да и пространство открытое вокруг, места для манёвров, в случае чего, много. Да и трупов здесь, что тоже хорошо, не было.
Поужинали осточертевшими уже сухпаями и тушёнкой. Не разговаривали, да и не о чем особо, истории у Димы кончились ещё два дня назад, а у Шмеля с Анжеликой в арсенале нашлось совсем немного интересного, во всяком случае, того, что можно было рассказать Медоеду.
Потом начали раскладываться ко сну. Шмель с Медоедом, обычно, в таких случаях, когда ночевать приходилось не в домах, спали возле машины, а девушка внутри, на широком заднем сиденье, вечно с утра жалуясь на неудобство, при этом категорически отказываясь спать снаружи. В пути, к слову, она тоже переместилась с переднего на задние места, поменявшись с Димой.
Первым в эту ночь дежурил кваз.
***
Лёгкий толчок в плечо вырвал из сна.
— Твоя смена, — шепнул Шмель, он, кстати, тоже, как и Дима, в темноте видел лучше обычных людей. Парень это понял почти сразу, на второй ночёвке, заметив, что ночью кваз двигается достаточно уверенно.
Медоед тихо вылез из спальника. Шмель уже отошёл за машину и стараясь не шуметь, начал укладываться.
В котелке, что приятно, кипяток, за это спасибо, подумал Дима. Сам он тоже, когда дежурил первым, оставлял кипячённую горячую воду.
Заварив из пакетика чай, бесшумно вышел из бокса и уселся у стены между воротинами. Темень непроглядная, даже со зрением Димы видно было метров на пятнадцать-двадцать, дальше всё тонуло во мраке. И почти полная тишина. Где-то, иногда, что-то потрескивало и поскрипывало на лёгком ветерке, вот и всё. В пределах действия эмпатии тоже тишь да гладь. Задумался об Анжелике. Последнее время он начал ловить себя на мысли, что она начинает ему нравиться. Пусть и характер у неё не самый спокойный, но это не проблема, видали и хуже, опыт есть. Но при этом и берегов не путает, что хорошо, прекрасно понимает, когда следует остановиться. Красива, тут совсем не придерёшься. А ещё она довольно неплохо владеет оружием, драки не боится, сама влупить может, бойкая в этом плане. До Риты далеко, конечно, но та была насквозь отбитой психичкой, а Анжелика нет, нормальный человек, что есть несомненный плюс. К слову, сейчас, Медоед понимал, что чего-то длительного и серьёзного с Ритой никогда бы не вышло. Или это он сам стал нормальным? А тогда, будучи, мягко говоря, не в себе, могло ли у них что-то получиться? Дима мотнул головой. Нет. Она в прошлом. Да, было хорошо, сумасшедше ярко, но, было. Спасибо ей за невероятный опыт. Момента с пулей в миллиметрах над ухом, правда, так и не понял. Психанутая, одним словом, пусть и прекрасно знал, что не убьёт.