С любовью, бухгалтерия (СИ)

Галина невольно нахмурилась - голова заболела на самом деле. В ней рушились мосты и замки, вековые башни оседали в пропасть, но на песке вырастали новые города – крепкие, прочные, архитектурно выверенные, подчиненные жесткой логике и системе. Да, Васька был прав. Во всем происходящем в жизни присутствовала система: слова, поступки и даже мысли взвешивались и оценивались по специальным алгоритмам и имели конкретные последствия. Был сценарий – то, что должно было произойти в любом случае: и с Денисом, и с Чингисханом, и с председателем, и с Васькой, и с Олегом. Но и выбор давался – как именно это произойдет. Всегда ли этот выбор был правильным? Сложно сказать.
Приходили подсказки – когда намеками и ассоциациями, а иногда и открытым текстом. Все не просто так. Все. От слова совсем. И даже не важно, как именно это называется – в разные времена и у разных народов по-своему.
- Ох, Васька – Васька… - обреченно вздохнула Галина, гладя его по волосам. – Какой ты у меня, оказывается… системный администратор. А кетчуп на рубашку тоже в благих целях вылил?
- Не сисадмин, а разработчик! – рассмеялся Васька, подбираясь к пуговицам на блузке. – Нет! Волновался перед встречей с тобой, как малолетка. Реально руки дрожали. Или по носу щелкнули, чтобы не зазнавался. Как Светлого – мы вроде абсолютно разные, но стойкое ощущение, что идем по одному маршруту, влетая в одни и те же ямы, и набивая одинаковые шишки. Я сейчас не про тебя, если что.
- А я-то тут причем?
- Ты? – в лучистых глазах мелькнула хитринка. – Ни при чем. Конечно же. И вообще, партизаны чужих тайн не выдают! Даже под пытками. Тем более, мне прямо никто ничего не говорил.
- А это ты сейчас про что? – еще больше изумилась Галина.
Васька замер и внимательно посмотрел ей в глаза:
- То есть, ты не знаешь? Или в своей манере - намеренно не хочешь знать? Что ж, так, пожалуй, даже лучше. Для всех.
И, не дав ей подумать, полез с поцелуями – горячими-горячими, откровенными-откровенными, после которых, само собой, все мысли были только…
- Васька, у тебя ж голова болит! – виновато шептала Галина, расстегивая его рубашку.
- Наплевать! – отмахивался он, стаскивая с нее юбку. – Таракан, например, без головы может жить! Несколько недель. А медуза вообще без мозгов миллион лет существует и не жалуется.
Они со смехом повалились на кровать, и вечер закончился, как обычно.
А потом Васька принес вина прямо в постель – Галине совсем чуть-чуть, как и раньше. Они пили молча и смотрели сквозь не задернутые шторы на светящиеся окна домов.
- Знаешь, Лина, - наконец проговорил он. – Честно не специально, но если вдруг перестарался – детей я люблю. И буду рад, если что.
- Кого хочешь больше – мальчика или девочку? – улыбнулась она.
- Без разницы. Лишь бы все хорошо было.
- А я дочку хочу, - мечтательно призналась Галина. – С лучистыми карими глазами. Когда мы только познакомились, решила, что девочка, похожая на тебя, будет сказочной принцессой.
- Без проблем! - рассмеялся Васька. - Но первый, конечно, парень получится. У нас же в семье уже пять поколений…
- Посмотрим, - весело перебила она. – Из всех правил бывают исключения. Системных тоже.
А утром все купленные тесты показали одинаковый результат – две полоски. И это было так радостно и невероятно, что Галина вдруг почувствовала себя особенной. Она нанесла на зубную щетку пасту, подмигнула себе в зеркале и посмотрела на потолок в ванной.
- Эй, вы там, высшие силы! – бесшабашно произнесла она. – Или как Васька сказал – админы? Только хорошие админы – добрые и правильные, а то поразвелось вас всяких. Я хочу….
В голове пронесся целый ворох желаний: начиная от новой квартиры, компьютера для Толи и радикального улучшения фигуры.
Но Галина мотнула головой – квартиры пока Васькиной хватит, Толя сам заработает на все, что ему надо, а про фигуру в ближайшие девять месяцев можно забыть.
- Хочу, чтобы Генка избавился от игровой зависимости! – вырвалось у нее само собой. – Обещала больше в такие дела не лезть, но помочь-то надо! Админчики, миленькие, не откажите, пожалуйста! Беременным нельзя отказывать, а то мыши прогрызут ваши глобально-системные кабеля! Или шнурочки, на которых подвешены звездочки-диодики, пооткусывают! А еще пусть у Олега сложится семейная жизнь, и…
 
Внезапно на нос упала капля воды – крупная, холодная и почему-то с рыжеватым отливом.
«Дядя Коля!!! – с ужасом поняла она. – Опять кран не закрыл!! А Татьяна его вчера укатила с ночевкой на недавно приобретенную дачу».
Галина набросила халатик и помчалась этажом выше. Подняла с постели виноватого соседа в семейных трусах в желто-белую ромашку, и почти час собирала с ним разбегающуюся по всей квартире воду.
«Как говорится – заодно и пол помыли!» – улыбнулась она, когда все было закончено.
Задорный солнечный лучик скользнул по блестящему кафелю в коридоре соседа, рассыпаясь по нему золотистым бисером.
«Админы ответили – «да»! – догадалась Галина. – Просто по носу щелкнули, чтобы не зазнавалась».
  
Эпилог четвертый. Настоящий. Пять лет спустя
 
- Васька, подъем! – Галина помешала на плите молоко и выглянула в коридор. Из-за неплотно закрытой двери доносилось ровное сопение.
Она бросила в кастрюлю половину чайной ложки соли и посмотрела на часы – было уже начало восьмого.
- Васька, будь человеком! – громко повторила она, тонкой струйкой высыпая в молоко манку. – Вставай на горшок. А то опять уписяешься! Смотри, сейчас проверю, если трусы мокрые…
- Лина, не волнуйся, я уже сходил, - со смехом прошептали ей на ухо. – Трусы сухие, можешь убедиться. Но лучше поверь на слово, а то на работу опоздаю.
Галина рассмеялась и, быстро обернувшись, поцеловала мужа в губы.
Да, они по традиции пяти поколений семьи Дементьевых тоже назвали первенца Васькой.
- Иди свою копию поднимай! – фыркнула она, бросая в кашу кусочек сливочного масла. - Мы сегодня едем в крутой садик записываться. Чингисхан посоветовала – сыновей туда водит, в полном восторге.
- Садик – это хорошо, - согласился Васька-старший, осторожно заглядывая в кастрюлю. – Наконец-то сможешь из дома полноценно вырваться. А что это ты готовишь?
- Манную кашу с малиновым вареньем, - весело призналась Галина. – Какао с молоком и ореховое печенье.
- Брутальный мужской завтрак, называется! - фыркнул Васька, усаживаясь за стол. – Ладно, насыпай свою манку. Спасибо, хоть детский прикорм уже доедать не нужно. Как вспомню эту брокколи переблендеренную, да еще без соли… Бр-р-р!
- Для тебя вообще-то в микроволновке горячие бутерброды с ветчиной и сыром, - невинно улыбнулась она. – Но манку, так манку, как пожелаешь.
- Одно другому не помешает! – невозмутимо отозвался Васька-муж. – Бутерброды с какао пойдут. Вместе с печеньем.
- Папа, я тебе тоже завтрак приготовила! – на пороге кухни стояла заспанная девчушка четырех лет отроду с торчащими в разные стороны темно-русыми косичками и лучистыми карими глазами. – Будешь кушать?
На малышке была розовая пижамка с короткими пышными штанишками и мягкие тапочки с глазами и ушками, имитирующие пушистых котят.
- Везет мне! – нежно улыбнулся Васька-старший. – И завтрак, и второй завтрак – прямо как в пятизвездочном отеле. Тащи, Василек, свою стряпню, папа оценит.
Васька-младшая стремглав убежала в свою комнату и вскоре вернулась с набором детской посудки.
- Суп, каша, котлеты, компот, - гордо перечисляла она, выставляя на стол крошечные кастрюльки.
Затем открыла крышку одной из них и замерла. В кастрюльке лежал маленький мертвый жучок – очевидно, залетел через окно.
- Папа, - Васька с обиженным видом вытащила жучка игрушечной ложечкой: - Почему он съел то, что я приготовила, и сдох?
- Не знаю, - серьезно отозвался отец. – Наверное, было слишком вкусно. Не выдержал.
Затем подмигнул Галине и добавил со смехом: